Взводный (СИ) - Берг Александр Анатольевич

Ждать здесь у моря погоды я не собирался, а потому и двинулся дальше. Через полчаса посланные мной бойцы добрались до захваченных орудий и сразу двинулись мне на встречу. Пока я не найду на них нормальных водителей и артиллерийские расчёты, то считай гаубичного полка у меня нет, а потому пока и тягать его с собой нет ни какого смысла, будет чемоданом без ручки, и нести неудобно и бросить жалко. Старшина, дождавшись моих бойцов, и передав им с рук на руки трофеи, двинулся дальше, и вскоре я уже получил от него новое сообщение о противнике, очередная колона немцев спешила как можно дальше прорваться в наш тыл. Не знаю, что там сейчас известно немцам, но пока есть такая возможность, следует максимально выжать всё из своего преимущества во внезапности и месте выбора боя. В этот раз я решил сменить тактику, бить немцев во фланг, а что бы они не насторожились, продвинутся вперёд, им навстречу, что бы они не видели свои уничтоженные колоны. Тут как раз дорога шла несколько километров прямо, а с правой стороны был лес, метрах так в 200 — 300 от неё. Не везде так было, но раз мне попалось такое подходящее для нападения место, то здесь и решил устроить очередную засаду. Я растянул своих бойцов почти на два километра, спрятав их в лесу, и артиллерию с бронеротой также равномерно растянул на всю длину, получилось примерно метров 40 — 50 между орудием или броневиком. Ни окопы, ни ячейки рыть не стали, тут не та ситуация, но вот маскировались на совесть, я потом сам проехался по дороге, внимательно глядя на лес, и только раз пять наверно сделал замечания бойцам по поводу их маскировки.

Только я со всем закончил и дал приказ своим бойцам пока отдыхать, тем более повара обед сготовили, так что пользуясь передышкой, бойцы приступили к обеду, как с Востока, со стороны нашего тыла показался столб пыли. Вскоре стало слышно и шум моторов, а потом и звяканье гусениц. Наконец в облаке поднимаемой пыли показались наши танки, пришлось посылать людей им на перехват, а то эти вояки сейчас нас проскочат, а затем прямо на немцев и напорются. На дорогу выскочил Захар и перегородил её своим корпусом, а из машины вышел командир и замахал подъезжающим танкам руками, показывая им, что бы те остановились. Колонна встала, всего в ней было семнадцать танков, все Т-26, и из головного радийного танка, с поручневой антенной, выбрался танкист, он ловко спрыгнув со своего танка, подошел к остановившему его командиру. Переговорив с ним с минуту, танкист забрался в свой танк, и дав команду, свернул к лесу, который был метрах в 300 от дороги двинувшись следом за грузовиком.

Майор Рукавишников, командир танкового батальона, получив приказ преградить прорвавшемуся противнику путь, спешил его выполнить, хотя про себя он понимал, что это нереально. От его батальона осталось чуть больше роты, и хотя большая часть танков была потеряна от авианалётов и поломок, но пару раз он уже схлестнулся в бою с немцами и прекрасно знал, что он навряд ли переживёт следующий бой. Его мрачное настроение несколько улучшилось, когда он достиг места побоища, тут догорала масса немецкой техники, а все поля вокруг были густо усыпаны трупами немецких солдат. Майор лишь терялся в догадках, кто мог так раскатать немцев. Проехав это место, он проехал ещё несколько километров, когда внезапно из леса, который тянулся вдоль одной стороны дороги и был где-то метрах в трёхстах от неё, выехал грузовик ЗИС-5 и шустро рванул к дороге, выехав на неё, он остановился, перегородив её своим кузовом, а из кабины грузовика вылез старлей. Подняв руку, он явно указывал его колонне остановиться. Решив выяснить, что надо этому старлею, Рукавишников приказал своему мехводу остановиться перед грузовиком. Ловко вылезя из своего танка, майор подошёл к старлею.

— В чём дело товарищ старший лейтенант?

Верх его комбинезона был расстегнут, а потому старлей мог видеть его звание.

— Товарищ майор, съедьте пожалуйста с дороги в лес и переговорите с моим командиром.

— А вы кто, и почему я должен вас слушаться?

— Отдельный моторизованный батальон штаба армии, направлены лично командующим для ликвидации немецкого прорыва.

— Одним батальоном?

— Усиленным батальоном, и пока нам удаётся выполнять приказ командующего.

— Так там на дороге это ваша работа?

— Да наша, и вы, если двинетесь дальше, поломаете все планы нашего командира, тем более на подходе большая колонна противника. Вы для него на один зуб, раскатают вас и не заметят, зато насторожатся.

Рукавишников задумался, лезть на убой ему не хотелось, а этот комбат судя по всему своё дело знает крепко, вон как немцев лихо раскатал.

— Хорошо старлей, куда двигаться?

— Вон туда, там как раз командир со своим бронетранспортёром, только не пугайтесь, у нас весь батальон на трофейных немецких бронетранспортёрах, так что не откройте огонь с перепугу.

Рукавишников ничего не ответил, хотя отметил, что хорошо, что его предупредили, а то ведь действительно мог от неожиданности и огонь открыть. Старлей залез в свой грузовик и развернувшись, покатил назад к лесу, а следом за ним двинулись и танки майора. Когда они въехали в лес, то проехали метров пятьдесят и остановились перед немецким бронетранспортёром, над которым колыхались две антенны, а рядом стоял капитан со стрелковыми эмблемами на петлицах. Когда Рукавишников спрыгнул со своего танка и подошёл к капитану, тот первым представился.

— Капитан Пригожин, командир отдельного механизированного батальона штаба армии.

— Майор Рукавишников, командир танкового батальона.

— Товарищ майор, вы тут мимо проезжали или как?

— Или как, а вы что тут делаете?

— Согласно приказа командующего армией, генерал-лейтенанта Костенко, уничтожаю прорвавшегося противника. По донесению моей разведки впереди немцы, много, и они двигаются сюда. У вас есть три варианта действий, первый, вы с девизом отвага и слабоумие, с шашкой наголо выскакиваете перед немцами и они вас быстро жгут в течение нескольких минут, после чего они продолжают своё движение вперёд. Второй вариант, вы быстренько отсюда сваливаете, тогда ваш батальон ещё некоторое время покоптит небо и наконец, вариант номер три. Вы временно подчиняетесь мне, и тогда мы совместно уничтожаем немцев, после чего расходимся, как в море корабли.

— А почему я должен вам подчиняться, я всё же вас старше по званию.

— По званию да, только у меня во-первых больше людей, а во-вторых я уже организовал тут засаду и у меня всё готово. Вы владеете оперативной обстановкой? Знаете сколько у меня людей, какое вооружение, кто и где находится?

Майор на это промолчал, так как ему было просто нечего ответить капитану, тот крыл его по всем позициям, как бык овцу. А так капитан предлагал дело, а потому Рукавишников не стал артачиться и согласился временно перейти в его подчинение. Капитан приказал ему со своими танками рассредоточиться, и ждать команду на открытие огня, а кроме того, категорически запретил бросаться в атаку, пока не будет такого приказа. Майору это понравилось, его не собирались отправлять на убой, прикрываясь его танками от противника. Быстро рассредоточив танки вдоль опушки леса, его бойцы стали их спешно маскировать ветками. Через десять минут все танки были замаскированы, а майор решил пройтись немного вдоль опушки и посмотреть на бойцов капитана. Вот тут его очень удивило от количества трофейной техники. Примерно на равном расстоянии стояли замаскированные бронетранспортёры, а между ними были орудия, как противотанковые сорокапятки, так и полковые УСВ. Кроме того все бойцы были вооружены или СВТ или автоматами ППД, а кроме того было много и пулемётов, как станковых, так и ручных, так что огневая мощь этого батальона была просто запредельной, он мог обрушить на своего противника просто шквал огня. А в глубине леса проглядывали трофейные грузовики, это где интересно капитан так разжился, а ведь похоже он сам эти трофеи добыл, а значит это ещё тот волчара. Хотя о чём это он, ведь сам только что видел груду уничтоженной техники немцев, интересно, а какие потери капитан при этом понёс. Сказать трудно, наших погибших бойцов он не видел, а вот с техникой сложней, раз она трофейная, то как отличить вражескую от своей, вопрос. Долго ждать противника не пришлось, вскоре со стороны дороги послышался шум моторов и показалось облако пыли. Рукавишников поспешил вернуться к своему танку, он еле успел, только он устроился на своём месте, как прильнув к прицелу, увидел подходящую колону немцев.