Цветок Индиго - Зозо Кат

под моими прикосновениями его мышцы расслабляются, а озлобленный взгляд становится более тёплым и нежным.

Каждый раз, наблюдая за нами, мать Оливера не могла скрыть улыбку и лёгкое смущение. Наверное, это ей и нравилось. Каким бы злым не был парень, рядом со мной он успокаивался и был самым обычным. Мог себе позволить даже большее, чему его родители удивлялись. Когда мы с Оли выбирали детали свадьбы. Например, какие цветы и какого цвета должны быть на церемонии, то просто говорила: «Давайте красные розы». Оливер этот выбор одобрял. Но что отец парня спросил, почему именно красные? И почему именно розы? Ведь на свадьбы обычно выбирают более нежные тона цветов. В основном лилии или чайные розы. На что я отвечала:

— Ну, мне нравятся розы, а Оли любит красный цвет.

Тот факт, что их сын предпочитает красный цвет, вообще было сенсацией. Они же этого никогда раньше не замечали. Ни в одежде, ни в предметах. А в последнее время он вообще в чёрном ходил. Как тут поймёшь? На удивлённые взгляды родителей, Нару делал вид, что ничего не замечал и ему всё безразлично.

Но со мной такой фокус не пройдёт. Каждый раз, когда нас двоих спрашивали о каком-то выборе… Например, какой напиток предпочитаете на торжестве? Вино или шампанское? Или не хотите ли музыкантов? Какую музыку желаете услышать? На все эти вопросы Нару начал отвечать: «Мне всё равно. Просто выберите что-нибудь». Это меня злило, но я решила эту его фразу переворачивать совершенно иначе.

— Нам ничего не нравится, — бросала я, отменяя оба выбора.

Пару раз так ответила, переходя к следующим этапам, и Оливер начал призадумываться. Последовали предложения и советы, да и вообще участие. А после, по его же инициативе, мы возвращались к предыдущим вопросам и делали окончательный выбор. Но обсудив их, как следует.

Что касается ассоциации и лаборатории, куда меня всё время приглашали, то… Хм… встретили меня там двояко. Одни смотрели также восхищённо, как и на Оливера. Другие с недоверием. Они разглашали множество слухов и сплетен про меня и Нару, считая, что я его просто использую. Так как Оливер Дэвис самая популярная, знаменитая и талантливая личность в их кругах. А я кто такая? Бродячая цыганка, у которой и табора то своего нет.

Но знаете? Мне было так плевать на их бред. Даже не обращала на него внимания. Я то знаю, кто я. Знаю, кто такой Оливер. И он знает обо мне. Хотя именно его подобные сплетни и раздражали больше всего. Когда обсуждали самого парня, Нару было плевать. Но когда тема затрагивала именно меня… Порой он мог со злости и технику какую-нибудь поблизости сломать.

Хотя со временем, мне удалось их переубедить, что и я сама не так проста. Хотя для этого не прилагала особых сил. Просто была собой. Меня часто просили провести спиритический сеанс или призвать какого-то духа. И всё фиксировали. Проверяли уровень моих способностей. Дурдом. Это немного выводило из себя, и я прекратила общение с лабораторией. Просто поняла, что на камеру, они не заснимут то, что хотят. Им нужны чудеса. То, что писал Оливер, но разве это возможно воссоздать из пробирки? Для этого необходимо выйти в поле и начать работать. Практика, практика и ещё раз практика.

Учёные были слегка разочарованы данным поступком, но настаивать не стали. Не посмели.

Ближе к свадьбе в Англию приехала и остальная часть нашей команды. Причём полным составом. Аяко тут же взяла на себя роль главного организатора свадьбы. Все хлопоты, включая мельчайшие детали, легли на её плечи. И зная то, как девушка любит роскошь, в копеечку это точно обойдётся.

Но забавно то… кхм… что саму свадьбу я толком не помню. Хы-хы-хы… Кошмар, да? Нет-нет, всё несколько не так, как вы подумали. Я помню начало церемонии. Помню подготовку. Помню, как меня и Оливера венчали, и мы говорили друг другу наши клятвы. Помню, как Шкурка шёл впереди, разбрасывая по дорожке лепестки роз, хотя это положено было делать детям, но Шкурка очень просил и старался.

Я даже помню нечто невероятное… Помню, как во время колокольного звона, когда все подбегали к нам с поздравлениями, в конце церковного зала я заметила две улыбающиеся человеческие фигуры. Бабушка и Юджин. Я понимала, что им нельзя тут быть и они на мгновение. Лишь посмотреть на свадьбу и пожелать нам счастья. Но всё равно была безумно рада тому, что они смогли хотя бы на мгновение показаться. Когда наши взгляды пересеклись, те просто помахали мне рукой и исчезли, растворившись в воздухе. Я помахала им в ответ, и тут же поспешила вытереть выступающую слезу. И лишь лёгкое умиротворение наступило в душе.

А после началось само веселье. Поздравления, танцы, пожелание счастья, любви и процветания. В общем… всё то, что и должно быть на каждой свадьбе. Но до конца я всё это увидеть не успела. В какой-то момент, Оливер наклонился ко мне, и прошептал вполне серьёзно:

— Давай сбежим.

И знаете что? Я согласилась. Я же цыганка, мне можно. В самый разгар веселья, когда гости были уже нетрезвы и требовали продолжения банкета, Оли взял меня за руку и помог бежать, придерживая огромную пышную белоснежную юбку. Убегали только мы вдвоём, тихо посмеиваясь на ходу. Даже Шкурку оставили на празднике, хотя учитывая то, что он в этот момент лежал в вазе с фруктами и поедал сладости, хорёк не очень то и грустил.

А мы приехали домой. Во всём особняке не было ни души. Он полностью в нашем распоряжении. Можно было бежать в любую комнату, которую мы захотим, но… Кажется в этот момент у нас созрела одна и та же мысль, так как побежали мы в одну сторону, не сговариваясь. А именно в их библиотеку. В ту самую библиотеку, которую я и Оливер так часто видели во снах.

И стоило двери захлопнуться за нашими спинами, как мы позволили себе окунуться во всевозможные воспоминания об этом месте и потерять контроль. Я и Оливер буквально набросились друг на друга. Голова кружилась, а желание стало до невозможного диким и необузданным. Он обнимал меня, целовал и прижимал к себе. Помогал избавиться от одежды, изредка помогая себе при помощи телекинеза, хотя это и против правил. Но кого это интересует?

Всё было словно в бреду. Полностью потеряла связь с реальностью, растворившись в одних ощущениях и удовольствии. Я его так желала… Так сильно, что и не описать словами. Словно только