Секреты, скрытые в шрамах - Эстрелла Роуз

говорит об отце в прошедшем времени… Как по мне, это уже что-то значит… Ведь дядя точно знает, что отец был убит. Он сказал, что сам все видел.

— Но почему ты раньше не сказал об этом?

— Прости… Я не знал, как это сделать и думал, что тебя это никак не тронет, ибо ты ненавидишь его.

— Вот черт… — Терренс запускает руку в свои волосы и проводит ею по своему лицу, уставив взгляд в одной точке. — Подожди, но как такое могло случиться? И когда?

— Как произошло не знаю, но думаю, это могло случиться после нашего визита к маме. Однажды я поехал к ней домой, чтобы как раз расспросить ее об отце. И она сказала, что она говорила с ним за два дня до нашего визита. К тому же, ее не смущает то, что с тех пор он до сих пор не объявился.

— Значит, она не знает о возможной смерти отца?

— Как один из вариантов. Но зная, что она отказывается объяснять, почему простила отца после того скандала, я не удивлюсь, если мама что-то знает.

— Думаешь, стоит спросить ее откровенно об истории с дядей, компанией и деньгами в банке?

— Можно попробовать. Раз она уже подтвердила, что та ссора между ними произошла на твоих глазах, то думаю, скоро расскажет что-то интересное про отца. И знаешь, я уверен, что она что-то знает… Хоть дядя ничего не говорил, он вполне мог так или иначе контактировать с ней и говорить хотя бы что-то из того, что говорит мне.

— Но если твой отец действительно мертв, значит, следующей его жертвой может стать кто-то из вас, — предполагает Ракель. — Например, Терренс… На которого уже было совершено покушение…

— Мы с Терренсом находимся в большой опасности, — с грустью во взгляде отвечает Эдвард. — Дядя постепенно расправляется с теми людьми, кто так или иначе связан с нашим отцом. Кто угодно может быть убитым им: Терренс, мама, я… У него есть зуб и на Ракель. Да и я не буду отрицать, что даже Наталии угрожает опасность.

— Мне? — с широко распахнутыми глазами тихо удивляется Наталия.

— Наталия? — искренне удивляется Ракель. — А она-то здесь причем? Наталия — не член семьи МакКлайф! Она не имеет никакого отношения к этой истории и не является препятствием для твоего дяди!

— Однако дядя угрожает и ей. Вчера он заявил мне, что собирается добраться до оставшихся МакКлайфов, твоей подруги и тебя. — Эдвард бросает короткий неуверенный взгляд на Наталию. — И после этого мне стало интересно, не получала ли она каких-то писем или звонков.

— Получала, — смотря куда-то вниз, без эмоций признается Наталия. — Мне также поступали угрозы…

Терренс и Ракель одновременно переводят свои вопросительные взгляды на Наталию, которая нервно потирает руки, практически не разговаривает и чувствует себя некомфортно.

— Что? — одновременно ужасаются Ракель и Терренс.

— Тебе тоже угрожали? — интересуется Терренс.

— Но каким образом? — недоумевает Ракель. — Как давно? Почему ты молчала?

— Сейчас я покажу вам кое-что, — без эмоций произносит Наталия, берет свою сумку, раскрывает ее, быстро находит свой телефон, заходит в раздел с сообщениями и отдает смартфон Терренсу. — Прочитайте два последних сообщения от этого номера, пожалуйста.

Терренс неуверенно берет телефон из рук Наталии, пока Ракель подвигается к нему ближе, чтобы прочитать сообщения, что мужчина начинает зачитывать вслух:

— Чем больше времени проходит, тем ближе твой конец. Очень скоро твоя жизнь превратится в ад. Но возможно, что ты уже и так живешь, как на вулкане, и боишься момента, когда начнется очередное извержение. В любом случае будь осторожна, когда ходишь по улицам в одиночестве. Ведь кто знает, что за опасность ждет тебя впереди. Мы оба прекрасно знаем, чем это может кончиться…

— О, здесь еще одно, — произносит Ракель и смахивает пальцем вверх. — Сейчас твоя жизнь очень трудна и тебе плохо. Я это прекрасно знаю и чувствую, как ты все больше впадаешь в депрессию из-за того, что с тобой происходит. Но поверь, это все — только лишь начало твоих страданий! Очень скоро она превратится в самый настоящий ад, в котором ты точно не выживешь. И я сделаю все возможное, чтобы уничтожить тебя и тех, кому ты важна. И никто тебя уже не спасет… Ибо все устанут от твоего бесконечного вранья.

Несколько секунд Терренс и Ракель не говорят ни слова, обдумывая то, что они узнали и услышали, пока Эдвард снова убеждается в том, что не может противостоять Майклу.

— С этого номера мне звонили несколько раз, но я ни разу не отвечала, — признается Наталия, нервно перебирая пальцы и продолжая сосредотачивать свой пустой взгляд на своих руках или поле. — Хотя сообщения видела… И решила не удалять… И я думаю, что сделала это не зря…

— Э-э-э, Терренс, можешь дать мне телефон? — слегка хмурится Эдвард. — Я хочу посмотреть на номер, с которого они были отправлены!

— Только если Наталия не будет против, — отвечает Терренс и переводит взгляд на Наталию.

Сама Наталия молча пожимает плечами без эмоций на лице. Так что Эдвард забирает телефон у Терренса, быстро пробегается глазами по тексту сообщений и проверяет номер отправителя, который он сразу же узнает.

— Черт, так я и думал! — восклицает Эдвард. — Это мобильный номер дяди! С него же он мне и названивает в любое время суток.

— Но откуда у него номер Наталии? — недоумевает Ракель. — Откуда этот человек узнает все наши данные? Ну ладно, я еще могу оправдать то, что он знает наш с Терренсом домашний адрес, ибо мы люди известные. Но как он получил номер моей подруги?

— Может, у него есть знакомые, которые могли бы это выяснить? — предполагает Наталия. — Ведь в полиции же как-то пробивают нужного человека по базе данных и могут получать все его данные! Вот этот тип воспользовался своими связями и узнал номер, записанный на мое имя! Ведь Саймон Рингер однажды также воспользовался помощью своего знакомого, чтобы войти в твой аккаунт iCloud, где было все что ему было нужно.

— Наталия, скажи, а когда ты ходила по улицам, за тобой случайно никто не ходил? Может, помимо этих писем на тебя кто-то пытался напасть так же, как и на нас с Терренсом?

— Нет, я ничего такого не замечала, — пожимает плечами Наталия. — Я могла спокойно ходить по улицам и не встретила никого подозрительного. Только лишь получала эти дурацкие сообщения. И потом гадала, что это могло значить.

Терренс медленно выдыхает и пару секунд о чем-то думает, согнувшись пополам и приложив сложенные вместе руки ко рту.

— Что ж, теперь мы