Танец с драконами - George Martin

Выстрелил арбалет. Стрела прошла в футе от него, сбив снег в соседней амбразуре. Не было никаких признаков Абеля, Рябины, Белки и остальных. Они с девочкой остались одни. «Если нас захватят живьём, то доставят Рамси».

Теон обхватил Джейни за талию и прыгнул.

Глава 52. Дейенерис

Небо жгло безжалостной лазурью, и на нём не было ни облачка.

«Кирпичи скоро накалятся на солнце, – думала Дени. – Внизу, на песке, бойцы почувствуют жар даже сквозь подошвы сандалий».

Чхику стащила с плеч королевы шёлковый халат, а Ирри помогла спуститься в купальню. На воде играли лучи утреннего солнца, рассеянные тенью раскидистой хурмы.

– Если уж придется открыть ямы, разве вашему величеству обязательно там присутствовать? – спросила Миссандея, моющая королевские волосы.

– Половина Миэрина явится туда посмотреть на меня, милая.

– Ваше величество, – возразила Миссандея, – недостойная просит позволения сказать, что половина Миэрина придет туда смотреть, как льется кровь и умирают люди.

«Она права, – подумала королева, – но это ничего не меняет».

Вскоре Дени была чище некуда и с плеском поднялась на ноги. Капли воды, словно бисеринки, блестели на её груди и стекали по бёдрам. Солнце ползло по небосводу вверх – скоро начнёт собираться народ. Дени с гораздо большим удовольствием плескалась бы весь день в благоухающем бассейне, кушала с серебряных подносов охлаждённые фрукты и грезила о доме с красной дверью, но королева принадлежит своему народу, а не себе.

Чхику принесла мягкое полотенце, чтобы вытереть Дени досуха.

– Кхалиси, какой токар наденете сегодня? – спросила Ирри.

– Жёлтый шёлковый.

Королеве кроликов не пристало выходить в люди без больших ушей. Жёлтый шёлк легок и прохладен, а в яме будет то ещё пекло. «Красный песок обожжёт ноги смертникам».

– И сверху длинную красную вуаль.

Вуаль не даст песку, подхваченному ветром, попасть ей в рот. «А на красном не будет видно пятен крови».

Пока Чхику расчесывала Дени волосы, а Ирри, беззаботно щебеча о сегодняшних боях, красила королеве ногти, в покои заглянула Миссандея.

– Ваше величество! Король приглашает вас присоединиться к нему, когда оденетесь. Ещё пришел принц Квентин со своими дорнийцами и просит вас на пару слов, если вам угодно.

«Сегодня мне мало что будет угодно».

– В другой раз.

Сир Барристан ждал их у подножия Великой Пирамиды рядом с разукрашенным открытым паланкином, окружённым Медными Тварями. «Сир Дедуля», – подумала Дени. В подаренных ему королевой доспехах, он, несмотря на свой преклонный возраст, всё ещё выглядел высоким и красивым.

– Я бы чувствовал себя спокойнее, если бы вас сегодня охраняли Безупречные, ваше величество, – сказал старый рыцарь, когда Хиздар отошел поздороваться с кузеном. – Половина этих Медных Тварей – непроверенные в бою вольноотпущенники.

«А другая – миэринцы, на которых едва ли можно положиться», – мог бы добавить он. Селми не доверял никому из миэринцев, даже бритоголовым.

– И таковыми и останутся, если только мы не проверим их.

– Мало ли кто может прятаться под маской, ваше величество. Вот человек в маске совы: та ли это сова, что охраняла вас вчера и позавчера? Откуда нам знать?

– Если Медным Тварям не буду доверять я, с чего же им станут доверять миэринцы? Под этими масками скрываются хорошие, смелые люди. Я доверяю им свою жизнь, – улыбнулась ему Дени. – Вы напрасно волнуетесь, сир. Когда вы со мной, какая ещё защита мне нужна?

– Я один, и я стар, ваше величество.

– Со мной будет и Силач Бельвас.

– Как скажете, – понизил голос сир Барристан. – Ваше величество, мы освободили Мерис, как вы велели. Перед уходом она попросила разрешения поговорить с вами. Вместо этого с ней встретился я. Женщина утверждает, что Принц в Лохмотьях со своими Гонимыми Ветром с самого начала собирались перейти на вашу сторону. Он прислал Мерис именно для того, чтобы вести с вами тайные переговоры, но дорнийцы оказались предателями и выдали их, прежде чем она успела к вам пробиться.

«Предательство на предательстве, – устало подумала королева. – Неужели это никогда не кончится?»

– Вы верите в это, сир?

– Не особенно, ваше величество, но это её слова.

– Так они перейдут к нам, если потребуется?

– Говорит, что перейдут. Но не бесплатно.

– Заплатите, столько попросят. Миэрину нужно железо, а не золото.

– Для Принца в Лохмотьях деньги не главное, ваше величество. Мерис говорит, что он хочет Пентос.

– Пентос? – королева сощурилась. – Как я могу отдать ему Пентос? Это же за полмира от нас.

– Мерис предполагает, что он согласится подождать. Пока мы не двинемся на Вестерос.

«А если я никогда не двинусь на Вестерос?»

– Пентос принадлежит пентошийцам. И там живет магистр Иллирио. Это он устроил мою свадьбу с кхалом Дрого и подарил драконьи яйца. Это он прислал мне вас, Бельвас а и Гролео. Я его вечная должница и не собираюсь отплатить магистру, отдав его город какому-то наемнику. Нет.

Сир Барристан склонил голову.

– Ваше величество мудры.

– Случалось ли вам видеть столь благоприятный день, любовь моя? – осведомился вернувшийся Хиздар зо Лорак. Он помог Дени взобраться в паланкин с двумя стоявшими бок о бок высокими тронами.

– Для вас, может, и благоприятный, но не для тех, кому придется умереть ещё до захода солнца.

– Все люди смертны, – ответил Хиздар, – но не всем дано погибнуть со славой под восторженные крики толпы.

Он махнул рукой солдатам у ворот.

– Открывайте.

Над разноцветными кирпичами, которыми была вымощена площадь перед пирамидой королевы, дрожал раскалённый воздух. Повсюду толпились люди: некоторые ехали в носилках или портшезах, кто-то – верхом на осле, многие пришли пешком. Девять из десяти двигались на запад, спускаясь к Яме Дазнака по широкой мощёной улице. Те, кто проходил недалеко от пирамиды, завидев выплывающий из неё паланкин, разразились приветственными возгласами, а за ними закричали и остальные.

«Как странно, – подумала королева. – Они приветствуют меня на той самой площади, где я когда-то распяла сто шестьдесят три их Великих Господина».

Грохот барабана, который несли перед королевской процессией, разгонял народ с дороги. В промежутках между ударами бритоголовый глашатай в кольчуге из отполированных медных дисков криком повелевал толпе расступиться.

БУМ.

– Они идут!

БУМ.

– Уступите дорогу!