Late game - Часть 2 - Александр Тэл

— Малекор видел, что они что-то обсуждали, и немного подсел, поскольку боялся подвоха. Его упитанная красная шкала медленно опускалась.

— Копьё справедливости! — взревел Вилл, опускаясь на мокрый песок с левой стороны.

Сотканное из тысячи световых частичек копьё расчертило пропитанный дождём воздух и воткнулось стражу в бок. Тот широко взмахнул клинком, но Брэйв даже не стал блокировать — просто присел, и следом атаковал по ногам. Ещё один укус. Дальнобойная атака Венжа не нашла цели — спасла сотканная из магии рука. Отлично.

— Стан! — заорал Вилл.

— Удар щитом! — прокричал Брэйв.

Уйти от такого удара просто — Малекор даже не стал использовать «Отступление», просто резко отпрыгнул в сторону. Там его уже поджидал Венж. Святой рыцарь попытался продолжить дело товарища, но тщетно — Малекор с элегантностью ушёл сразу от двух атак. Страж всё сделал правильно, но немного не рассчитал дистанцию. Может усталость, а может из-за дождя ему тяжело точно увидеть, насколько далеко противник. Вилл при помощи «Отступления» резко переместился вперёд и не дожидаясь конца «анимации» выпустил с кончиков пальцев жёлтую точку. Малекор попытался уклониться, но не успел. Попался.

— Добей его, Венж! — прокричал Вилл во всю мощь, вложив в крик все эмоции, испытанные с того вечера, как он посетил Голхрон, столицу третьего королевства. С вечера, который изменил всё.

Вместо того, чтобы устремиться к Венжу и поразить его сильнейшим умением, Венж воткнул клинок в песок, встал на колени и почтительно склонил голову.

— …оордеел регверди аллес… — спешно читал он.

Вилл нервно поглядывал на тикающий таймер рядом с иконкой сна. Над головой Венжа тем временем вырисовались весы с двумя большими чёрными и белыми чашами. Визуальный эффект способности? По логике, чем ниже опустится чёрная чаша, тем больше урона получит Малекор. Вилл с придыханием смотрел на весы. Ну же. Где? Малекору осталось спать считанные секунд. Вилл бросил на него косой взгляд. Свирепый воин спокойно стоял под дождём, склонив голову. Наконец! Чёрная чаша начала быстро опускаться. В душе зажегся огонь. По логике, чем сильнее перевес в чёрную сторону, тем больше урона получит Малекор! Но…

— Да твою же…! — раздался отчаянный крик Брэйва.

Чёрная чаша, которая почти до предела ушла вниз, вдруг резко поднялась, словно с неё убрали невидимый груз. Весы не сошлись в равенстве — чёрная чаша по-прежнему перевешивала, но было ясно, что столь небольшого неравенства не хватит.

«То я ни за что получил минус десять тысяч репы, а Малекор убил кучу людей, и ничего?» — разозлённо размышлял Вилл. Нет. Здесь что-то не так. Венж же упоминал, что механика этого умения работает иначе. Урон от его умений проходит сильный — значит, незримая репутация стража действительно в большом минусе. Но…Дело в другом? Малекор, несмотря на убийства, совершил в своей жизни что-то, что не даёт чёрной чаше создать слишком большой перевес?

Весы над головой Венжа трансформировались в бело-чёрный клинок. Он устремился к Малекору и достал его за мгновение, как тот вырвался из цепких лап сна. От прошедшего урона хотелось плакать — тридцать с небольшим процентов. Слишком мало для ультимативной способности, которая должна была поставить точку в битве.

— Спокойно! — прокричал Вилл, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Не опускайте руки!

«Легко говорить», — промелькнула мысль. Страх и отчаяние цепкой хваткой впивались в тело. Казалось, они проникли и в крылья — каждое кровавое перо налилось усталостью, и взмахивать ими было сложнее. Всё. Они разыграли главный козырь. Венж не сможет восполнить заряды для умения, и даже если они чудом собьют Малекору здоровье до тридцати процентов, что уже само по себе звучит дико, то Святой рыцарь просто не разыграет карту ещё раз.

Вилл замер. Нет. У них есть ещё один козырь. Венж разыграл карту своего специального класса, но и он не обычный целитель. «Кровавые узы», усиленная версия которых связывает урон с процентами здоровья. Это единственная возможность сбить здоровье Малекора почти до нуля, вот только и его здоровье упадёт до той же отметки. Другая проблема — нужно попасть под атаку Малекора так, чтобы он не успел отменить её. Сомнительно, что опытный страж поведётся на уловку и атакует под действием неизвестной способности. Это слишком очевидно и глупо, и на такое не ведутся даже средние ПВП-игроки.

Медленные взмахи крыльями удерживали аватар в воздухе. Вилл завис над полем битвы, отрешённо смотря, как Брэйв защищает Венжа от яростного выпада Малекора, желающего расквитаться со Святым рыцарем за сильный удар. Пробились и звуки арены. Словно чувствуя, что победа Малекора близка, зрители оглушительно поддерживали любимца. Взгляд зацепился за ловушки, в обилии раскиданные по всей арене. План, граничащий с отчаянием, но лучше рискнуть, имея возможность победить, чем ничего не сделать и проиграть.

Вилл прогнал план ещё раз. Слишком сырой. Слишком полагающийся на удачу. Но времени на шлифовку нет. Брэйв настолько вымотался, что не успел заблокировать простой выпад Малекора. На мгновение удалось увидеть удивление — страж словно сам не ожидал, что Брэйв сделает ошибку, цена за которую — почти четверть здоровья.

Вилл на мгновение прикрыл глаза, стараясь нащупать в глубинах души островок спокойствия. Островок, на котором была она.

— Вилл! — раздался тревожный голос Брэйва.

Крылья сами собой сложились, а тело устремилось вниз. Из-за обильного дождя расчёты оказались неверными — вместо того, чтобы взмахами сбить Малекора с толку, крылья вовсе исчезли и виртуальное тело рухнуло на песок. Толпа взревела — очередной промах Кровавого целителя. Взревел и Венж — при падении его случайно задело и оттолкнуло в расположенную рядом оглушающую ловушку. Посох предательски выпал из рук и откатился на несколько метров вперёд.

«Клюнул или нет?» — пронеслось в голове. Одна половина лица неприятно уткнулась в песок. Клюнул! Малекор занёс клинок, аккуратно пылающий белоснежным светом и засасывающей взгляд тьмой. «Кара света и тьмы». Брэйв стоит далеко и не успеет на блок. Венж в оглушении. Его посох валяется в нескольких метрах. Идеальный момент для Малекора, чтобы добить Венжа, у которого осталось чуть меньше сорока процентов.

Щелчок — и всё словно изменилось. Атмосфера будто откатилась назад, к первой легендарке, к механике с замедлением времени. Коря себя за природную медлительность, Вилл вскочил и изо всех сил прыгнул вперёд, вытягивая правую руку. Искалеченная конечность сперва сверкнула в первой половинке клинка, а после её поглотила тьма. Словно в замедленной съёмке Вилл смотрел, как рука вклинивается между клинком Малекора и бронёй Венжа. Мгновение — и всё тело пронзила боль.

В игре были нередки приступы резкой, невыносимой, ужасающей боли. Во многом они связаны