Красно-синий – самый сильный! - Денис Целых

– Сделаем все, чтобы этого не произошло.

– Некоторые болельщики до сих пор не могут отойти от шока после поражения в Москве. А вы?

– Конечно, мне непросто. Но лучшее лекарство – это работа. Мы уже сыграли матч чемпионата России в Ярославле. В этом турнире свои задачи. Хотя неприятный осадок после проигрыша все равно остался. Но сегодня мы думаем о том, как ликвидировать упущенное в первом матче. Переживания есть. Но надо забыть о них. И постараться исправить ошибки. В Москве был несчастный случай. И я абсолютно уверен, что в среду команда будет выглядеть совершенно по-иному.

– Что сказали в раздевалке после первого матча?

– Произошло недоразумение, неудача. Теперь надо постараться ликвидировать ее в повторной встрече.

– Сейчас вы постоянно чередуете вратарей. Первый то Мандрыкин, то Акинфеев. Между тем оба – ребята молодые, могут и занервничать…

– С вратарями ситуация простая. У Мандрыкина был спад, как у любого человека. Но то, что он является в команде первым номером, даже не обсуждается.

– В прошлом матче с «Шинником» не играл Попов. Воспитательная мера или дали ему отдохнуть?

– Сейчас у нас очень плотный график матчей: через два дня на третий, через три на четвертый. Поэтому мы дали возможность игрокам отдохнуть, чтобы успешно выступать и в чемпионате России, и в Лиге чемпионов.

Увы, успешно выступить в Лиге чемпионов-2003/04 армейцам не довелось. В Скопье ЦСКА довольствовался лишь ничьей и вылетел из турнира. Этот матч состоялся 6 августа, а 7 у Валерия Газзаева был день рождения. Но футболисты не порадовали своего наставника.

Здесь я вновь обращаюсь к своим архивам – репортажу в «Советском спорте». «Нет ли лишнего билетика?» Где, вы думаете, я услышал эту фразу? На подступах к стадиону за час до начала встречи? Или у самых касс за считаные минуты до старта игры? Отнюдь нет. Это произошло еще за пять часов до первого свистка в матче испанского судьи Эскинаса Торреса. Причем не где-нибудь, а в моем гостиничном номере. Раздался телефонный звонок, и голос на ломаном русском задал этот самый вопрос.

Как выяснилось, звонил работник гостиницы. Он поведал свою историю. Оказалось, что они с друзьями поставили в тотализаторе довольно много денег, причем на ЦСКА. Кто решил рискнуть суммой в сто долларов, кто в триста, а кто и в пятьсот. И это при том, что средняя месячная заработная плата в столице Македонии меньше двухсот долларов. «Зато если ваша команда выиграет в основное время с нужным счетом и пробьется в следующий раунд, мы все получим в три раза больше», – с надеждой в голосе заявил мой собеседник. «Выходит, за ЦСКА будете болеть?» – спросил я. «Ну, если ваши выиграют, мы хоть денег получим, причем немало, – уклончиво ответил он. – Правда, вот смотреть за игрой, скорее всего, придется по телевизору», – грустно добавил звонивший.

…Начало матча стало едва ли не точным повторением первого тайма встречи в Петровском парке. Вновь ЦСКА добился очевидного игрового перевеса, вновь очень активны были полузащитники москвичей, а самым заметным среди них был Гогниев. Единственная, но существенная разница – в Скопье красно-синие не стали «рихтовать» штанги, а довольно быстро добились результата. Гогниев, замененный Газзаевым в Москве уже в первом тайме, на этот раз сумел продлить мандат доверия тренера, первым успев на добивание после удара Попова – 0:1.

Любопытно, что диктор на стадионе до того, как гости повели в счете, постоянно напоминал, что «Вардар» по сумме двух матчей имеет перевес, однако затем, видимо из суеверия, закрыл эту тему.

До перерыва футболисты ЦСКА еще дважды поражали цель, но оба раза арбитры фиксировали положение вне игры. А вот во втором тайме ситуация на поле изменилась. К сожалению, продолжилась аналогия с первым матчем. Хозяева поля пришли в себя, сумев избежать нокаута. Больше того, они начали предпринимать вылазки к воротам Мандрыкина, а армейцы отвечали контратаками, одна из которых завершилась ударом в штангу. Однако в целом футбол после перерыва оказался невыразительным.

Валерий Газзаев предпринял замену, отодвинув на место центрального защитника Евсикова и внедрив в среднюю линию Лайзанса. Однако именно сразу же после нее хозяева провели разящую атаку, которую завершил точным ударом бразилец Дос Сантос, – 1:1.

В принципе после ответного гола подопечные Газзаева оказались отнюдь не в безвыходном положении. Им в любом случае нужно было забить еще один мяч, который перенес бы спор соперников в овертайм. Увы, красно-синим удалось создать до конца игры только один по-настоящему голевой момент. Однако вышедший на замену молодой Самодин, бивший головой в упор, угодил в защитника. Итогом стал вылет команды Газзаева из еврокубков…»

«Этому поражению нет оправдания, – заявил Валерий Газзаев в самолете по дороге из Скопье в Москву. И добавил: «Только, пожалуйста, не надо смешивать с грязью игроков. Им сейчас и так тяжело…»

Опустошенность, стыд, злость на самих себя – что чувствовали в эти минуты футболисты ЦСКА? Наверное, всего понемногу.

Мне было просто грустно. Вспоминались ухмыляющиеся лица македонских болельщиков, тычущих пальцами в сторону российских журналистов. У них, переполнивших местный стадиончик уровня первого российского дивизиона, в этот день был праздник. Диву даешься, как смогли более 15 тысяч человек уместиться на 12 тысячах мест! Сидели в проходах, стояли огромными скоплениями там, где не то что нормально за футболом посмотреть – просто поместиться, казалось, было невозможно.

В Македонии ЦСКА «провалился», а фаны подрались с полицией

Вспоминались их обидные и леденящие душу скандирования: «Россия – ничто!» Что было ответить нашим? «Пусть смотрят на табло», – примерно так после одной из побед над «Динамо» заявил лидер армейцев Ролан Гусев. Вот только табло на стадионе в Скопье не было.

Вспоминались македонские журналисты, которые в ожидании пресс-конференции с улыбкой на устах произносили одну и ту же фамилию: «Олич». Интересно, что думал в этот момент сам хорват, купленный руководством ЦСКА специально под Лигу чемпионов? Наверное, ему было не по себе. Так же как и Иржи Ярошику, у которого на глаза наворачивались слезы. Уже в Москве, когда клубный микроавтобус вез игрока домой, он все сокрушенно покачивал головой, словно не мог поверить в случившееся…

Вспоминалось многое. Например, как в составе «Вардара» на замену вышел игрок, у которого номер на спине был нарисован… фломастером – не нашлось нужного комплекта формы. И сама пресс-конференция, комната для которой больше напоминала дешевую забегаловку. И вот такой команде проиграл вице-чемпион России?..

Нереально, невозможно, дико. А если одним словом, то просто грустно. Что чувствовал Газзаев? Наверное, сам не находил для себя объяснений. Каждому из нас тяжело смириться и принять, когда рушатся лучшие идеалы. Его идеалы – тренерские – потерпели в Македонии полный крах.

Сразу после матча наставник красно-синих заявил: «Беру всю вину на себя. Это поражение говорит о том, что команда на данный момент просто не готова к Лиге чемпионов». Точно такие же слова я услышал в 1998 году в норвежском городишке Мёльде, только из уст другого армейского тренера – Олега Долматова. Унылое дежа вю для поклонников ЦСКА.

«Да, такого дня рождения, что и говорить, у меня в жизни еще не было», – грустно улыбнувшись, произнес наставник армейцев. Что можно было ответить? Конечно, жизнь на этом не останавливалась, но слишком уж жестоким был удар – и не только по Газзаеву, но и по всем российским болельщикам.

«Знаете, такое чувство, что предстоит еще ответный матч в Москве, – заявил мне по дороге домой вратарь команды Вениамин Мандрыкин. – Увы, это не так. Без всякого сомнения, это самое обидное поражение в моей жизни. Такое ощущение, что потерял что-то очень важное для себя».

Иржи Ярошика неудача в Скопье лишила свидания с Прагой – туда теперь отправлялись македонцы.

«Да что там Прага? – махнул рукой Ярошик. – Если бы играли со «Спартой» так же, как и с «Вардаром», мне было бы очень стыдно в своем городе перед местными болельщиками. Сами на себя должны пенять – столько моментов упустили. Матч в Македонии мне один в один напомнил встречу в Москве. Упущенные возможности в первом тайме – расплата во втором. Хотя в любом случае мы играли очень плохо».

Мне довелось ехать вместе с Иржи из домодедовского аэропорта в Москву на армейском микроавтобусе. Признаюсь, я до этого никогда не видел, чтобы футболист так был убит поражением своей команды. Полдороги он проехал, обхватив голову руками. Когда убирал руки, на его лице отчетливо прослеживалась гримаса отчаяния. Казалось, в тот момент в его жизни что-то рухнуло…

Во второй половине сезона-2003 Ярошик уже не был похож сам на себя. В команде говорили – устал, полтора сезона без передышки играет. Но наверняка на эмоции чеха повлияло и грустное расставание с Лигой чемпионов.