Антология №1. Безумные сказки Андрея Ангелова - Андрей Ангелов

экране двое инфантильных влюбленных мечутся на месте.

— Ты растоптала мою любовь! – с надрывом крикнул юноша. – Мне больше незачем жить в столице и я немедленно уезжаю в деревню!

— «Соплей» мне хватает и так, — проворчал Благодатный. Ну-ка, что у нас покажет Первый канал? Ох, как он покажет: бритоголовый тип обернулся и крикнул прямо в камеру!

— Пусть твой Бог поцелует меня в мою жопу!

По лицу Властелина прошла эмоция отвращения. Настал черед РЕН: две обнаженные красотки сладострастно стонали, лапая друг друга за интимные места.

— Тьфу! – осерчал Повелитель. И настроил BBC: Игроки, с помощью длинных палок, катали по зелёному сукну шары. — Занятная игра, — вгляделся Благодатный. Он поднёс руку к лицу, глянул на левое запястье. Там вспыхнул малиновый циферблат, голубые стрелки показали 23 ч. 30 мин. Через секунду импровизированные часы исчезли. А ещё через час, убаюканный неспешной игрой и монотонным голосом комментатора, Учитель заснул в кресле. Пульт шлепнулся на ковер, гостиничный номер наполнило божественное сопение.

Ровно в полночь в номере проявился рыжий карлик и дернул БигБосса за полу сиреневого халата.

— Владыко, очнись! Очнись, Владыко!..

— А! – Благодатный открыл сонные глаза.

 Слуга приплясывал рядом с креслом, тормоша Хозяина за плечо:

— Просыпайся! Я апостола Иделаиду нашёл!

Взор Учителя стал осмысленным, он вскочил:

— Иделаиду?.. Ты уверен?

— Я её видел, как вижу тебя, — Бенедикт самодовольно улыбнулся.

— Сейчас переоденусь и ты покажешь, где она находится! — господин метнулся к платяному шкафу. – Как апостол себя чувствует?

— Я не стал подходить, и Иделаида меня не видела, — Бенедикт приблизился к ресторанному столику с остатками еды, взял большую кисть винограда.

— Наверняка она в беде и нуждается в помощи! – вскрикнул Благодатный, торопливо облачаясь в спортивный костюм из сиреневого эластика.

— На ней отличное платье, ездит на крутой тачке. С личным извозчиком! – беззаботно заметил Бенедикт, кидая в рот ягодку за ягодкой. – Иделаида не похожа на человека, который попал в беду…

Благодатный вышел из-за шкафа – полностью одетым и обутым. Положил руку на плечо слуге, заглянул в глаза, тревожно спросил:

— Почему же тогда апостол не объявлялась много лет?

Хороший вопрос! Вот и настало время снять «розовые очки»! Бенедикт не отвёл взор, глядя открыто и серьёзно.

— Спроси, Владыко, у апостола сам. Ладно?

— Идём! — Благодатный быстрым шагом пересёк номер, толкнул входную дверь. Господин, а за ним слуга – покинули гостиницу и устремились во мрак ночного Питера.

8. Губернаторша

Через полчаса Хозяин и слуга оказались у дома, где намедни скрылась апостол Иделаида. Лицо Повелителя выражало решимость. Он взялся за дверную ручку подъезда и сказал твёрдо:

— Отворись по Слову моему!

Тут же раздался щелчок кодового замка, Учитель потянул дверь на себя… Парочка проникла в подъезд. Консьержа не наблюдалось, вероятно, он спал у себя дома.

Стоя на площадке шестого этажа, перед железной решетчатой дверью, что отгораживала собственно площадку с лифтом от квартиры, Властелин внушительно приказал:

— Нам нужно войти.

Двойной щелчок замка – дверь открылась. Небожители проникли в тамбур, где находилась квартира.

— Как в каталажке живет! – заметил Бенедикт, косясь на решетку «коридорной двери».

— Впустите нас, — приказал Благодатный уже дверям квартиры. Хитрые замки стали щёлкать, после …дцатого щелчка двойные двери бесшумно распахнулись, и парочка очутилась в квартире. Также бесшумно двери закрылись. В просторном коридоре горел ночник.

— Неплохо для каталажки! – осмотрелся слуга.

Благодатный неспешно приблизился к гостевому зеркалу, критически оглядел себя, достал гребень. Начал расчесывать свои длинные волнистые волосы.

Внезапно вспыхнул яркий свет, послышался дрожащий «пропитый» голос:

— Ни с места, клоуны! Руки за голову! – из-за дверного косяка торчал ствол револьвера.

Бенедикт машинально приставил ладони к затылку. Совсем не обращая внимания на оружие, повинуясь импульсу!

— Короче, Ксень, молись своему богу! – продолжил голос более решительно.

Благодатный с достоинством сказал, не прерывая расчёсывания красивых волос:

— Нехорошо, Иделаида, так встречать господина.

Из-за косяка высунулось изумленное одуловатое лицо, затем и дородное туловище. Женщина часто-часто заморгала. И пролепетала:

— Благодатный!?

Перед райской парой с револьвером в руке, в кружевном пеньюаре и тапочках, стояла апостол Иделаида. Рука с оружием опустилась, дама ойкнула, сделала глотательное движение.

— Двадцать один щелчок замка мне потребовалось выслушать, чтобы тебя увидеть, — усмехнулся Повелитель. – Мне кажется, как-то многовато, не находишь?..

— Да, наверное, — апостол растерянной рукою снова подняла револьвер, сделала им приглашающий жест: — Прошу-прошу, заходи-заходи!

Властитель спрятал гребень в карман и молча прошёл в гостиную комнату, за ним шмыгнул Бенедикт.

Обстановка гостиной состояла из дивана с двумя мягкими, глубокими креслами по бокам. Перед диваном, на четырех колёсиках, покоился персидский столик. Напротив, возле окна, телевизор с огромной плазмой. Рядом с сервантом чёрного дерева — проход в другие комнаты. Пол застелен мягким ковром. Царила атмосфера… нет, не роскоши, а некоего аскетизма человека, что не гонится за роскошью в быту, несмотря на явное наличие солидных денег. Исключая гонки за предметами туалета. Уже упомянутый пеньюар стоил (на взгляд любого законодателя мод) не меньше, чем обстановка всей гостиной.

— Может… чаю? – растерянно пролепетала апостол.

— Может, обнимемся для начала? — предложил Благодатный. Он с иронией глянул на потерянную ученицу. Бенедикт предусмотрительно выскочил прочь, и на кухне загремели сковородки, чашки, ложки-поварешки.

— Да, да, давно так не виделись… — промямлила Иделаида.

Властелин и апостол шагнули навстречу друг другу.

— Ну, как ты? – Благодатный сжал ученицу в объятиях, ободряюще улыбнулся. – По благодати? – Он отпустил разведчицу, попробовал заглянуть в глаза. Не получилось, Иделаида прятала взгляд. Она неловко держала господина за талию, не выпуская револьвер.

— Ты так неожиданно появился, — просипела Иделаида, отстранилась со склоненной головой, и засуетилась. – Ты присаживайся. Короче… я сейчас переоденусь, чай соображу.

Апостол убежала вон.

Благодатный задумчиво пожевал губами, прошёлся по ковру, тронул пальцами букет искусственных незабудок, стоящий в вазе на столике.

— А где мой товарищ? – спохватился он и позвал. – Эй, святой Бенедикт!

— Я здесь, Владыко, — рыжий карлик возник на пороге.

— Ты где был? – удивился Учитель.

— На кухне. Не хотел мешать вашей встрече.

— Ты руку поранил?

— А, это… — Бенедикт взглянул на ладонь. – Так… это не кровь, — он