Белый рыцарь и павший ангел - Михаил Мухин

Саманта: Об этом не беспокойся, этого у нее будет в достатке!

Леон: Я сказал – отдыха. Господи, вот с какими кадрами приходится работать!

Саманта рассмеялась, но потом просто стала улыбаться…

Саманта: Леон, спасибо тебе.

Леон: За что?

Саманта: За то, что ты такой, какой ты есть. Огромный поток веселого безумия в нашем грустном мире. Если бы не ты… нас бы всех убили бы еще пять лет назад. И не только это. Сая до сих пор бы боялась своего отца, Ария доставала Джорджио со своими идеалами, а я все так же не могла бы найти кого-то, кто понимал бы меня так, как это делаешь ты. Да и я бы не встретила Мишель. Знаю, ты такие заявления всерьез не воспринимаешь, но, я думаю, ты нашел мне мою вторую половинку. Так что спасибо тебе за то, что ты есть.

Леон: Да не за что. Просто продолжайте хранить меня, такого хорошего и замечательного.

Саманта: Ладно, постараемся. До завтра.

Леон: Ага, завтра увидимся.

Моя дорога до дома каким-то образом привела меня в парк, который находился в совершенно другом направлении. Краем глаза я увидел знакомую фигуру у фонтана и решил подойти к ней…

Леон: Не часто увидишь верховного главнокомандующего штаба тринадцати в таком обычном месте. Что-то не так, Фреита?

Она посмотрела на меня грустным взглядом, после чего отвернулась…

Леон: Мобилизация!

Фреита: Да. Приказ был подписан одиннадцатью командирами дивизионов и тридцатью двумя из сорока кардиналов. Приказ должен быть выполнен в течение 72 часов. Через три дня, начнется война с розенкроссерами.

Леон: Кто не подписал приказ?

Фреита: Я и Шарль.

Леон: Вы были свидетелями почти падения Ватикана, но неужели остальные командиры настолько глупы, что готовы пожертвовать всеми силами Ватикана и России вместо того, чтобы подготовиться лучше к этой войне?

Фреита: Все напуганы. Даже после всего того урона, который им был нанесен тобой и всеми спецслужбами Ватикана, в России они доказали свою готовность к войне. Если они вновь собирались заставить нас воевать с Россией, значит, они уверены в своей победе над остальными империями, даже объединенными. Представляешь, с какой мощью альянсу придется столкнуться?

Леон: Сомневаюсь, что кто-то, кроме меня, вообще даже подозревает о том, насколько они сильны. После всего, чем я занимался на протяжении десяти лет, они все равно готовы к этой войне. Только мы еще не до конца окрепли после переворота.

Фреита: Но и ждать мы больше не можем. Леон, после мобилизации тебя собираются восстановить в ранге верховного инквизитора.

Леон: Значит, я стану острием нашей атаки?

Фреита: Твой опыт в войне с ними может спасти неисчислимое количество жизней наших солдат. Кто знает, может, это решение и даст нам шанс победить. Ты единственный, на кого мы можем рассчитывать в борьбе с розенкроссерами.

Леон: Потому что я их ночной кошмар наяву. Не беспокойся, уж от меня они не скроются.

Фреита: Хорошо. Ладно, уже поздно. Завтра у нас сложный день, тебе нужен отдых.

Леон: Это точно.

Я наконец направился домой. Когда я пришел, было слишком поздно, и я просто сразу лег спать. Этот тяжелый день наконец закончился, и мне было приятно это осознавать. Хотя мою голову заполняли мысли о начинавшейся войне и о том, жизни сколь многих она утянет в себя…

Глава XVI

Четвертый дивизион против розенкроссеров

Самое ужасное, что может произойти в твоей жизни – это то, что ты не сумеешь отомстить, исполняя свою месть

Ватикан, моя квартира, 16 октября. 7.00…

Солнце начинало светить в открытое окно, утренний ветерок доносил до меня освежающую прохладу. В постели рядом со мной лежала прекрасная блондинка, чьё тело отдавало приятным ароматом фиалок. Это было, без сомнения, прекрасное утро, которое так же, как и все другие, должно было быть разрушено моим проклятым будильником прямо сейчас…

Я сказал, сейчас…

По какой-то причине будильник не зазвонил, но я встал самостоятельно, хотя сон с солнцем за окном и блондинкой в постели все продолжал существовать. Не придав этому особого значения, я пошел в ванную комнату. После того, как я умылся и почистил зубы, я направился на кухню мимо спальни. По пути я осознал, что блондинкой в постели оказалась Эрика, но понял я это, только пройдя на кухню. Удивленный, я вернулся в комнату и приблизился к Эрике…

Леон: Эрика, проснись.

Она только повернулась на другой бок, бормоча что-то себе под нос…

Леон: Эрика, вставай!

Эрика: Еще пять минут.

Леон: ЭРИКА!

Эрика: Господи, зачем так кричать?

В этот момент она протерла глаза и удивленно посмотрела на меня…

Эрика: Леон… А что ты делаешь у меня дома?

Леон: Интересный вопрос, учитывая, что это мой дом.

Эрика: Но командир Шарль дал мне этот адрес и ключи от входной двери.

Леон: Я должен был догадаться! Ладно, прибью его позже. Вставай, тебе еще надо успеть собраться и позавтракать. К восьми выходим.

Эрика: Ладно.

После завтрака мы отправились в штаб четвертого дивизиона. Прибыли вовремя, хотя пришлось всем объяснять, что Шарль насильно заставил Эрику жить у меня, поэтому мы и пришли вместе. Самое интересное происходило в секретарии…

Леон: Вот, теперь отметь свое прибытие.

Эрика: Хорошо.

Леон: Тебе Саманта все объяснила?

Мишель: Нет.

Леон: Она теперь наш номер четырнадцать, так что вам еще работать вместе.

Мишель: Скажи мне, что это шутка.

Леон: Сам хотел, чтобы мне это сказали. Но таковы условия альянса между нами и ними. Так что придется терпеть.

Мишель: И все равно немного странно. Разве они не злы на тебя после того что ты сделал?

Леон: Да. Поэтому и заставили с ней нянчиться.

Эрика: Я все еще здесь!

Леон: И поэтому выговор! А ну, быстро пошла переодеваться в униформу и на площадку – отрабатывать техники с Саей!

Эрика: Так точно.

Эрика ушла переодеваться, а я должен был получить данные разведки, чтобы их проанализировать…

Леон: Кстати, где эта французская смазливая мордашка, которого я собираюсь убить при первой встрече?

Мишель: Кто?

Саманта: Шарль на собрании штаба тринадцати и совета кардиналов.

Леон: С самого утра? Это плохо!

Саманта: Кажется, началась мобилизация сил. Третий и пятый дивизионы уже сформировали боевые отряды, а дивизионы с седьмого по одиннадцатый производят проверку своих ресурсов.

Леон: А чем занимаемся мы?

Саманта: Дай посмотреть распоряжения по базе данных.

Саманта какое-то время лазала по цифровому архиву, после чего нахмурилась…

Саманта: На время заседания совета и штаба мы обеспечиваем их оборону. После этого командир Ду Монд определит часть рыцарей в наблюдатели за групповыми тренировками.

Джорджио: Что это значит?

Леон: Что уже сегодня будут создаваться смешанные отряды из рыцарей разных дивизионов. Обычно пересечения на заданиях между дивизионами – редкая случайность, но теперь мы формируем объединенную армию, в которой дивизионы действуют воедино.

Джорджио: Так это ведь хорошо, не так ли?

Мишель: Обмен опытом сделает все дивизионы сильнее, правильно, Леон? Леон?

Леон: В данном случае… штаб не хочет крушения боевой мощи дивизионов.

Мишель: Что?

Лира: Это называется «сбалансированное принятие урона».

В этот раз я не отпрыгнул, хотя Лира и появилась неожиданно…

Леон: Всего Ватикан располагает тринадцатью дивизионами паладинов. В них разная численность, и способности этих дивизионов разные. Но это дает противнику преимущество, в некотором смысле. Смешанные войска позволяют урегулировать баланс потерь в бою.

Джорджио: Как?

Леон: Всего есть тринадцать дивизионов. Если один дивизион потеряет тринадцать своих рыцарей в бою, это станет огромным уроном для дивизиона. Но если каждый из дивизионов потеряет всего по одному рыцарю, это не так сильно скажется на моральном духе дивизионов. Это и называется «сбалансированное принятие урона». Гибнут все те же тринадцать человек, но урон империи становится в несколько раз меньше.

Саманта: И нашей работой будет обеспечение подготовленности всех дивизионов к этой тактике. Подготовить всех их к тому, что потери будут огромны. Ватикан прибегает к такой тактике, только когда готовится к войне на выживание.

Джорджио: На выживание?

Леон: Когда враг обладает достаточной силой, чтобы уничтожить империю и ее союзников.

Лира: Командование не уверено в нашей победе?

Леон: Это война против розенкроссеров. Даже объединив весь мир, нельзя быть уверенным в победе до конца.

Мишель: И, несмотря на это, мы все же ее начинаем.

Леон: К сожалению, да.

Все утро было спокойным. Думаю, мы все пытались отдохнуть, пока это было возможно. Совещание совета и штаба затянулось на несколько часов, они готовились обречь империю на необходимые для спасения этого мира от розенкроссеров страдания. Начиналась война. Война, которая собой могла затмить Святую войну 2024 года, после нее Ватикан и Россия могли исчезнуть как государства, но, даже несмотря на это, мы все понимали, что готовы пойти на это. Мы думали, что после того, как двери зала переговоров откроются, начнется война. Да только она началась куда раньше…