An ordinary sex life (OSL) - Астердис

Диди. Это трудно объяснить, кроме того, что мы занимаемся сексом друг с другом и оказываем друг другу большую эмоциональную поддержку. Сначала Ник и Диди были публичной «парой», а я была просто их другом с преимуществами. Но около месяца назад мы втроем сели и по-настоящему выразили свои чувства, так что теперь это я и Ник, официально состоим в отношениях».

«Значит, теперь он твой парень».

Аврора глубоко вздохнула, извиняющимся тоном пожал плечами и кивнула в подтверждение.

«Удачливый парень. Ты настоящий улов. И я говорю это искренне».

Она одарила меня почти смущенной улыбкой. «Спасибо».

Во сне я признался, как сильно пытался забыть ее, притвориться, что ее не существует. Я сказал ей, как сильно я все еще пытался простить ее, даже после всего этого времени.

Но на самом деле я сказал ей, что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО простил ее, и я серьезно. Что-то случилось со мной за четыре месяца, которые я прожил в этой фантазии. Я вылечил свое разочарование в ней. Я холодно к ней отнесся, хотя она вернулась, чтобы загладить вину. Но потом я понял, что продолжение цикла, когда она избегает меня, а затем я избегаю ее, ничего не улучшит между нами. Я принял решение оставить прошлое в прошлом и отпустить свою ненависть, так как продолжение обиды на нее сделало бы меня еще более несчастным. И я принял решение, что лучше проживу остаток своей жизни с ней, чем без неё.

Это осознание пришло в грёзах моей фантазии, но они казались мне достаточно реальными. Может быть, я позволил «настоящей» Авроре сорваться с крючка, потому что ей на самом деле не нужно было испытывать четыре месяца холодного отчуждения. Настоящая Аврора не хранила целомудрие в покаянии за то, что она сделала. Настоящая Аврора не бросала всё остальное в своей жизни, чтобы терпеливо ждать, пока я ее прощу.

И это было нормально. Настоящая Аврора достаточно избила себя из-за своих неудач за последний год. Настоящая Аврора пострадала от своих собственных демонов и даже стала свидетельницей своего самого страшного кошмара в декабре прошлого года, когда ей однажды позвонили и сказали, что ее младшая сестра беременна моим ребенком, и она пришла в свой семейный дом и обнаружила, что я предлагаю выйти замуж DJ вместо нее. Я мог видеть это сейчас, имея месяцы и месяцы оглянуться назад и оценить перспективу.

Она все еще пыталась извиниться, даже после того, как я сказал ей, что прощаю ее. Она тоже очень волновалась, говоря: «Боже, я потратила месяцы, сочиняя и репетируя именно то, что я хотела тебе сказать, когда у меня будет возможность поговорить об этом, и теперь, когда мы здесь, я все забыла».

«Ничего страшного», — ответил я, пожав плечами. «Мне так нравится больше. Мы оба просто говорим то, что исходит от сердца».

«Что ж, мое сердце говорит, что мне очень жаль, особенно за то, что я сказала DJ, когда вы двое были вместе. Я почувствовала себя ужасно, когда узнала, что вы двое расстались, зная, что я сыграла роль в прекращении счастья моей младшей сестры. И тебя. Я помирилась с ней, но мне все еще нужно извиниться перед тобой».

Я покачал головой. «Я тоже вылил на тебя всю свою ненависть, в тот телефонный звонок в канун Нового года. Тебе не нужно извиняться».

«Я все еще хочу. Не стесняйся извиняться за дерьмо, которое ты сказал, но мне все равно нужно извиниться за дерьмо, которое -я- сказала. Эти слова исходили из места сильной боли и ощущения предательства. Но я знаю, что всё случившееся было в такой же степени продуктом моих собственных действий, как и все остальное, и когда ты и DJ заслужили поддерживающую сестру, которая бы все поняла, вместо этого у вас была ведьма. За это мне очень жаль».

Я кивнул. «И у тебя был ожесточенный бывший парень, который сдерживал всю свою боль и нашел повод наброситься на тебя. Жизнь была достаточно тяжелой вдали от твоей семьи, и узнать, что я зачал ребёнка и сделал предложение DJ… ну… давай просто скажем, что «предательство» — это вполне уместный термин. Как бы все ни обернулось в конце, мне очень жаль, как я тогда с тобой обошёлся».

Аврора пожала плечами и с надеждой улыбнулась мне. Я вернул ей улыбку, ни один из нас не чувствовал себя полностью комфортно, но оба чувствовали себя немного лучше теперь, когда мы сделали маленькие шаги к завершению.

«Что еще говорит тебе твое сердце?» — спросил я после короткого молчания.

«Что ж, мое сердце говорит, что я все еще люблю тебя, но не так, как я любила тебя раньше», — сказала Аврора, со своими жидкими голубыми глазами, полными печали и сожаления. «Я долго мечтала вернуться в прошлое, исправить ошибки, которые я сделала, и прожить остаток своей жизни так, как я всегда ожидала: ты и я, родственные души на всю вечность».

«Но ты же больше не хочешь вернуться в прошлое?»

Она покачала головой. «В чем смысл? На самом деле я не могу вернуться в прошлое. Продолжать желать, чтобы я могла, значит продолжать размышлять о прошлом. Это означало попытку восстановить дом из тех же кусков щебня, которые остались на земле. Как бы я ни старалась, даже если бы мне удалось вернуть каждый кирпич именно туда, где он был раньше, ущерб уже нанесен. Структура уже никогда не будет такой, какой была. И в конечном итоге она будет обречена на разрушение. Снова».

«Наши старые отношения ушли, и ничто из того, что мы делаем, не вернет их».

«Мне очень жаль. Первые четыре месяца своего пребывания в Лагере я провела, пытаясь заново открыть для себя «Старую Рассвет». Я все это время пыталась простить себя за то, что я сделала, с особой целью: избавиться от плохого и вернуться. Для тебя, как девушка, которой я была раньше. Но это невозможно. Мы не можем вернуться в прошлое. Я не могу отменить то, что я сделала, и даже если бы я могла… ну… Откуда мне