Жизнь и судьба инженера-строителя - Анатолий Модылевский

море; на следующий день вечером, когда я пришёл с работы и вошёл в комнату, увидел, лежавшего на кровати под одеялом парня в обнимку с девушкой; это мне не понравилось, я сказал, чтобы они уматывали из номера; сам пошёл в холл, где люди смотрели телевизор; кстати, мне объяснили, что в Мурманске ТВ работает всю ночь и идут передачи с заставкой «Для тех, кто не спит», которую народ быстро переименовал «Для тех, кому не с кем спать»; минут через пятнадцать я вернулся, и только вошёл в номер, как мне навстречу побежала в ванную комнату голая девушка, чуть ли не сбив меня с ног; парень извинился и сказал, что сейчас они уйдут, а указав на стол, заваленный спиртным, закусками и фруктами, предложил мне всем этим воспользоваться; пришлось мне снова уйти, я спустился на первый этаж в столовую и поужинал; когда вернулся в номер, ребят уже не было; освободив место на столе, немного поработал и лёг спать; утром обнаружил, что парень не вернулся.

Следующим вечером он был в номере, всё привёл в порядок, лежал и читал книгу; мы поговорили, оказалось, плавает он моряком на траулере; сам из Донецка, где жил с матерью, и несколько лет назад завербовался на судно, которое ловит рыбу в Баренцевом море; я спросил, кто была эта девушка, моряк сказал, что на окраине города живут сотни проституток, приехавших из всех мест необъятной страны, и они обслуживают моряков, возвращающихся из плавания и спускающих заработанные большие деньги; действительно, я видел в столовой-ресторане гостиницы, как один моряк (мои соседи по столу сказали, что он вернулся из Гамбурга), на котором была дорогие шуба и меховая папаха, шёл в сопровождении нескольких девиц, одетых во всё импортное, возможно, купленное моряком. Мой сосед по номеру сообщил также, что Мурманск уже много лет прочно занимает первое место в стране по венерическим заболеваниям (данные из местного ТВ). Он, как и большинство моряков, имел большое пристрастие к женскому полу; я заранее предвидел и сказал ему, что это повлечёт за собой одни лишь бесконечные осложнения и неприятности, которые женщины, к сожалению, всегда приносят, что так же неизбежно, как то, что за днём следует ночь. Затем спросил, есть ли у него какая-нибудь специальность, но никакой специальности у него не было, и рассказал: когда на траулере отработал год на тяжёлой работе простого матроса, решил поступать в техникум на заочный, чтобы выучиться на электрика, понимал, проходят годы; но учиться не получается, и мне объяснил, что сам в этом виноват: «В плавании приходиться всё время работать на обледеневшей и мокрой палубе, которую волны заливают водой, одежда и обувь постоянно мокрые, работа физически тяжёлая, а ведь надо обязательно весь улов перегрузить на плавбазу, где рыбу обрабатывают; после вахты от усталости есть не хочется, сразу ложишься спать, короткий отдых и снова вахта; через несколько месяцев приплываем в Мурманск, получаем большие деньги и хочется хорошо отдохнуть, получить больше радости от жизни; растратив все деньги, снова идёшь на корабль; сколько раз давал себе слова уволиться и уехать домой с деньгами, выучиться, завести семью, но всё никак не получается»; я пожелал ему не отчаиваться, в 27 лет ещё не всё потеряно, надо завязывать с такой жизнью и возвращаться к матери.

VII

Завершив дела в Мурманске, я ночным поездам поехал в Апатиты, где велось большое строительство на известном комбинате мирового уровня, там же имелась крупная база стройиндустрии, в т.ч. заводы ЖБИ, КПД и др.; когда поезд прибыл на станцию и я вышел из вагона, сразу ощутил сильный холод и ветер; дело в том, что в середине апреля в Красноярске, Москве и даже в Мурманске было тепло и я поехал в командировку в лёгкой куртке и туфлях; когда приехал в ведомственную гостиницу строителей, дежурная сказала, что утром было минус 30 градусов – вот это я попал, в лёгкой одежде, как фраер; дежурная почему-то приняла меня за ожидаемого из Москвы важного гостя, предоставила отдельный маленький, но тёплый номер; я отогрелся, а когда вышел на улицу, туман уже рассеялся, выглянуло солнце; короткими перебежками добрался в столовую, позавтракал; вышел на улицу, в воздухе уже чувствовалось похолодание – предвестие снега, который выпадет ночью; из гостиницы по телефону договорился о завтрашней встрече на заводе ЖБИ. В этот морозный день не хотелось никуда идти, лёг читать книгу; поужинал чаем с купленным заранее батоном хлеба и колбасой и снова стал читать. В полночь решил лечь спать, ведь завтра утром надо на работу; но в окно бил яркий солнечный свет, заснуть не удавалось, полярный день, что делать? Пришлось с большим трудом завесить окно одеялом и уже в темноте я смог заснуть. Сожалею о том, что главная на самом-то деле часть моего рассказа предстаёт перед вами несостоятельным, куцым наброском.

Утром вышел на улицу, намело снега, был сильный мороз; короткими перебежками, согреваясь в магазинах и подъездах, пришёл в столовую, позавтракал и автобусом поехал на апатитовый комбинат, на территории которого располагался завод ЖБИ. В заводской лаборатории начальница удивилась моей экипировке не по сезону, сама была в валенках, поскольку Апатиты находятся в горной местности и климат там, в отличие от Мурманска, резко континентальный. Она была выпускницей РИСИ примерно моего возраста, встретила меня почти как родного; окончив факультет СИД (Строительные изделия и детали), по распределению попала в Апатиты; с годами появилась семья, рассказала мне, что каждый год она и все жители на всё лето отправляют детей на материк, чтобы они, живя у бабушек или в пионерских лагерях, улучшали своё здоровье, и хотя бы временно пребывали на южном море и под солнцем, запаслись витаминами от свежих овощей и фруктов; ведь за долгую полярную зиму, когда днём светло только несколько часов и то в хорошую погоду, лица у детей на улице становятся серыми, я это сам видел в Мурманске зимой; родителей этих детей держит здесь только высокая зарплата.

Выпив горячего чаю, я осмотрел бетонный завод, дозаторы воды и химдобавок, а также отделение приготовления растворов добавок; ознакомил сотрудников с нашими разработками по добавкам, определили потребность в бетоне, наметили с ними сроки начала нашей работы. Затем меня любезно доставили машиной на обогатительную фабрику, где при помощи оборудования циклопических размеров перерабатывают апатитовый концентрат; также я ознакомился со строительными объектами, а затем направился в отделение приёмных бункеров, куда БЕЛАЗами, а также по канатной дороге доставляют апатитовую породу, добываемую на легендарном высокогорном плато Росвумчорр, воспетого Визбором: