Кайа.История про одолженную жизнь - Александр Алексеевич Иванов

начну я, как самый старший по возрасту из присутствующих. — встал со своего места чрезвычайно раздраженный лорд Гамильтон, утерев платком лоб.

— Пожалуйста, Эдвард, начинайте вы. — не стала спорить королева.

— Для начала хочу поблагодарить вас, Ваше Величество, за то, что сочли нужным ознакомить меня с…этимдокументом… — с раздражением в голосе начал пожилой мужчина, забрав папку, и, постучав по ней пальцем, однако…

— Анна, я вас знаю с самого раннего детства… — произнес Эдвард, после чего, сделав над собой усилие и успокоившись, начал с другого. — Знаете, я частенько видел, как за свои многочисленные шалости вы не раз и не два бывали наказаны вашим отцом, однако… Однако за каждой из ваших шалостей всегда торчали, фигурально выражаясь, конечно, уши вашей верной подруги. Мэри, я имею в виду вас!

Лорд Гамильтон обернулся к леди Сью, та лишь пожала плечами, не споря.

— Мэри, не обижайтесь, пожалуйста, но я уже старая развалина, практически ровесник вашего покойного деда, и мне осталось недолго, а посему желаю говорить прямо все то, что думаю… — заявил старик.

— За это вас и ценим, Эдвард, за вашу прямоту. — отозвалась Мэри, откинувшись на спинку стула.

— Вы авантюристка, Мэри! Авантюристка до мозга костей! Для человека, занимающегося делами торговой Компании, особенно такой, как ваша «Азиатская Торговая Компания», это, полагаю, нужное и даже необходимое качество. Но! Из всех ваших безумных авантюр, о которых мне когда-либо доводилось слышать, эта… — он вновь постучал пальцем по папке, — самая безумная! И если эта безрассудная авантюра все-таки будет воплощена в жизнь, чего, надеюсь, не случится, и при этом все дело начнет развиваться в дурном для нас ключе, то произойдет катастрофа и для Анны, и для Королевства, а значит, и для всех нас вообще! Вы осознаете это, Мэри?! Убийство члена одного из правящих Домов на континенте…это же совершенно немыслимо! Это же строжайшее негласное табу!

Глава 75

— Прошу прощение за свою излишнюю эмоциональность, но я пожилой человек и меня весьма тревожат возможные негативные последствия как для Короны, так и для государства в целом, когда и если совместное творчество нашей любезной миз Сью и Внешней разведки начнет претворяться в жизнь. — недовольным тоном закончил свой монолог лорд Гамильтон, усаживаясь обратно на стул и закидывая в рот таблетку, после чего добавил. — Лорд Сью был известен своей непримиримой позицией в отношении к Российскому государству. Откровенно говоря, русских он на дух не выносил, и вы, Мэри, как любимая внучка и воспитанница своего деда, похоже, что впитали в себя всю эту его неприязнь. Нам нужно действовать рационально, исходя лишь и только из наших интересов, а не полагаясь на чувства и эмоции.

— Благодарю вас за откровенность, Эдвард. Вы человек чрезвычайно опытный и на ваши суждения всегда можно положиться. — рассматривая свои руки, ответила королева на монолог Первого лорда адмиралтейства, подняв затем взор на леди Сью. — Мэри?

— Анна, джентльмены… — начала Мэри, вставая со своего места, причем делала это столь грациозно, что было очевидно, каждое свое движение она многократно отрепетировала. — Прошу прощение за то, что потрачу ваше бесценное время, но… Я, пожалуй, начну с того, что некоторым из вас, вероятно, уже известно, но о чем предпочитают не говорить вслух.

— Мэри, мы здесь сегодня собрались как раз затем, чтобы выслушать от тебя развернутое пояснение предложенному тобой документу. Вся нынешняя ночь в твоем распоряжении. Только очень прошу, давай обойдемся без свойственного тебе эпатажа. И пожалуйста, присядь. Стоять тебе совершенно необязательно. — вздохнув, произнесла королева, после чего, поставив локти на стол, и, опершись подбородком на скрещенные пальцы, уставилась на подругу.

— Говорят, что самое страшное проклятье, приписываемое китайцам: «Чтоб ты жил в эпоху перемен!», и мы с вами, к счастью, или, к сожалению, живем как раз в такую эпоху. — усевшись на стул, продолжила Мэри, убедившись, что все внимание собравшихся приковано к ней. — Столетие мира, процветания, непрерывного развития, и не только для нашего королевства, завершилось. Причем резко, без прелюдий. Чуть более сотни лет назад уважаемые предки, совместно с так называемыми союзниками и с открытыми недругами практически полностью поделили наш глобус, апофеозом чего стал произошедший не так давно раздел Китая, а стало быть, и рынки сбыта вместе с источниками сырья, и вот теперь, столетие спустя, мы все, можно сказать, уперлись лбами в стену. Ну, или почти все…

— Ты имеешь в виду Глобальное торговое соглашение. — то ли вопросительно, то ли утвердительно произнесла Анна.

— Именно его, да. — согласилась Мэри. — Это соглашение, столь выгодное для нас в прошлом, теперь перестало быть таковым, но и выйти из него, не потеряв при этом еще больше, мы не сумеем.

— Я внимательно изучаю сводки министерства финансов и коммерции, присылаемые Френком, и если верить им, то у нас стабильный рост промпроизводства, потребления, да и сальдо внешней торговли положительное. Мы в хорошей форме. — возразила Анна.

— Если верить, да… — ответила Мэри.

— Не поняла, объяснись! — потребовала королева.

— Спад промпроизводства, к примеру, у «Азиатской Торговой Компании» только за прошлый год составил четыре целых и семь десятых процента, так что мы вынуждены увольнять персонал и сокращать зарплаты. — ответила Мэри.

— Но вы практически монополисты в удобрениях, кормах, чае, кофе, сахаре… — закусив губу и уставившись в никуда, произнесла королева. — А значит, и положение у вас должно быть лучше, чем у большинства прочих.

— Так и есть, у большинства наших коллег спад в районе пяти-семи процентов. — согласилась Мэри.

— Это что же получается…? — лорд Гамильтон вновь начал выходить из себя.

— Все просто, Эдвард, если верить словам Мэри, а не доверять им поводов нет, то это сговор крупнейших английских компаний… — встрял в разговор побледневший Первый министр.

— Джеффри! Очнитесь! Это уже не старые добрые английские компании! — покраснев, еще сильнее, ответил Первый лорд адмиралтейства. — Нашу страну эти люди…

Лорд Гамильтон указал взглядом на Мэри.

— …видят лишь в качестве делянки, которую необходимо вырубить! И только!

— Эдвард, хватит. — прервала его Анна, слегка стукнув ладонью по столу. — Мы вас услышали, спасибо.

— Как и сказал Джеффри, крупнейшие английские компании вступили в сговор и намеренно искажают свои отчетности. — подтвердила Мэри.

— Но для чего завышать показатели? — поинтересовался Томас Хау. — Звучит как-то…нелогично.

— Чтобы не допустить своего краха на фондовом рынке. И всего фондового рынка в целом. — произнесла Анна.

— Нет, массовый крах наших крупнейших компаний в какой-то обозримой перспективе — это, конечно, невероятный сценарий, но… Инвесторам очень не нравятся цифры со знаком минус, что, в свою очередь, означает замену одних очень уважаемых людей на… — ответила Мэри, крайне выразительно посмотрев