Девочка и пёс - Евгений Викторович Донтфа

дочерью отказался. А сама она, измученная укоризненным взором Кита и "психологическим дискомфортом", в конце концов во всем призналась отцу и вернула Эльвире её куклу. Планета динозавров, "Территория полета" и прочие бенефиции естественно были тут же аннулированы и вместо этого ей пообещали экскурсию в страшную тюрьму "Град обреченных", куда, по заверениям отца, в конце концов и попадают обманщики и шулеры подобные ей.

Или например в случае с мисс Лаурой Дойлинг — учителем изобразительного искусства в школе Элен. Сорокошестилетняя, незамужняя, невзрачная Лаура Дойлинг считалась весьма утонченной и одухотворенной натурой, носителем культуры с большой буквы "Н", апологетом эстетики и творческого начала, а также, естественно, великим знатоком и ценителем живописи. Но кроме того она и сама рисовала некие символичные абстрактные пейзажи, наполненные, по её словам, трансцендентальным чувством прекрасного, которое, по её мнению, и является основным системообразующим законом Вселенной. Некоторые из её работ висели на стенах в коридорах школы, впрочем исключительно в весьма отдаленных и редко посещаемых уголках здания. Также было известно что она регулярно отправляет свои произведения в различные знаменитые картинные галереи, не теряя надежды что однажды её гениальность будет оценена по достоинству и она получит заслуженные ею признание и восхищение. И вот однажды ей действительно пришел ответ из легендарной галереи "Arte conantur" на планете Аркадиа, в котором владелец галереи, а также несколько маститых искусствоведов выражали своё глубокое потрясение и восторг от её работ и предлагали ей организовать выставку на любых её условиях. Лаура Дойлинг естественно была на седьмом небе от счастья и уж конечно ей и в голову не пришло связать это событие с тем что пару дней назад она довольно жестко и даже с некоторым сарказмом раскритиковала картину одной из своих юных учениц. А Элен так старалась, рисуя блестящих кварцевых бабочек с Айнлимы Монли на фоне закатного солнца. Проглотив обиду, Элен вернулась домой и упросила Кита получить административный доступ к серверу галереи "Arte conantur", якобы для того чтобы насладиться великолепными пейзажами, которые находятся в закрытом доступе. Наивный Кит выполнил что от него требовалось и через час мисс Дойлинг получила письмо от владельца галереи, полное восхищения и обожания. Лаура, находясь в непередаваемом возбуждении, решила не вести удаленных диалогов, а взяла внеочередной отпуск и полетела на Аркадию с кипой своих лучших по её мнению работ. Элен конечно не знала точно что там произошло, но могла догадаться, что удар, пережитый её учительницей рисования, был сокрушителен. На Макору мисс Дойлинг вернулась какой-то поблекшей, поникшей, сгорбившейся, постаревшей, её взор потускнел, уголки губ опустились и она казалось навсегда забросила своё хобби. Девочка была потрясена этой переменой и мысль о том что причиной этому она сама буквально превращала её в камень, всё валилось у неё из рук. Вот тогда она и узнала по-настоящему что такое "психологический дискомфорт нечистой совести". Огромная тяжесть сдавливала ей сердце и казалось мешала дышать, но она не могла облегчить свою душу, ибо не смела рассказать о содеянном никому на свете, даже папе и Киту. Ей было невыносимо стыдно и она просто не представляла как сможет смотреть им в глаза после того как они всё узнают. Но впрочем всё закончилось хорошо. Валентин Акари и Кит конечно заметили что с девочкой творится что-то неладное и после совещания с роботом, отец Элен очень аккуратно постарался дознаться у дочери что с ней происходит. Девочка не долго сопротивлялась и в конце концов, вытирая ладошками слезы и шмыгая носом, всё рассказала, а потом окончательно разрыдавшись, бросилась отцу на шею, уверенная что он конечно же презирает её за такой чудовищный поступок. Сквозь рыдания, всхлипы и сопение она просила простить её. Валентин Акари, сдерживая улыбку, осторожно обнимал дочь и успокаивал. Он припомнил эту затянутую в какие-то немыслимые наряды, пеструю, худую, с некоторым как ему казалось завышенным самомнением мисс Дойлинг и не мог заставить себя отнестись неодобрительно к проделке Элен. Девочка моментально это почувствовала. Она поглядела на отца и не увидела ни в его лице, ни в его ауре ни малейшего порицания. Прекратив плакать, она с удивлением спросила: "Ты совсем не сердишься?". Валентин улыбнулся: "Не сержусь. Наверно я тоже не слишком симпатизирую этой мисс Дойлинг." Он взял салфетку и вытер нос Элен. "Но я буду по-настоящему гордиться своей дочерью, если она найдет в себе смелость признаться мисс Дойлинг в том что совершила". После уроков Элен зашла в аудиторию изобразительного искусства. Лаура Дойлинг сидела за учительским столом и грустно глядела в окно. Девочка подошла к ней. Женщина посмотрела на неё рассеянно и спросила:

— Чего тебе, Элен?

Девочка ничего не ответила. Собираясь с духом, она неотрывно глядела в глаза женщины. Этот пронзительный взгляд ребенка немного встревожил Лауру.

— Что-то случилось, дорогая?

— Это я прислала вам письмо от имени галереи арте конантур. Хотела отомстить за то что вы высмеяли моих бабочек.

Элен готовила себя к чему угодно. К скандалу, крикам, угрозам, вызову старшего администратора, школьного инспектора, даже директора. Но мисс Дойлинг задумчиво глядела на неё и молчала. Элен уже открыла была рот чтобы попросить прощения, но учительница опередила её:

— Спасибо что сказала. И прости что высмеяла твоих бабочек.

Элен не верила своим ушам. Она вглядывалась в ауру женщины, силясь рассмотреть там хоть какие-то признаки злобы и ненависти, но их не было.

— Я… должна рассказать об этом мистеру Буйнову? — Пролепетала девочка, не понимая что происходит. Мистера Буйнова, главного школьного инспектора, искренне боялись все ученики, даже такие лихие и дерзкие как Билли Лимповски и Альма Швеер.

Лаура улыбнулась.

— Это совершенно ни к чему. Ну если ты только не хочешь давать им лишний повод посмеяться надо мной.

— Н-нет, ну что вы, мисс Дойлинг. Я знаю что поступила очень гадко по отношению к вам. И мне стыдно и я…

— А знаешь что, — перебила её учительница, перегнувшись через стол, — лучше принеси своих бабочек. Я покажу тебе как кое что в них улучшить.

Выйдя из аудитории, Элен с некоторым огорчением подумала о том, что она наверно совершенно не разбирается в людях. Противная, надутая, вредная мисс Лаура Дойлинг оказалась в сто тысяч раз лучше чем Элен думала о ней. Правда из-за этого чувство "психологического дискомфорта", пусть и облегченное теперь признанием, стало еще острее.

Элен слезла с кровати, надела свою замечательную куртку изабелловой масти и ультрапрочные неубиваемые ботинки "StarTrek", при этом хмуро доискиваясь в чем причина её "психологического дискомфорта нечистой совести" сейчас. Уж в нынешней-то ситуации,