Йода. Свидание с тьмой - Шон Стюарт

поднялся ветер, загудел и застонал в одиннадцати каминах, словно возвещая о прибытии страшного гостя.

Запищала панель связи. Дуку посмотрел на нее, решив, что это ежедневный отчет от генерала Гривуса или донесение от Асажж Вентресс. Он занес руку, чтобы установить соединение. Узнав код абонента, граф ударил по кнопке и вскочил на ноги.

– Вы вызывали меня, учитель?

Ожил голографический проектор, и на Дуку уставилась мерцающая фигура Дарта Сидиуса. Как всегда, изображение было расплывчатым и нечетким, как будто сам свет смущался в присутствии владыки ситхов. Темное одеяние, лиловые тени; кожа под капюшоном бледная и пятнистая, словно гриб, выросший под гнилым бревном. Учитель устремил на него взгляд из-под тяжелых век, холодный и мудрый, как у змеи.

– Чего бы вы от меня хотели, учитель?

– От тебя? Всего, конечно, – ответил Дарт Сидиус с нотками веселья в голосе. – Одно время я не был уверен, сможешь ли ты преодолеть свою… независимую натуру. Ведь ты родился в одной из богатейших семей Галактики, обладаешь даром и способностями, которые не приобрести ни за какие деньги. Твой интеллект глубок, воля – несгибаема. Стоит ли удивляться, что ты можешь быть горд собой? Да и может ли быть иначе?

Дуку сказал:

– Я служу вам верой и правдой, господин.

– Это так. Но согласись: твой дух не создан для верности. Человек, который не склонился перед Советом джедаев и даже перед самим мастером Йодой… Я подумал: не будет ли это слишком жестоким испытанием – требовать верности от столь великого человека, как ты?

Дуку попытался выдавить улыбку.

– Война идет хорошо. Все следует согласно плану. Я устраиваю для вас смерти, козни, предательства. Я плачу за вашу войну своим временем, своим состоянием, своими друзьями, своей честью.

– Не оставляя себе ничего? – доброжелательно спросил Сидиус.

– Ничего, клянусь вам.

– Отлично, – сказал Дарт Сидиус. – Этим утром в кабинет канцлера приходил Йода. Он отправляется в весьма специфическую поездку. Очень секретную.

Он засмеялся – хриплый звук, похожий на лай или карканье. За окнами, словно раненое животное, взвыл ветер.

– Когда он прилетит, Дуку… встреть его так, как он того заслуживает.

Дарт Сидиус захохотал. Дуку хотел было и сам посмеяться, но учитель прервал соединение и исчез.

* * *

Дуку мерил шагами кабинет. По окончании сеанса связи с Сидиусом буря утихла, и ветер уже не выл, а тихо шептал под шпилями замка Малро.

Остановившись у стола, граф посмотрел на маленькую красную кнопку, которую он установил через день после того, как услышал о намерении Йоды отправиться на Вджун. Такая маленькая кнопочка, а как много значит. Последний козырь в игре.

Дуку оглядел свои руки и увидел, что они дрожат.

В этот момент отворилась дверь, за которой показалось оборванное розовое платье.

– А, Уирри. Я собирался…

– Позвать дроида, чтобы он принес вам чашку горячего стим-кафа, конечно, да. – Сумасшедшая протиснулась в дверь, неся чудесный старинный поднос, выкрашенный в красно-молочную клетку Малро. На подносе стоял серебряный кофейник со стим-кафом; напиток был уже налит в пиалу тончайшего фарфора, тоже в цветах Малро. Следом за хозяйкой вошла ее зверушка – пестрая лиса со злой мордочкой и ловкими лапами. – Я увидела это внизу, когда моя горничная случайно разбила яйцо. По пальцам ее, по гадким пальцам; если начнем раскидываться яйцами, так сами по миру пойдем, не так ли, господин… Господин? – сказала она.

Дуку оставил старуху жить в старом доме в основном по своей прихоти: она придавала особняку химерный оттенок безумия, который замечательно дополнял обстановку. Но сейчас ее присутствие почему-то раздражало графа. Было очевидно, что старая нетопырка чего-то от него хочет, но он не собирался выслушивать ее лесть.

– Ладно, ступай к себе, – приказал он. – У меня важные дела…

Хрясь.

– Ай, граф, ай, какая жалость! Я не понимаю, как это мисс Викс за… запуталась между вашими ногами! И ваша чудесная чашка стим-кафа совсем-совсем разбилась!

«Спору нет, комичная сцена», – подумал Дуку. Он споткнулся о лису, чашка упала на пол и разбилась. Граф подозревал, что сама Уирри и организовала это маленькое происшествие. Она уже жадно ползала над осколками чашки, разглядывая фарфоровые черепки и капли стим-кафа на плитках пола. Видя, как она бесхитростно строит свои планы у него под ногами, граф почувствовал, как его ум проясняется, как возвращается чувство перспективы.

– Ну, Уирри? – весело спросил он. – Что день грядущий нам готовит?

– Смерть с высоты, – ответила старуха. Ее толстые розовые пальцы порхали над лужей, черные глаза жадно сверкали. – А вот Лакей, он означает легкое уничтожение верного слуги.

Она искоса оглянулась на графа.

– Надеюсь, не меня, ваша честь. Вы ведь не по… не поступите так со старой Уирри, правда?

– Скажи что-нибудь хорошее, тогда не поступлю, – полушутя ответил Дуку; и вдруг ему снова вспомнилось: «Как легко мы предаем тех, кого приручили».

Граф поежился.

– Убери здесь, – резко сказал он.

Снова запищала панель, и граф, забыв о старухе, уселся слушать ежедневное донесение от генерала Гривуса. Он не видел, как ее блохастая компаньонка, мисс Викс, принялась лакать разлитый кофе. И не услышал, как старая дама, дотронувшись до разбитого донышка и любовно проведя пальцем по изогнутой ручке, прошептала:

– А вот Малыш, он возвращается домой, любимый мой. Наконец возвращается домой.

* * *

Паллиус Чафф был, без лишней скромности, величайшим на Корусанте взрослым актером ростом до одного метра. В детстве он обожал играть в летчика-истребителя, рыцаря-джедая, отважного героя. Поэтому, когда он вырос, он написал своего «Джедая!»: когда твой рост ровно один метр, у тебя мало шансов сыграть лихого героя. На твою долю в основном достаются злобные карлики, плетущие интриги, да разные комические персонажи. Все это не слишком устраивало актера, который много лет назад изображал космического пирата.

Правда, нравилось ему именно изображать. Играть роль. Реальные полеты он не слишком жаловал. Когда к нему обратились из правительства и предложили эту жуткую роль Йоды в программе о войне («Поражающее воображение воплощение самого великого мастера – Сила пребывает с этим шоу, в котором участвуют четыре звезды!» – так объявили об этом в новостях), он был весьма польщен и, наверное, немного испугался. Когда люди в форме и с бластерами просят об услуге, нельзя просто сказать «нет».

Но сейчас, завидев на посадочной площадке Храма джедаев настоящий истребитель, готовый забросить его бренное тело в Космос на какой-то гипер-супер-сверхсветовой скорости, он начал всерьез сомневаться в дальновидности своего решения.

Джедай, командовавший «парадом», подал знак. Чафф сглотнул.

– Шоу начинать пора! – пробормотал он про себя.

На ватных ногах он вышел из ангара и поплелся по