Донбасс в огне. Хроника необъявленной войны. Апрель – сентябрь 2014 - Виктор Северский

Комплектование батальонов территориальной обороны Вооруженных сил Украины происходило централизованно через военные комиссариаты и органы военного управления (оперативное командование). Кандидаты для прохождения военной службы в БТО отбирались в первую очередь среди военнообязанных и лиц призывного возраста – им просто предлагалось прохождение военной службы в боевых частях или в батальоне.

Единственным исключением из правил стал 24-й батальон БТО «Айдар», который формировался без участия военного комиссариата Луганской области, при этом «мобилизационным пунктом» батальона стал сам его командир – Сергей Мельничук. Основой для его формирования стали боевики «Самообороны Майдана» и активисты Евромайдана.

Попытки организовываться «снизу» оказались провальными. Так, 15 апреля 2014 года лидер политической партии «Батькивщина» («Родина») Юлия Тимошенко заявила о создании под эгидой своей политической силы сразу трех бригад так называемой гражданско-территориальной обороны – в Харьковской, Запорожской и Днепропетровской областях. Были назначены командиры, началась гражданская мобилизация на местах, однако средств и ресурсов не хватило. В итоге результаты были более чем скромные – из партийных добровольцев сформировали два батальона территориальной обороны Кировоградской области: 34-й «Батькивщина» и 42-й «Рух Опору» («Движение Сопротивления»).

К формированию БТО с самого начала широко привлекли активистов «Самообороны Майдана». Из них был, например, сформирован 11-й батальон Киевской области.

Стоит отметить, что параллельно с созданием БТО, которые фактически не полностью являлись добровольческими, началось формирование и чисто добровольческих формирований Национальной гвардии и МВД, что внесло серьезную путаницу. Тем более что формирование происходило на региональном уровне. Поэтому появились, например, 9-й батальон ВСУ Винницкой области и батальон патрульной службы милиции особого назначения МВД «Винница».

Особо стоит остановиться на таком феномене войны на Донбассе, как батальон «Донбасс», созданный в апреле 2014 года. Найти на тот момент столько противников народной власти в самом Донбассе было нереально, однако в мае 2014 года за эту идею ухватился лидер националистического движения «Правый сектор» Дмитрий Ярош, который распиарил в СМИ создание не только спецбатальона «Донбасс», но и «Донбасс-2», и даже «Донбасс-3». Однако в итоге добровольцев хватило только на две роты – одна стала основной для формирования 2-го резервного батальона НГУ (важную роль играл командир под псевдонимом Семен Семенченко), а вторая – влилась в состав 24-го батальона Луганской области «Айдар».

Созданный на севере Луганской области, где, собственно, и протекает река Айдар, приток Северского Донца, этот батальон «отличился» в боях за Луганск. Наиболее известная его «акция» – самостоятельная атака на город Счастье в ночь на 18 июня. Тогда подразделение понесло огромные потери, и для его деблокирования были задействованы крупные армейские силы. Минобороны Украины обвинило командование батальона в неподчинении приказам и попыталось расформировать это подразделение. Со своей стороны командир батальона обвинил украинских генералов в «сливе» информации противнику. Новоизбранному президенту Порошенко пришлось лично вмешаться в этот конфликт и отменить приказ о расформировании батальона «Айдар».

С этим подразделением связан и еще один скандал. В начале сентября международная правозащитная организация Amnesty International обвинила айдаровцев в нарушении прав человека в ходе боевых действий. По словам генерального секретаря организации Салила Шетти, таких насчитывалось десятки. Представители батальона совершали похищения, незаконные задержания, грабежи, вымогательства, подвергали людей жестокому обращению и, возможно, проводили казни. Эти обвинения с бойцов так и не были сняты, но и не расследуются должным образом компетентными украинскими органами.

Летом 2014 года произошла еще одна попытка создания «политического» подразделения: в городе Нежин активом националистической организации ОУН (Организация украинских националистов) был сформирован сводный батальон территориальной обороны «Нежин». После отказа армейцев взять это подразделение на баланс и вообще государственной регистрации, руководство ОУН приняло решение войти в состав Добровольческого Украинского Корпуса «Правого сектора». Официально было изменено название – с «Нежин» на «Батальон ОУН».

Воздушные силы ВСУ

Воздушные силы (ВС), по замыслу украинских военных, являются высокоманевренным видом Вооруженных сил, которые предназначены для предупреждения о нападении воздушного противника, защиты важных административно-политических центров и прикрытия промышленно-экономических районов, группировок Вооруженных сил, важных военных и других объектов от ударов с воздуха, завоевания превосходства в воздухе, авиационной поддержки войск, высадки воздушных десантов и борьбы с десантами противника на земле и воздухе, выполнения воздушных перевозок, уничтожения военных, военно-промышленных, энергетических объектов, узлов и коммуникаций противника.

На начало 2014 года структурно воздушные силы состояли из командования, трех воздушных командований «Запад», «Центр», «Север», бригад, полков и частей оперативного и материально-технического обеспечения. ВС имели в своем составе воздушный и противовоздушный компоненты, которые распределялись на роды войск: бомбардировочную, истребительную, штурмовую, разведывательную, транспортную авиацию, зенитно-ракетные и радиотехнические войска.

Воздушные силы являются самым молодым видом ВСУ, который был сформирован на базе ВВС и ПВО только в начале 2005 года. Этот процесс был крайне непростым и сопровождался многочисленными дискуссиями в военной среде. Неоднократно менялись государственные нормативные акты, которыми определялось общее или раздельное существование сил авиации и ПВО. Первоначальной концепцией обороны и строительства ВСУ было определено, что в составе вооруженных сил стоит иметь только один вид – ВОВП (Войска охраны воздушного пространства). Это положение законодательно было закреплено в законе Украины «О Вооруженных силах Украины» в редакции от 6 декабря 1991 года. Такая структура была определена на основе ответственности каждого из видов вооруженных сил за свою сферу – сушу, воздух и море, что предполагало объединение ВВС и ПВО.

Стоит сказать, что под юрисдикцию Украины от Советской армии перешла достаточно мощная группировка авиации и сил ПВО, которые организационно составляли четыре воздушные армии, Отдельную армию ПВО и корпус ПВО – всего около 600 воинских частей, 2800 летательных аппаратов, более 120 тысяч военнослужащих. По количественному показателю военная авиация Украины в 1992 году уступала лишь авиации США, России и Китая и являлась самой многочисленной в Европе.

Однако быстрого объединения в единый вид не состоялось. Основная трудность состояла в том, что ВВС и ПВО имели свои самостоятельные, по некоторым параметрам несовместимые органы связи, управления и обеспечения. Поэтому в июне 1996 года процесс формирования был приостановлен. К тому времени ВВС были кардинально реорганизованы. Так, к концу 1993 года в составе ВВС осталось только два отдельных авиакорпуса (5-й и 14-й), каждый из которых включал в себя по две дивизии фронтовой авиации четырехполкового состава, отдельные штурмовой и разведывательный полки, а также полк ДПЛА. Ряд соединений и военно-учебных заведений был кардинально переформирован. Так, 33-й центр боевой подготовки летного состава авиации ВМФ СССР (ныне ЦБП ВВС Украины) фактически превратился в высшую теоретическую школу усовершенствования командного состава авиации. В состав ВВС также передали армейскую авиацию Сухопутных войск. Также была проведена реформа системы подготовки кадров для военной авиации. Летный состав стали готовить в Харьковском институте летчиков, созданном на базе трех авиационных училищ, а инженерно-технический – в Киевском институте ВВС.

Неблагоприятная экономическая ситуация на постсоветском пространстве в конце 1990-х годов вынудила руководство украинских ВВС пойти на новые сокращения. После принятия Украиной безъядерного статуса группировка стратегической авиации стала неподъемным грузом для украинской экономики. Ведь для полета на максимальную дальность одному Ту-160 нужно 170 тонн керосина, а для учебного полета над национальной территорией – 40 тонн. Кроме того, небо Украины было слишком «тесным» для Ту-160. Из-за постоянной нехватки горючего самолеты летали не более пяти раз в год. Стратегические бомбардировщики абсолютно не вписывались в оборонительную доктрину безъядерной Украины. Поэтому практически сразу с организацией ВВС управление группы Дальней авиации было ликвидировано, а самолеты поставлены на консервацию.