Хищники для преисподней - Жан Дети

Можно было бы сказать призрак из китайского театра теней в дымном пламени факелов.

Они приблизились к нему. Башир шел впереди, Грин в центре. Взгляд йеменца из-под кустистых бровей задержался на До. Сейчас его глаза показались австралийцу не такими гипнотическими, как прежде.

Стоявший, словно статуя, мушир невозмутимо и пренебрежительно осмотрел полковника Грина.

- Итак, вот один из представителей прогнившего империализма, высокопарно произнес он по-арабски.

Обступившие главаря бедуины ответили одобрительными возгласами. Британцу это не понравилось.

- Избавьте меня от вашего жаргона! - по-английски сказал он. - Ваши шакалы были достаточно хитры и дерзки, чтобы добраться до меня. Не знаю, как им это удалось, но, судя по форме, боюсь, они убили троих солдат оманского султана.

Ухмылка Раввак подтвердила предположения Грина. Горящие глаза Ад Диба на мгновение скрылись под опущенными веками, на его губах выступила зеленоватая слюна от кхата.

- Вижу, что вы понимаете арабский, - снова заговорил он по-английски. Добро пожаловать, полковник, на этот оазис, частицу освобожденной оманской земли.

Очевидно, признание в понимании английского входило в его планы.

- Вы говорите "добро пожаловать" человеку, который ваш пленник, а не гость, - холодно возразил Грин. - И который считает, что положение не позволяет вам оскорблять его. Империализм, который вы так клеймите, все же позволил нищему населению этих регионов жить в мире и предохраняет его от подобных вам мерзавцев.

Воины ждали приказов главаря, и До подумал, что йеменец напрасно выбрал для разговора английский, который они не понимали. Наступившую гнетущую тишину нарушили пронзительные звуки r'beb, в небе над Аин аз Зерга послышался глухой рев двух самолетов. До воздержался от того, чтобы взглянуть вверх, и стал ждать реакцию Ад Диба, который сделал шаг в сторону и подбородком показал на вход в хижину.

- Башир... Нахад... я доволен вами... - сказал он. - А ты, At Ta'lab, зайди.

До бесцеремонно толкнул Грина вперед, почувствовал затылком прерывистое дыхание йеменца. Глинобитная хижина была заставлена ящиками. В углу, в печке над раскаленными углями кипел чайник. Воняющую мочой, пометом, жареным луком и потом комнату освещали масляные лампы и факелы на стенах

Потолок из деревянных планок коптил плотный черный дым. Ад Диб встал в свою любимую позу и заговорил:

- Я рад, полковник Грин, что моему другу полковнику Карибу удалось захватить вас в вашей крепости в Маскате, поскольку для меня вы важная пешка, которой я собираюсь пойти.

Он говорил о пешке точно так же, как британец несколько часов назад. Он говорил, как шахматист, и До подумал, что, в конце концов, кому-то из них двоих поставят мат. В небе снова пролетели самолеты. Глиняные стены хижины задрожали, и Ад Диб нахмурился, продолжая жевать свой кхат.

- Англичане? - поинтересовался он.

На темном лице полковника появилась торжествующая улыбка.

- А кто по вашему это может быть? - ответил он. - Мое отсутствие в Маскате заметили. Должно быть, обнаружили трупы убитых вашими шакалами солдат. Мои... подчиненные все поняли, и меня ищут.

Темные глаза Ад Диба загорелись огнем, и До поспешил вмешаться:

- Как они могут найти нас здесь? Они должны полагать, что мы скрылись в Джебель аль Ахдар.

Грин поморщился, превосходно играя свою роль. Ад Диб успокоился.

- Угу! - согласился он. - Верно! Джебель аль Ахдар! Видите, полковник, у вас нет другого выхода, кроме как сообщить мне частоту, на которой я могу связаться с вашими... подчиненными.

Ад Диб был так уверен в себе, что буквально раздавил британца под тяжестью своего взгляда. Тем не менее, полковник отказался.

- Что! - вскричал он. - Частоту... Зачем? Зачем она вам?

- Это вас не касается.

- По радио мы сообщим вашим друзьям, что с вами все в порядке, полковник, - опять вмешался До. - Вы - заложник, и мы хотим предложить Маскату сделку. Сделку, которая позволит избежать бессмысленной войны и сохранить интересы Великобритании в Омане.

Ад Диб с таким гневом посмотрел на До, будто ударил его кулаком в печень. Хищник не придал этому значения и невозмутимо продолжил:

- Если вы откажетесь, полковник, мы все равно добьемся своего. У нас есть здесь шприцы и несколько ампул с сывороткой правды.

Гнев оставил Ад Диба, мушир по достоинству оценил выдумку Хищника. Грин глубоко вздохнул.

- Ладно! - сдался он.

Ад Диб записал частоту на клочке бумаге, потом позвал своих "волков". Башир с двумя воинами увели офицера. До остался наедине с муширом, который, наконец, расслабился.

- Ты был великолепен! - воскликнул йеменец. - Теперь я понимаю, почему тебя прозвали At Ta'lab. Ты настоящая лиса. Когда правящая Оманом собака отречется, и Шариф ибн Касым аль Омейя Абдер-Рахман займет его место на троне, ты станешь wali. Обещаю!

x x x

Wali! Губернатор!

Если бы ситуация была менее напряженной, До рассмеялся бы, но он был очень обеспокоен. Растянувшись на ангаребе в палатке из козьей шкуры, австралиец молча курил сигарету за сигаретой, не желая даже перекинуться парой слов с Равваком, который лежал на другой кровати рядом с До.

Снаружи царило спокойствие. Было пять часов утра, скрипач продолжал играть, а насекомые аккомпанировать его мелодии. Огни погасли. Зато огни в Руб-эль-Хали, в Шурахе, должны были привлечь к себе самолеты Special Air Forces, как фонари ночных мотыльков.

Вероятно, десантники уже давно начали действовать, выполняя операцию, быстро подготовленную Грином с двумя коллегами перед его отбытием из Маската в компании Хищников. Решительная операция, которая проводилась на территории Саудовской Аравии. Вторая часть плана скоро войдет в свою решающую фазу. Оазис Аин аз Зерга должен быть захвачен подошедшими из Маската войсками. Ад Диб не мог предполагать полного окружения, но До все же нервничал.

Раввак тоже был обеспокоен и с невероятной быстротой тушил в песке окурки. Скрипач продолжал играть, время от времени слышались приглушенные голоса проходившего мимо патруля. До подумал о Грине. Полковник в глинобитной хижине, наверное, так же, как они, прислушивался к ночным звукам.

Козья шкура между двумя ангаребами заколыхалась. Раввак бесшумно поднялся и направил на это место револьвер. Кто-то отвязал от колышка растяжку палатки.

В образовавшейся дыре появилась чья-то рука, потом голова. Мулуд Анхаф вполз в палатку и приложил к губам указательный палец.

- Убери пушку! - прошептал он по-арабски. - Я пришел как друг!

Раввак опустил револьвер.

- Да, как друг, потому что не могу поступить иначе, - добавил Анхаф. Вы сильнее меня, поскольку кое-что знаете. Раз вы ничего не сказали муширу, я решил довериться вам... Полностью довериться.

Он присел между ангаребами и спросил:

- Что Ад Диб собирается делать с полковником?

- Не знаю! - ответил До. - Он просил меня похитить англичанина в Маскате, я подчинился.

Лицо египтянина расплылось в улыбке.

- Подчинился, как робот, да? - с сарказмом произнес он. - Это удивило бы меня, Кариб. В какую игру вы оба играете?

- Это тебя не касается! - проворчал Раввак.

Анхаф опять улыбнулся и успокаивающе поднял руку.

- Я предложил вам деньги, и вы отказались. Это доказывает, что вы не из-за денег связались с этим йеменцем. Вы умные, храбрые и отчаянные парни. Башир рассказал мне, как вы похитили полковника из его крепости. Настоящий подвиг... Думаю, ваши способности могли бы использовать лучше в другом месте.

- В общем, ты предлагаешь нам поменять хозяина... - с улыбкой сказал До.

- Почему бы и нет? - ответил Анхаф. - Поменять его на человека, который действительно заплатит вам по заслугам... а не будет только обещать.

Египтянин показал пальцем на До.

- Ад Диб произвел тебя в полковники. Что это значит? Какое у тебя жалованье? Он даже не представил тебя своему эмиру... Аль Факир... Полоумный старик, который, войдя в дом, только и знает что молиться. Все, на что он способен...

До закурил другую сигарету. Молчание хищников ободрило Анхафа, и он продолжал настаивать на своем. Как все арабы, он верил в силу и убедительность слов и думал, что его собеседники колебались.

- Значит, ты предлагаешь нам в качестве патрона Садата? - спросил Раввак.

- Нет. Не Садата... Ливийца Кадафи.

Наконец-то маска была сброшена. До предполагал, что Анхаф - ливиец и работал на единственного главу арабского государства, который был не уверен в султане Кабусе. Миссия по сбору информации, чтобы определить его мнение... Кого поддержать? Кабуса или Аль Факира?

До предполагал также, что если Анхаф пришел к ним в палатку, то не для того, чтобы назвать имя человека, на которого он работал. А времени было мало... Оманские солдаты могли начать действовать с минуты на минуту...

- Кадафи, да! - заговорил До. - Действительно, он богат... У него есть нефть... Что касается меня, я всегда считал, что всегда прав тот, кто сильнее.