Фируз (СИ) - Максим Бондарчук

7

Машина совершила последний маневр, прежде чем уперлась в темную и непробиваемую дверь технического ангара. На этих огромных, почти в два раза больших самого спасательного модуля, дверях были четко выбиты три цифры указывающих на порядковый номер данного ангара.

Пилот нервно перебирал пальцами. Индикатор радиационной угрозы не прекращал расти. Медленно, как змея, его значения ползли вверх, даже не собираясь останавливаться.

Он знал чем это могло закончиться. Еще несколько минут и концентрация станет такой, что уже никакая защита не сможет препятствовать проникновению этой смертельной угрозы в его кабину.

— Говорит пилот спасательного модуля, мы находимся у оговоренного ангара, но двери до сих пор закрыты. Как долго ждать, диспетчер?

Двигатели громко взревели. Тяжелая металлическая птица нервно закачалась и немного отклонилась в сторону.

Пилот схватил штурвал и попытался вернуть ее к ангару, чтобы в нужный момент нырнуть в него, не теряя драгоценного времени.

— Говорит пилот спасательного модуля, мы на…

— Слышу вас пилот. Возникла техническая проблема в механизмах двери. Пытаемся дистанционно устранить неполадку. Придется подождать.

Как легко это говорить, находясь очень далеко и не чувствовать смертельное дыхание невидимой угрозы.

Его тело наполнилось усталостью. По всей длине прокатилась волна болезненных сокращений, из-за которых становилось все труднее управлять висевшей в темном пространстве машиной.

Наконец в наушниках послышался довольный женский голос — диспетчер докладывал об успешном дистанционном управлением механизмами, которые вот-вот должны были открыть путь.

Так и произошло. Спустя всего пару секунд, как пасть громадной рыбы, двери распахнулись перед глазами пилота и спасательный модуль, изрыгнув из своих сопел пламя, провалился внутрь темнеющего ангара.

Увидев, как сменилась обстановка в иллюминаторе, я с облегчением вздохнул. Можно было слегка расслабиться.

Машина медленно двигалась вперед. Старый ангар был едва освещен и приходилось идти буквально на ощупь. По всему периметру, куда бы не упал свет от включенных прожекторов, нельзя было обнаружить ни одной живой души. Сплошная тьма.

— Готовлюсь к стыковке. Будьте готовы, сейчас тряхнет.

Модуль прижался к боковой стыковочной панели и резко ухватился за приготовленные крепежные кольца. Корабль затрясло, скрежет металлического корпуса разлетелся по всему ангару.

— Готово, парни. Если вы там еще живы, то советую действовать как можно быстрее.

Пилот начал вещать в общий канал связи и хриплый голос наполнил все пространство пассажирского отделения.

— Управление ангаром осуществляется двумя способами: автоматически и вручную. Судя по тому, в каком состоянии находится ангар, положиться на автоматику будет глупо, поэтому тебе Воевода, придется все сделать самому.

Он сделал паузу и глубоко вдохнул.

— Найдешь компьютер в помещении рядом со стыковочными узлами — ты не пройдешь мимо. Потом активируешь систему очистки и введешь максимальный уровень опасности. Если все пройдет как надо и в баках с нейтрализующей жидкостью все еще есть необходимый объем раствора, то ты сможешь смыть эту дрянь с корпуса машины, а затем самому «помыться».

Я слушал его очень внимательно, но еще внимательней наблюдал за показаниями индикаторов. Они пугали меня. Нужно было действовать и как можно скорее.

— Принял. Опускай трап.

Прозвучала сирена. В отсеке замигала огромная лампа и, спустя несколько секунд, дорога была открыта. Я выбежал наружу со всей скоростью с которой мог. Вокруг все было залито ярким светом работающих прожекторов. Мертвое доселе помещение внезапно ожило и со всех сторон начали появляться странные блики. Они перемешивались, иногда поднимались под самый потолок, упирались в швеллера, облетая каждый угол этого замороженного ангара и вновь возвращаясь на свои места.

Я скользнул сквозь упавшую тьму и вскоре оказался возле того самого места о котором говорил пилот. Небольшая дверь, от самого низа и до верха покрытая инеем и не поддававшаяся на усилие открыть ее. Она закрывала путь к спасению и до последнего сопротивлялась, пока, не издав пронзительный треск под ударами приклада винтовки, не упала прямо перед моими ногами.

Замерзшие замки и завесы не выдержали. Сломавшись как сосульки и распавшись на несколько частей, они уже не могли держать на себе массивную дверь.

Внутри все было запущено. Там, где раньше находилось рабочее место диспетчера по приему кораблей, сейчас все было похоже на склеп. В темноте ничего нельзя было разобрать. Под грудой обломком и толстого слоя снега, скопившего здесь и лежавшего уже очень много лет, я увидел широкий монитор компьютера, расколовшегося и не подлежащего ремонту.

— Говорит Воевода, пилот, ты меня слышишь?

— Да. Что там у тебя, Виктор?

— Я не смогу включить систему, управляя ею через компьютер. Он весь покрыт снегом и полностью неисправен.

— Проклятье! — пилот выругался в общий канал связи и принялся вслух перебирать оставшиеся варианты. — Должен быть выход, я знаю, он должен быть. Да! — мужчина чуть не вскрикнул от радости, — Система водоснабжения пролегает как раз под потолком и должна идти аккурат над спасательным модулем. Если прострелить несколько «артерий» то весь раствор выльется как раз на машину.

— Но температура. Вдруг жидкость просто замерзла в трубах?

— Никак нет! — пилот продолжал говорить — свойства раствора таковы, что он может оставаться в жидком состоянии даже при очень низких температурах. Просто посмотри на потолок и найди самые толстые трубы — я подсвечу тебе.

Огромные прожектора спасательного модуля поднялись вверх и осветили заледеневшую поверхность.

— Давления должно хватить, так что будь осторожен.

Я вышел обратно в ангар. На самом верху все было покрыто слоем инея и льда, из-под которого местами, как дождевые черви, выглядывали толстые серые трубы. Их было много. Они шли по всей длине, переплетались друг с другом, переходили из одной плоскости в другую. Сказать какие из них были теми самыми, оказалось почти невозможно.

— Их слишком много! Которые?!

— Стреляй по всем, приборы фиксируют очередное повышение фона!

Тянуть дальше было нельзя. Вскинув оружие вверх и прицелившись в самое крупное скопление серых труб, я открыл огонь. Десятки маленьких огоньков тут же метнулись к потолку и принялись вгрызаться в цель. Искры посыпались на пол, а за ними, шипя и пенясь, настоящий дождь из нейтрализующего раствора. Я жал на спусковой крючок до тех пор, пока из ствола не прекратили вылетать пули.