Танец с драконами - Джордж Мартин

Он повернулся к Виману Мандерли:

— Будете отрицать?

Лорд Белой Гавани откусил половину колбаски:

— Признаюсь… — Он вытер рукавом жирные губы. — …Признаюсь, я слышал об этом мальчике. Оруженосец лорда Рамси, верно? Сколько ему было лет?

— Девять, на последних именинах.

— Так юн, — посетовал Виман Мандерли. — Хотя, может статься, это было благословением. Останься он жив, мог бы вырасти Фреем.

Сир Хостин пинком сбил столешницу с козел прямо на раздутый живот лорда Вимана. Полетели кружки и блюда, во все стороны посыпались колбаски. Дюжина людей Мандерли с проклятьями вскочила на ноги, хватаясь за ножи, тарелки, бутыли — все, что могло служить оружием.

Сир Хостин Фрей выдернул меч из ножен и прыгнул в сторону Вимана Мандерли. Лорд Белой Гавани попытался уклониться, но столешница придавила его к стулу. Лезвие полоснуло по трем из четырех его подбородков. Во все стороны брызнула кровь. Леди Уолда завопила и вцепилась в руку своего лорда-супруга.

— Хватит, — крикнул Русе Болтон. — Прекратите это безумие!

Его собственные люди бросились вперед, когда рыцари Мандерли, прыгая через скамьи, накинулись на Фреев. Один замахнулся на сира Хостина кинжалом, но здоровенный рыцарь развернулся и отсек ему руку по самое плечо. Лорд Виман вскочил на ноги, но тут же плюхнулся на пол, словно морж, огретый дубиной. Старый лорд Локе призывал мейстера, пока Мандерли валялся на полу в расплывающейся луже крови. Собаки вокруг него дрались за колбасу.

Потребовалось четыре десятка копейщиков Дредфорта, чтобы развести сражающихся и положить конец резне. К этому времени шесть вассалов Белой Гавани и двое людей Фреев лежали мертвыми на полу. Еще дюжина была ранена, а один из Мальчиков Бастарда, Лутон, шумно умирал, зовя свою мать и пытаясь запихнуть горсть скользких внутренностей обратно через зияющую в животе рану. Лорд Рамси утихомирил его, вырвав копье у одного из людей Уолтона Железные Икры и всадив его Лутону в грудь. Даже после этого зал был наполнен криками, молитвами и проклятиями, ржанием испуганных лошадей и рычанием сук Рамси. Уолтону пришлось добрую дюжину раз ударить копьем о пол, прежде чем в зале стало достаточно тихо, чтобы Русе Болтон мог быть услышан.

— Я вижу, вы все жаждете крови, — сказал лорд Дредфорта. Подле него стоял мейстер Родри, с вороном на руке. В свете факелов черное оперение птицы блестело, как смола. Он мокрый, понял Теон. И пергамент в руке его светлости тоже, наверное, мокрый. Черные крылья — черные вести. — Чем поднимать оружие друг против друга, приберегите его для лорда Станниса, — лорд Болтон развернул пергамент. — Его армия — меньше, чем в трех днях пути, они занесены снегом и голодают, а лично я устал ждать, когда они к нам пожалуют. Сир Хостин, собирайте своих рыцарей и воинов у главных ворот. Раз вы так хотите битвы, то нанесете первый удар. Лорд Виман, собирайте людей из Белой Гавани у восточных ворот. Они выступят тоже.

Меч Хостина Фрея стал красным почти по рукоять, а брызги крови усеяли лицо, словно веснушки. Он опустил свой клинок со словами:

— Как прикажет милорд. Но после того, как я доставлю вам голову Станниса Баратеона, я намерен закончить с разделыванием туши лорда Сало.

Четыре рыцаря из Белой Гавани сомкнули кольцо вокруг лорда Вимана, пока мейстер Медрик пытался остановить кровотечение.

— Сперва вы должны справиться с нами, сир, — сказал самый старший из них, суровый старик, на чьем окровавленном плаще виднелись три серебряные русалки на лиловом поле.

— С радостью. По одному или со всеми сразу — мне плевать.

— Довольно, — проревел лорд Рамси, размахивая своим окровавленным копьем. — Еще одна угроза, и я сам вас всех выпотрошу. Вы слышали, что сказал мой лорд-отец! Приберегите свой гнев для самозванца Станниса!

Русе Болтон одобряюще кивнул:

— Верно. У вас еще будет время для стычек друг с другом после того, как мы покончим со Станнисом, — он повернул голову, его бледные, холодные глаза шарили по залу, пока не остановились на барде Абеле рядом с Теоном. — Певец, — позвал он, — спой нам что-нибудь успокаивающее.

Абель поклонился:

— Как пожелает ваша милость.

С лютней в руке он не спеша направился к помосту, ловко перепрыгнув через пару трупов, и уселся, скрестив ноги, на главном столе. Как только он начал играть — грустную, мелодичную песню, которую Теон Грейджой не узнавал — сир Хостин, сир Эйенис и их люди направились к выходу, ведя за собой лошадей.

Рябина схватила Теона за руку:

— Ванна. Прямо сейчас.

Он вырвал руку:

— Днем? Нас заметят.

— Снег укроет нас. Ты оглох? Болтон отправляет свои отряды. Мы должны попасть к королю Станнису раньше, чем это сделают они.

— Но… Абель…

— Абель может сам о себе позаботиться, — шепнула Белка.

Это безумие. Безнадежное, глупое, обреченное. Теон допил остатки эля и неохотно встал:

— Найди своих сестер. Нужна уйма воды, чтобы наполнить ванну для миледи.

Белка ускользнула, бесшумно, как всегда. Рябина вышла за Теоном из зала. С тех пор, как она и сестры нашли его в богороще, одна из них постоянно следовала за Теоном, не спуская с него глаз. Они не доверяли ему. Да и с чего бы? Я был Вонючкой прежде и могу снова им стать. Вонючка, Вонючка, доносчик-трясучка.

Снаружи все еще падал снег. Слепленные оруженосцами снеговики превратились в чудовищных великанов, ростом с десяток футов и отвратительно бесформенных. Теон с Рябиной шли в богорощу между выросших по обеим сторонам белых стен; дорожки, соединяющие друг с другом замок, башню и чертог, превратились в ледяной лабиринт, который приходилось все время расчищать. В этой путанице из замерзших проходов было легко заблудиться, но Теон Грейджой знал каждый изгиб и поворот.

Даже богороща становилась белой. На пруду под сердце-древом образовалась корка льда, а у вырезанного на бледном стволе лика выросли усы из маленьких сосулек. В этот час они не могли надеяться остаться со старыми богами наедине. Рябина потянула Теона подальше от северян, молившихся перед деревом, в укромное место около казарменной стены неподалеку от пруда с теплой грязью, вонявшей тухлыми яйцами. Даже эта грязь начала покрываться льдом по краям, заметил Теон.

— Зима близко…

Рябина бросила на него суровый взгляд:

— Ты не имеешь права произносить девиз лорда Эддарда. Не ты. И никогда. После того, что ты сделал…

— Вы тоже убили мальчишку.

— Не мы! Я же тебе сказала.

— Слова — это ветер. — Они не лучше меня. Мы одинаковые. — Вы убили других, почему бы и не его? Желтый Дик…