'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Пламя вокруг нее моргнуло и исчезло – в панике Рин не могла сосредоточиться на ярости, но никто и не собирался на нее нападать. И гражданские, и солдаты обеих армий покидали содрогающийся город, уворачиваясь от огромных камней, падающих с разрушающихся зданий.

Раскаты стали громче. В земле разверзались трещины, похожие на открытые раны от когтей невидимого зверя. Рин увидела, как два человека прямо перед ней с криками исчезли, когда под их ногами обрушилась земля. Впервые за всю эту кампанию из-под спокойствия Рин прорвался укол страха. Великая черепаха распробовала вкус свободы. И ей хотелось еще. Если так будет продолжаться, Дулин отправит под землю весь город.

Однако каким-то чудом, когда Рин приблизилась к восточной стене, земля почти перестала трястись. Рин поняла, что рябь расходится по кругу, и чем дальше от эпицентра, тем сильнее разрушения. А прямо под ногами Дулина царило спокойствие.

Ну конечно. Великая черепаха жаждала освобождения. Ей хотелось увидеть небо. Она могла закопать все вокруг, но только не смертного, в чье тело вселилась.

Дулин скорчился на том же месте, где Рин его оставила, накрыв голову ладонями, словно кричал. В нескольких шагах от него Пипацзы слегка присела, будто готовясь к прыжку. При виде Рин ее глаза округлились.

– Что мне…

– Не сейчас. – Рин оттолкнула ее с дороги. – Отойди.

Поза Дулина говорила о том, что он еще борется. Великая черепаха пока не победила, его можно вернуть. На мгновение Рин подумывала наорать на него, как обычно поступал Алтан с Суни.

Но Цзиньчжоу разрушался на глазах. У нее просто не было времени.

Она рванула вперед, опустив голову, и врезала ему под дых. Дулин упал без всякого сопротивления. Рин уже и забыла, насколько он слаб – всего лишь тощий, вечно голодный подросток. Он барахтался на земле, но Рин крепко прижала его коленями.

Гул усилился. Рин услышала треск раскалывающейся земли где-то в границах города. Только что рухнул очередной дом. Она быстро пошарила в заднем кармане и вытащила пакетик с опиумом, разорвала его зубами и высыпала на землю.

Дулин выгнул спину, корчась на земле. Из его горла вырвалось клокотание. Он беспрерывно моргал, и глаза каждый раз меняли цвет с карего на сверкающий черный.

– Не дергайся, – шикнула Рин.

Дулин посмотрел на нее. Рин почувствовала, как в его душе зарождается страх, будто нечто первобытное и чуждое. Лицо Дулина исказилось в ужасе, он затараторил на неизвестном гортанном языке.

Рин схватила с земли шарики опиума и затолкала их Дулину в рот.

Его глаза вылезли из орбит. Рин наклонилась и зажала ему рот рукой, крепко стиснув челюсти. Дулин пытался вырваться, но Рин только сильнее надавила, прижав к его горлу культю, пока наконец он не сглотнул. Через несколько минут, как только опиум попал в кровь, землетрясение прекратилось.

Рин отпустила челюсть Дулина и пощупала пульс у него на шее. Слабый, но четкий. Его грудь мерно поднималась и опадала. Хорошо – значит, Рин все-таки его не задушила.

– Приведи Ляньхуа, – велела она Пипацзы. На уголках губ Дулина пузырилась пена, и Рин задумалась, за какое время опиум может убить человека. – И побыстрее.

Когда Цзиньчжоу пал, городской голова понял, что поражение равносильно смерти, и сбежал через дальние ворота, спрятавшись среди свиных туш в телеге. Он бросил беременную жену и трех детей, которые забаррикадировались во внутренних покоях особняка, и через несколько часов их обнаружили там под грудами осыпавшегося камня.

Все это Рин узнала, когда ее войска взяли управление городом на себя.

– Все, кого мы допросили, утверждают, что он бежал на восток, – доложила командир Мирагха, способный заместитель Чолана из провинции Собака. Она быстро стала одним из лучших офицеров Рин. – В соседней провинции у него есть союзники. Как поступить?

– Догоните его, – приказала Рин. – Догоните всех, кто удрал, притащите обратно и посадите в тюрьму. Никто за пределами Цзиньчжоу не должен знать о том, что сегодня произошло.

Из всех советов Сунь-цзы один крепко засел у нее в голове – в длительной борьбе самым важным является асимметрия информации. Сейчас игроки были примерно на равном уровне, но Рин не хотела, чтобы Нэчжа узнал о существовании в ее армии шаманов, пока их можно скрыть. Она знала, что не сумеет долго держать это в тайне, но нет смысла давать Нэчже лишнее время на подготовку.

– Убить или захватить? – уточнила Мирагха.

Рин задумалась.

Вопрос касался и более сложной проблемы – как дальше управлять оккупированным Цзиньчжоу. Обычно в гражданских войнах вроде кампании Вайшры границы провинций менялись. Вражескую территорию трудно удержать, и самый простой путь бескровно контролировать город – это положиться на местные власти. Если Рин хотела, чтобы Цзиньчжоу вернулся к нормальному существованию, стоит сохранить жизнь местным чиновникам. Но ей нужны были ресурсы, а не территория, она не собиралась оставлять войска в каждом городке на пути к Арлонгу.

Конечно, такая стратегия не годится для долгосрочного управления. Но сейчас Рин не думала о будущем. Она хотела убить Нэчжу, уничтожить Республику, освободить юг и выпроводить из страны гесперианцев. Ей было все равно, как будет жить Никан, пока она не добьется своего.

Скорее всего регион погрузится в хаос, а местная власть либо снова утвердится в правах, либо станет жертвой какого-нибудь заговора. Наверняка начнутся мелкие стычки. Расцветет бандитизм.

С этой проблемой она разберется потом. Будет несложно восстановить порядок после поражения Республики. Вся власть будет в руках Рин. Кто осмелится бросить ей вызов?

– Захватите, если получится, – приказала она Мирагхе. – А если не получится, то не стоит лезть из кожи вон.

Остаток дня войска грабили город.

Как можно любезнее, без излишней жестокости. Рин строго приказала солдатам оставить в покое мирных жителей и их дома. Даже с учетом разрушенных землетрясением зданий в Цзиньчжоу было достаточно богатств – в уцелевших складах, амбарах и лавках хватало товаров, чтобы прокормить армию несколько месяцев. Войска нагрузили фургоны мешками с рисом, зерном, солью и вяленым мясом, пополнили запасы бинтов и снадобий, заменили ржавые телеги на новые, чьи колеса и оси в солнечных лучах блестели серебром.

Но самой ценной находкой оказались рулоны хлопка, льна и шелка, сложенные кипой на складе тканей. Теперь у армии появились бинты. Теперь они могли починить обувь, которая после похода через хребет Баолей так истрепалась, что за Цзиньчжоу солдаты дрались босиком. И впервые за свою короткую историю армия южан обзавелась военной формой.

До сих пор они были одеты в те же обноски, в которых вышли из южных провинций. В битве солдаты отличали своих по полоскам глины на лице, как предложил Суцзы