Толковая Псалтирь - Евфимий Зигабен

Псалом 103

Псалом Давиду о мирстем бытии.

Предыдущим псалмом Давид славословит Господа, благодаря Ему за те благодеяния, которые Он оказал нам, а сим прославляет Его, весьма удивляясь особенно происшедшему от Него созданию твари.

*) Феодорита: Благодать всесвятого Духа не только предлагает людям нравственное и догматическое учение, но и наставляет, как должно прилежно хвалить Творца; для сего-то и написала сей псалом, употребив в служение сему блаженного Давида, чтобы знали все, какие песни должно приносить в воздаяние благодетелю.

Ст. 1. Благослови, душе моя, Господа! Господи, Боже мой, возвеличился ecu зело. Благослови, говорит, и прославляй душа моя, Господа. Господи, Боже мой! Ты по всем своим Божественным свойствам и совершенствам оказался для нас словесных весьма великим; из чего? Из великого произведения тварей и промысла Твоего о них*).

*) Слова Златословесного: Не только Бог благословляет человека; но и человек Бога, но не одним и тем же: Бог благословляет человека тем, что поставляет его в безопасности и делает его славным, как Авраама; а человек не так, но он делает тогда славным самого себя (т. е. когда благословляет Бога); ибо благословляет ли Бог человека, или человек Бога, из того и другого происходит польза для человека, так как Божество не подлежит никаким нуждам. Что же значит: Ты весьма возвеличился? То ли что Он получил новое величие? Как же делается великим тот, кто, будучи всегда велик, не может получать приращения? Когда преданные Ему ведут отличную жизнь, когда и словами и делами восхваляют Его: тогда Он возвеличивается, не сам получая нечто к своему увеличению, но для незнающих Его оказывается великим чрез рабов своих; Феодорита: Будучи велик по естеству Он открывает сие для благочестивых, притом не все величие, но сколько вмещает человеческое естество посредством величия тварей и промысла и разнообразия.

Во исповедание и в велелепоту облеклся ecu. Исповеданием Давид называет здесь благодарность, а великолепие приличную великому честь. В то и другое, говорит, Ты облечен, Господи, чрез величественность творений своих; и в благодарность за то, что Ты создал столь удивительные твари, и в честь, поскольку Ты столь великолепный Творец их.*)

*) Исихий под исповеданием и великолепием разумеет воплощение Спасителя. Ибо хотя творение ангелов, распростертие неба, основание земли и проч. достаточно являют Бога, но еще достаточнее их открывает воплощение Спасителя—Его вочеловечение и пребывание Богом. Ибо хотя это произошло по порядку, после Бог поставил сие впереди всего прочего, как по всей силе превосходящее все.

2. Одеяйся светом, яко ризою. Ты, говорит, Господи, весьма возвеличился, потому что одеваешься светом как одеждою, Ты и покрываешься светом, что согласно с сими словами Павла: «Который обитает в неприступном свете» (1. Тим. 6, 16). А сими словами и Давид и Павел показывает, что Бог по естеству невидим и непостижим; и это по словам Феодорита не противоречит следующим словам: положил тьму в покров себе (Пс. 17, 12); потому что свет неприступный и невидимый производит то же самое следствие, какое и густая тьма, ибо и то и другое препятствует глазам видеть; только неприступный свет препятствует зрению по причини чрезмерного блеска, а тьма по причине оскудения и недостатка света. А если то, что вне Божия света, недоступно и невидимо, то кольми паче то, что внутри самого света. Другие под светом здесь разумеют крайнюю чистоту, а другие —познание*).

*) Слова Евсевия: И так как одевающийся чувственною одеждою покрывается ею кругом: так и невозможность раскрыть окружающий Бога свет выражает непостижимость Его по существу. Златоуста: Что—говоришь, Давид? Евангелист говорит, что Он есть истинный свет; Павел, что Он обитает в неприступном свете, а ты говоришь, что Он облечен светом, как ризою? Видишь ли, что хотя бы кто был пророком, хотя бы Евангелистом или Апостолом, не может достигнуть ясности. Но мало помалу восходя от наименований того, что находится у нас, представляют хотя неясное некоторое понятие о неизреченной оной славе; ибо не зная, что Он по существу, они усиливаются из того, что ясно у нас, получить таковое (понятие), сколько-то возможно. Григория богослова о речении одевающийся: и Давид представляет Бога облекшимся в силу..... разве кому угодно будет разуметь под сим преизобилие и вместе как бы ограничение силы, в каком смысле и Бог одевается светом, как ризою. Ибо кто устоит пред неограниченным Его могуществом и светом? (слово на Пасху).

Простираяй небо, яко кожу. Ты, говорит, весьма возвеличился, потому что распростер небо с такою легкостью, с какою распростирается кем-либо кожа. По словам Феодорита, Давид посредством кожи изобразил легкость, с которою Бог создал небо; а Исаия выразил неподвижность неба и вод Его, сими словами: поставивший небо как свод (Ис. 40, 22). А если ты будешь принимать кожу в том значении, что это есть палатка кожевная; то сими словами Давид изображает, согласно с Афанасием, и вид неба; ибо как палатка имеет вид свода; так и небо походит на свод. Здесь слово: простирающий, употреблено безразлично, вместо: распростерший, по замену времен, как должно понимать и ниже следующие причастия*).

*)Златословесного: И другую высокую мысль указывает при том, что мы совершаем путь в другую жизнь и что настоящее есть тень будущего: и мы не достигаем еще недоступного, но находимся в настоящей жизни еще в куще. Ибо куща есть из числа разрушаемых. Так и, по изменении сего неба, наступить другой род жизни, лучший настоящего; и небо будет новое и земля новая. Не сказал: распростерший, но: простирающий, поскольку, по словам Григория богослова, Он распростер его касательно бытия Его одежды, а, по промышлению, распростирает его всегда, как сказано: Отец мой доселе делает, и Я делаю. Подобное место есть и у Иова: творящий созвездие (плееду) и вечернюю (звезду); ибо создав сие однажды, Он промышляет о сохранении его. Почему Златоуст из сих и других слов делает заключение такое, что небо не кругловидно, но только имеет вид свода, и что не подвижно и не круглообращательно, но что в нем движутся только одни светила, или звезды. А божественный Василий и Нисский и Дамаскин представляют его кругловидным, и что быстрым его движением земля связывается со всех сторон и стоит среди его неподвижно. Кругловидным небо представляет кажется и Зоровавель, когда говорит: не быстротечно ли солнце, когда вращается в кругу неба и опять восходит на свое место в течении одного дня (3 Езд. 4, 34)? И Георгий Писсидиец говорит в Ямбических стихах:

Хотя оно и вид дыма имеет, по словам некоего имеющего остропроницательное зрение;

И полукружие—на подобие блюда; однако же оно имеет твердость и основание в Тебе.

На неимеющей твердости бездне оно утверждено Тобою, простерший небо, как кожу!

Оно поднялось вверх и по тяжести своей наклоняется вниз; но расстояния у неба равны вокруг.

Связует все оно, держась одним Тобою; и как средоточие носит в себе землю:

Ибо, измеряясь неизмеримым небом, в сравнении с Тобою, она тесна как точка.

Зиждитель быстроврающегося крова!

Впрочем мы должны сознаться, что точное понятие о том имеет только создатель сего Бог; в рассуждении чего, смотри слова Григория богослова на изречение 8-го псалма: узрю небеса.

3. Покрываяй водами превыспренняя (горницы) своя. Ты, говорит, высокие части неба покрыл водами, т. е. второе небо, которое писание называет твердью: отделил говорит, Бог воду, которая была под твердью, от воды, которая над твердью (Быт. 1, 7), по изъяснении Златоуста. И действительно преудивительная вещь в том, что вода, которая имеет свойство текучести и стремления вниз, держится, не проливаясь на своде тверди, которая также, как нам представляется с первого взгляда, имеет вид свода*).

*) Слова Златоуста: Повелением Божиим утверждена вода на тверди, и не протекает вниз и не сходит с своего места, хотя вода и не такого свойства; но вот сию странность она имеет на небе, так что и вода не погашает солнца, ни солнце, совершая столько времени под нею свое течение, не иссушает находящейся над ним воды; почему смело могу сказать, что это не дело природы, но превосходящего природу Промысла. Григория богослова: Некоторые (каков Дидим) предполагают и воды божественные, которыми покрываются горние места и чрез которые прославляется Бог, т. е. добрые Силы, способные, по чистоте владычественного ума, воздавать Творцу должную хвалу. Исихия: Высокие таинства показал в водах крещения.

Полагаяй облаки на восхождение свое, ходяй на крилу ветреню. Ты, говорит, Господи, ходишь на облаках и употребляешь их вместо колесниц, как Ты явился на горе Синайской; и ходишь на крыльях ветров; каковыми словами Давид выражает вездесущие Божие: ибо ветер есть вещь быстродвижная и весьма скоро протекающая от одного конца миpa до другого и удобно проникающая все.*