Дракон - Евгения Кондырева

В толпе избранных горожан, призванных стать свидетелями непоколебимой справедливости рыцарей Шаспага, жадно ловили слухи трое: высокая крепкая девушка и двое пришлых, брат и сестра.

Роса сдержала слово: к полудню они с Кришем вошли в ворота рыцарских казарм. Правда, с ними увязалась эта девчонка. Несмотря на прошедшую ночь и намеки Росы, Криш не только не прогнал её, но и позвал с собою. А та и рада. Ну да ладно, этой худышке всё равно не удастся испортить праздник. Она им не помеха.

Впрочем, сейчас Росу гораздо больше волновало другое: будет ли присутствовать на казни младший комендант крепости, по праву считавший её своей невестой. Тот самый, благодаря пропуску которого, они оказались здесь.

Колдунов ещё не привели, ожидание затягивалось.

К сожалению горожан, суд был тайным по причине особой опасности. Но всё обошлось. Колдуны признались во всех злодеяниях и теперь понесут заслуженную кару во имя блага и процветания Тразана.

Наконец рыцари расступились, пропуская небольшую процессию, во главе которой медленно шёл Рыцарь-Магистр.

Полы его чёрного плаща трепетали на ветру, открывая взору богато украшенный серебряной чеканкой нагрудник. В середине хитро сплетённого узора сиял один из пяти магических камней, с которыми Магистр никогда не расставался. Ещё два блистали на кожаных браслетах, четвёртый – на узком, едва заметном филлете, поддерживающим волосы рыцаря. Пятый, потайной, камень Магистр носил возле сердца. О его существовании никто не знал.

Следом за Магистром вели скованных колдунов.

Процессия остановилась возле столба.

По знаку Магистра с пленников сорвали одежду, дабы зрители могли убедиться, что колдуны устроены в точности так же, как обыкновенные люди, и поэтому особенно опасны. Но, хвала Небесам, их тела так же уязвимы, как и тела обыкновенных людей, если отнять их магическую власть и силу.

На левом плече каждого колдуна, горячей смолой были выведены знаки утраты и позора. Смола была замешана на пепле от пергамента с особым заклятием.

Лишённые своего колдовства, пленники не сопротивлялись. Их крепко привязали к столбу спинами друг к другу. Рыцарь-Магистр воздел руки и, произнося что-то нараспев, обошёл вокруг помоста. По его знаку поднесли факел. Хворост вспыхнул как порох, и через несколько секунд колдуны оказались в пылающем кольце.

В этот самый момент Криш схватил Эши за плечи и, развернув, с силой прижал её к себе.

– Не смотри, не смотри туда, только не смотри, – хрипло зашептал ловчий.

Но сам он был не в силах оторвать взгляд от страшного зрелища. До последней секунды Криш верил, что произойдёт чудо. Но его не случилось.

Внезапно Эши перестала биться и обмякла в его руках словно тряпичная кукла.

Костёр разгорался всё сильнее, и совсем скоро пламя скрыло привязанные фигуры колдунов от толпы.

Криш закрыл глаза. Небеса не могли допустить, чтобы они долго мучились. Если есть милосердие на земле, они должны были давно задохнуться, и теперь пламя могло надругаться лишь над мёртвыми телами.

– Что с тобой? – Роса с участием заглядывала в его глаза. – Да что с тобой?

– Сестре плохо. – Криш не узнал своего голоса.

– Нечего было сюда ходить, – пожала плечами Роса. Глядя на пожирающее его друзей пламя, ловчий вдруг понял, что должен делать. Он должен убить Рыцаря-Магистра.

Неизвестно как.

Неважно, что будет потом.

Внезапно Роса громко взвизгнула и вцепилась в его рукав.

– Живые! Колдуны ожили! Криш вскинул голову и застыл.

Там, в страшном гудящем пламени, жар от которого заставил горожан податься назад, творилось невозможное: в глубине костра шевелились две чёрные тени.

Бушующее пламя внезапно опало, словно потеряло свою силу.

Вздох ужаса пронёсся над площадью. Пламя… Нет, это было уже не пламя, а вздыбленный раскалённый поток металла. Двумя широкими рукавами он сползал с высокого подножия столба и словно лава, исторгнувшаяся из недр вулкана, заполнял пространство вокруг себя.

Люди отхлынули назад, и только Криш с Эши на руках не двинулся с места. Он не мог оторвать глаз от помоста, на котором стоял человек с развевающимися волосами. Его тело, испачканное смолой и сажей, блестело в дрожащем красном мареве.

Ловчему хотелось заорать во всё горло, но вместо этого он едва слышно прошептал: «Ригэн».

В этот момент от столба отделился второй человек и встал точно за спиной первого.

Воздев руки, что-то страшно и громко закричал Магистр.

Верная присяге шеренга рыцарей вскинула арбалеты, но ни одна из пущенных стрел не достигла пленников, упав возле ног колдуна. Зато раскалённый металл, повинуясь движению его руки, был направлен точно в цель.

Колдун снова протянул руку, на этот раз к Рыцарю-Магистру.

Тот зашатался, захрипел, схватился за горло, но всё же выпрямился и шагнул ему навстречу. Несколько страшных секунд они смотрели друг на друга, и Магистр, не устояв, рухнул на колени.

Что-то звонко лопнуло, словно порвалась туго натянутая стальная нить, а затем сверкнуло радужной вспышкой на ладони у колдуна. Он сжал пальцы и опустил руку, не сводя глаз со скорчившегося на земле Рыцаря.

– Кто ты? – прохрипел Магистр.

В этот момент Криш опомнился.

Ликовать от счастья можно потом. Разбираться с магией не его дело. Его дело – лошади. И он добудет их, во что бы то ни стало.

Кипящий поток металла продолжал медленно заливать каменную площадь.

А потом колдун наслал на Шаспаг тьму, и площадь окутал чёрный туман.

Вскоре южные ворота городв пропали из виду. Маг так ослабел, что едва был в состоянии взобраться на лошадь.

Всю эту неистовую скачку Криш и Фиджин держались вплотную к Ригэну, готовые в любую минуту поддержать его.

Одежда двух нерасторопных горожан пришлась бывшим пленникам почти в пору. Впрочем, выбирать не приходилось. Ловчему и так пришлось оглушить бедолаг, а затем они с Эши аккуратно раздели их в ближайшей подворотне.

Через несколько часов, давая отдых благородным животным, путники остановились. Тьма, на этот раз обыкновенная ночная тьма, окутывала подножия крутых холмов, закрывающих выход из долины Карстена.

Едва лошади встали, маг сполз на землю, скрючился и уже больше не поднялся, провалившись в тяжёлый сон.

У Эши хватило сил лишь на то, чтобы напиться воды. Когда несколько часов назад ловчий подсаживал её в седло, то был готов привязать к этому седлу верёвкой – она смотрела на лошадь так, будто увидела её первый раз в жизни.

Стараясь не потревожить друзей, Криш расседлал и вытер взмыленных животных. Занимаясь привычным делом, он только сейчас понял, как соскучился по своей работе. Криш испытывал острое чувство жалости. Четырёх Шаспагских скакунов удалось увести ловчему. Со всеми четырьмя им предстояло расстаться: прятаться в горах и пробираться заросшими тропами проще пешком.