Нежнее неба. Собрание стихотворений - Николай Минаев

VIII. «А нынче сердце тишине лишь радо…»

А нынче сердце тишине лишь радо,Той тишине, которая однаДает познать глубины чувств до дна,Очистив мысль от приторного чада.

Светильник снов, провидений лампада,Маяк предчувствий брезжущих, она —Прославленная издавна странаЧудес в действительности – Эльдорадо.

Меня любовь к ней быстро привела,С ее полей – прилежная пчела —Я доверху наполнил медом соты,

И умилен смиренностью благой,Я наяву узрел ее красоты,Воскресший, просветленный и другой.

IX. «Воскресший, просветленный и другой…»

Воскресший, просветленный и другой,Сегодняшний, не прежний, не вчерашний;Моя душа взрыхленной стала пашней,Вспоенной всласть разлившейся рекой.

Не скрытая ни мглою, ни пургойМне даль ясна; гляжу вперед бесстрашней,И кровь звенит по жилам бесшабашнейЧем колокольчик в поле под дугой.

С отвагою немыслимою прежде,Доверясь обольстительной надежде,Не пасынок, не пленник, не изгой,

Согрет и бодр, под небом бирюзовым,Весне вослед, навстречу летним зовам,Я путь начну уверенной ногой.

X. «Я путь начну уверенной ногой…»

Я путь начну уверенной ногой,Не затеряюсь в праздном разговоре,Не запылюсь в презрительном укоре,Миную пруд с гниющею тоской.

С заботою и ласкою какойМне поутру затеплят небо зори,А ночью звезды в бдительном дозореПостерегут мой праведный покой.

Кто всем родной, всему по-детски верит,Не верстами, а чувствами измеритТот скудные житейские пути;

Черти спираль, стрижей горластых стая,Ржаная нива, зыбься и цвети,Мне суждена дорога золотая.

XI. «Мне суждена дорога золотая…»

Мне суждена дорога золотая,Сама судьба со мною заодно;Моя любовь не лунное вино,А влага солнца изжелта-густая.

В лучах светил сияющих не тая,Не отраженным светом ей даноВ душе ко всходу пробуждать зерно,А собственным, немеркнущим, блистая.

Не алый дым, не розовый угар,Она мне тот благословенный дар,Не уберечь которого не смею

От суеты неугомонных дней,И, нежная и в ненависти, еюМоя душа теперь еще нежней.

XII. «Моя душа теперь еще нежней…»

Моя душа теперь еще нежней,Еще прозрачней, глубже и певучей;Тяжелый мрак уплыл с гнетущей тучейИ лопнули объятия ремней.

И дышится желанней и вольней8 последний шаг прозревшему над кручей,Настигнутому молнией летучей,Обрызганному россыпью огней.

Кто много дней по зыби волн зеленых,Изменчивых и горько-просоленныхВел наугад свой ненадежный бриг,

Тому любовь не пристань ли святая?Она ему вдвойне милей в тот миг,Когда благоухает, расцветая.

XIII. «Когда благоухает, расцветая…»

Когда благоухает, расцветая,Душа омытая дождем любви,Прошедшего на память не зови,Оно душе, что розам пыль пустая.

О будущем восторженно мечтая,Лишь настоящее благослови,Его цветы раскрывшиеся рвиПока они цветут, не облетая.

О, я обрел давно желанный кров!Уединенье тихих вечеровВоспоминаньями я не нарушу;

Мне миг поет: Над прошлым не косней,Пусть напоит возжаждавшую душуЛюбовь весной повеявшая в ней.

XIV «Любовь весной повеявшая в ней…»

Любовь весной повеявшая в ней,В моей душе, ее обогатила;Ей вновь дана особенная сила,Чтоб каждый миг прочувствовать полней.

Ни сумерек, ни мрака, ни тенейТам не найти, где зоркое светилоВсе тайники насквозь позолотило,Все уголки представило ясней.

С такой душой всему пойду навстречу,Всем улыбнусь и каждому отвечу,Утешу всех, прощу всем, все приму

От райских гимнов до проклятий ада,Ведь предназначен целый мир тому, —Кому дана блаженная награда.

XV «Кому дана блаженная награда…»

Кому дана блаженная награда,Мед знойных уст и свежесть нежных рук,Тот замыкается в чудесный круг,Где милый образ – верная отрада.

О, сладкий сон хмельного винограда,Ты опьянил негаданно и вдруг,Еще вчера я был веселью друг,А нынче сердце тишине лишь радо.

Воскресший, просветленный и другой,Я путь начну уверенной ногой,Мне суждена дорога золотая;

Моя душа теперь еще нежней,Когда благоухает, расцветая,Любовь весной повеявшая в ней.

«О нищета, убожество и тлен!..»

О нищета, убожество и тлен!..Не развязать запутавшийся узел;Еще не кончен допотопный плен,А тусклый день уже ресницы сузил.

В неизмеримый загнаны закутСправляем шумно Пирровы победы,А у ворот безмолвно стерегут,Как хищники прожорливые, беды.

Трясина лжи засасывает нас,Лишь жалкий бред великие миражи,И гулко бьет одиннадцатый часНад призраком злокачественной блажи.

«Татарин/Якерин…»