Операция Одиночество - Дмитрий Воронин

Изучение "Колючки" позволило установить следующее. Прежде всего, объект имел около двадцати тысяч "игл" - передающих антенн. Ни силовой защиты, ни наступательного вооружения обнаружено не было - то есть за факт отсутствия вооружения свидетельствовало то, что объект ни разу не попытался открыть огонь по новоявленному соседу.

Длительное время никто не мог объяснить такого количества антенн - хотя внеземная технология вряд ли могла быть понята вот так - наскоком. Правда, Джоанна как-то заметила, что не все "иглы" на вид исправны - в нескольких местах она обнаружила смятые и искореженные антенны - очевидные следы попадания метеорита. Создавалось впечатление, что вместо того, чтобы отремонтировать поврежденный эффектор, система строила рядом новый. Впрочем, кто поймет чужую логику.

Присутствие "Файвера" никак не повлияло на работу транслятора - то есть создавалось впечатление, что на самой станции ничего вокруг не видят и не слышат. Рич предположил, что передатчик обслуживается исключительно роботами, на что Рейкер возразил, что даже те роботы, что изготавливались на Рекне, и то были умнее. Анни высказала более реалистичное предположение - возможно, на них не обращают внимания, потому что не считают чем-то серьезным. Это было весьма похоже на правду, тем более, что "Файвер" пока не проявлял агрессивных действий и, соответственно, не представлял для транслятора угрозы. Впрочем, подобное благодушие обитателей станции наводило Дика на мысль, что понять инопланетную психологию ему никогда не удастся. Сам бы он пальнул по подобному "гостю" просто страховки ради.

Наконец все было готово к старту. Каждый считал своим долгом дать капитану последние наставления. Рич безапелляционно заявил, что если командир перестанет выходить на связь, то он незамедлительно отправится на выручку. Анни при этих словах слегка побледнела, но удержала себя в руках и кивнула. Боб еще и еще раз экзаменовал Старка по правилам пользования передатчиком скафандра и, в принудительном порядке, в компании с Рейкером натолкал в багажный отсек челнока массу всякой всячины, начиная от кислорода и продуктов до пары запасных скафандров. Он даже порывался отдать Дику свой компьютер, но тот великодушно отказался. Конечно он понимал, что компьютер может оказаться неплохим помощником в этом путешествии, однако забрать его означало лишить товарищей возможности вернуться на Землю, а этого он себе позволить не мог.

После многочисленных рукопожатий и ободряющих похлопываний по плечам, малочувствительных для закрытого броней скафандра Дика, к нему подошла Джоанна, бросив на остальных такой взгляд, что все поспешили отдалиться за пределы слышимости.

- Знаешь... - она замолчала, подбирая слова - Я хотела сказать... Это не в моих правилах, но сейчас уже последняя возможность...

Ей много чего хотелось объяснить Дику. Объяснить, что любит его, что ей плевать на все его прежние увлечения, что он давно стал для нее смыслом жизни, но нужные слова, так хорошо продуманные долгими бессонными ночами, вдруг куда-то исчезли, оставив вместо себя только одни эмоции, которые передаются глазами, но никак не банальными голосовыми связками. Джоанна поняла, что сейчас она не сможет объяснить парню, как он ей нужен, не сможет, да может и не стоит... Ей очень хотелось разреветься, но она изо всех сил пыталась сдерживаться. Попытка высказаться непременно вызвала бы поток слез, а сейчас она этого не хотела. Поэтому она просто поцеловала его в щеку и шепнула:

- Возвращайся... я очень прошу. Ладно?

- Я вернусь. - тихо сказал Дик. - Я обязательно вернусь...

Девушка сделала шаг назад и натянуто улыбнулась.

- Ну, ни пуха...

- К черту. - Дик сел в кресло челнока и затянул привязной ремень.

Крышка люка мягко захлопнулась. Дженнингс, давно покинувший ангар и занявший место на своем боевом посту - у компьютера в рубке, настраивал систему "нуль-лифта". Затем, мысленно перекрестясь и пожелав наверное в тысячный раз удачи командиру, он дал команду активации. Мгновение корабль стоял на прежнем месте, затем полыхнула ослепительная вспышка и кольцо телепортатора опустело.

Вот тогда-то Джоанна позволила себе разреветься.

Разум приносит боль

Вспышка на долю секунды закрыла экраны, а уже через мгновение на них появилось звездное небо - он был за бортом "Файвера". Корпус находился "внизу", то есть ниже пола челнока. А "вверху" была многолучевая звезда генератора, цель его полета. Дик развернул шаттл и направил его в сторону практически невидимой сейчас звезды.

Позади вспыхнул луч мощнейшего прожектора. Его свет без особых потерь пересек сто километров, которые отделяли ближайшие "иглы" от "Файвера", однако Дик знал, что увидит отраженный свет не ранее, чем через полчаса - по согласованию с Бобом, который неофициально являлся своеобразным заместителем командира и фактически оставался старшим в его отсутствие, челнок будет продвигаться к "Колючке" предельно медленно. Глаз начнет воспринимать отраженный свет с километра, может чуть больше. Тем не менее Дженнингс зажег прожектор уже сейчас и, как прекрасно понимал Дик, будет держать его включенным до самого конца... каким бы он ни был.

Пока кораблик двигался на автопилоте, который получил указания немедленно остановить челнок, как только обнаружит препятствие ближе ста метров. В ближайшие минуты Дику было абсолютно нечего делать, поэтому он мог позволить себе расславиться.

На ум приходили разные мысли, и все чаще вспоминались Джоанна и Клаудиа, две женщины, которые прочно вошли в его жизнь. Джоанна, в которую он был влюблен чуть ли не с первого взгляда, и которая, как ему казалось, всегда держалась от него на расстоянии. Может, прояви он больше активности, девушка ответила бы ему взаимностью. Во всяком случае сегодня, как ему показалось, в ее глазах светилась нежность. А Клаудиа... горько сознавать, что эта красавица так подло использовала его в своих целях. Любил ли он ее? Сложный вопрос... наверное все же нет. Чувства, которые вызывала у Дика Клай, были скорее похожи на бурное физиологическое влечение, на гормональном уровне. Его отношение к Джоанне было иным. В последнее время, после смерти Клай, он сильно замкнулся в себе, ощущая вину перед Диди и друзьями, которые, в особенности Рич, не раз пытались наставить его на путь истинный. Он не раз думал о том, сколько хороших людей умерло от того, что в пылу страсти он произнес ту или иную фразу, которая была вовремя подхвачена внимательной Клаудией. В такие моменты ему казалось, что секс та воспринимала как серьезную работу, не терпящую расслабления.

Да, Клай, безусловно, была событием в его жизни. Особенно в том плане, что научила его тому, что стоит не поддаваться первому впечатлению. Может быть даже он впредь сумеет отличить настоящие чувства от "юношеской влюбленности", которая так дорого стоила Патрулю и ему самому. "Не знаю, сможет ли Джоанна простить меня... - думал он, отрешенно наблюдая за приборами, назначение и смысл показаний которых проходили мимо сознания - Но я должен сказать ей, что никто и никогда не был мне так дорог, как она. Может когда-нибудь, много позже, я смогу вернуть ее уважение и привязанность. Во всяком случае, в это хочется верить".