Любимая - Александр Казанцев

— Как, по-твоему, этим напитком можно сделать возлияние кому-нибудь из богов или нет?

У грузного, пышущего плотским жаром исполнителя приговора от удивления отвисла нижняя губа.

— Мы стираем ровно столько, Сократ, сколько надо для… — сумел он наконец вымолвить в ответ, да не смог завершить фразы.

— Для того, чтобы я протянул ноги! — завершил его ответ Сократ. — Жаль! А я бы с радостью совершил возлияние Аполлону и Эроту, моим покровителям и мучителям… Ну да я и так, надеюсь, останусь им любезен!

Аполлодор, лишь бы отдалить страшный миг, выступил вперед и срывающимся голосом предложил Сократу свой прекрасный плащ, чтобы, хоть в последние мгновения, облачен был философ в богатый наряд. Но смертник мотнул лобастой головой и ответил с усмешкой:

— Неужели мой собственный гиматий годился, чтобы в нем жить, и не годится, чтобы в нем умереть?

Аполлодор закусил губу, чтобы опять не разреветься. А Сократ, не теряя больше времени, поднес чашу к губам и выпил ее до дна — спокойно и легко, как пил свое любимое хиосское.

Единый вздох ужаса огласил темницу. Ученики молча уставились на Сократа, а тот прикрыл веками выпуклые глаза, прислушиваясь к себе. Первым всхлипнул Аполлодор, за ним Симмий, Кебет и даже закаленный жизнью Критон. Лишь дебелый отравитель с профессиональным любопытством наблюдал за Сократом. А тот недовольно поморщился, услыхав всхлипы, открыл глаза и сказал с мягкой укоризной:

— Ну что вы, что вы, чудаки! Я для того и отослал отсюда детей и Ксантиппу, чтобы они не устроили подобного бесчинства. Тише, сдержите себя!

И вдруг он стронулся с места, притопнул одной ногой, потом другой и пустился в последний пляс. Его шишковатая плешивая голова покрылась потом, густые, седые брови взмокли и потемнели, из ноздрей крупного вздернутого носа с шумом вырывалось дыхание, выпученные глаза блестели то ли от возбуждения, то ли от выступивших слез. Развевался его видавший виды бурый гиматий, во всех движениях пляшущего была какая-то дикая отчаянная страсть. Это еще больше походило на пляску Силена.

Отравитель, ошарашенный впервые увиденным, даже попятился назад, глаза его стали такими же выпученными, как у его жертвы. Ученики перестали рыдать — молча с ужасом уставились на Сократа. А тот наконец оборвал пляску и, отдышавшись, удовлетворенно произнес:

— Ну вот, теперь яд разошелся как следует!

С этими словами он подошел к топчану и прилег на него, воздев глаза к темному потолку. Под свежим белым хитоном высоко воздымался с дыханием его живот.

Никто не смог стронуться с места, лишь отравитель подошел к ложу смертника и со знанием дела ощупал тому ступни и голени.

— Холодает! — произнес он самодовольно.

Потом сильно стиснул ступню Сократа и спросил, чувствует ли он.

— Клянусь псом, не чувствую! — буднично ответил смертник. Дыхание его уже стало прерывистым, хрипловатым.

Исполнитель приговора стал ощупывать ноги Сократа, ведя руками все выше: уже и колени казнимого перестали ощущать сдавливание…

— Как только холод подступит к сердцу, он отойдет… — сказал отравитель с блуждающей доброй улыбкой. — Яд у меня хороший, быстро и безотказно действует…

Ученики, не двигаясь, молча глядели, как этот пышнотелый посланник афинских архонтов мнет руками уже вовсе не мерно, а судорожно вздымающийся живот Сократа. Ужас и растерянность смешались на их лицах.

Наконец седовласый Критон шагнул вперед и властной рукой аристократа отстранил отравителя. Встав на колени, он склонился над Сократом. Тот лежал с закрытыми глазами, видно было, как напрягается его лицо, чтобы не выдать муки, не стать еще более безобразным…

Быть может, уловив дыхание склонившегося друга, Сократ открыл глаза. Сколько всего было в этом бездонном взгляде — ни Критон и никто другой передать не смог.

А потом он перевел взгляд с Критона на окошко темницы и, превозмогая боль, улыбнулся, увидав, что в этом небольшом проеме еще не темень, еще крадутся через него последние лучи…

Дыхание с хрипом и свистом вырывалось изо рта умирающего, губы его вдруг шевельнулись. Критон понял, что друг силится что-то сказать, склонился над ним еще ниже, приблизив ухо к его губам.

— Ас… Ас… — вырывалось со свистом из холодеющих губ.

Критон и все присутствовавшие при смерти Сократа подумали, что поминает он бога врачевания Асклепия. Гораздо позже Платон затвердил с чужих слов эту неверную догадку в одном из своих знаменитых диалогов.

Никто не знал, последним словом Сократа было имя Любимой.

О боги всемогущие, дайте каждому достойному умереть с этим словом на устах!

Март-июнь 1994 г.

Примечания

1

Длинные стены — три построенные после 461 г. до н. э. стены между Афинами с морским портом Пиреем и селением Фалерон, служащие крепостным укреплением.

2

Эфеб — юноша старше 18 лет, внесенный в гражданские списки и два года отбывающий воинскую повинность.

3

Правительство Тридцати — тирания Тридцати, господство олигархов во главе с Критием.

4

Аид — подземный мир, царство мертвых.

5

Палестра — место для спортивной борьбы и упражнений.

6

Гимнасий — помещение для физического воспитания (гимнастика), где упражнялись в обнаженном виде.

7

Олигархия — господство нескольких немногочисленных, но могущественных знатных родов.

8

Ойнохоя — кувшин для вина с устьем в форме трилистника (с тремя носиками). (прим. верстальщика).

9

Архонт — одно из ежегодно избираемых высших должностей лиц в Афинах.

10

Ареопаг — холм в Афинах, место заседания судилища.

11

Гелиэя — солнечное место собраний, созданный Солоном народный суд в Афинах.

12

Триера — маневренное военное гребное судно с тремя рядами весел.

13

Афиняне отправляли ежегодное («малое») посольство на остров Делос по легендарному обету Тесея в благодарность за помощь Аполлона против Минотавра. (прим. верстальщика).

14

По легенде, обвинители Сократа были казнены (Диодор), или изгнаны из Афин (Диоген Лаэрций). Исторические факты это не подтверждают (прим. верстальщика).

15

Элизиум — страна блаженных, райские поля.

16

Вторая половина мая — первая половина июня (прим. верстальщика).

17

Софист — учитель мудрости.

18

Агора — площадь для проведения собраний, игравшая роль центра городской общественной жизни.

19

Афинский Морской Союз — образованное в 478–477 гг. до н. э. антиперсидское объединение греческих государств.

20

Демагог — «предводитель народа», т. е. вождь и главный оратор политических группировок в Афинах. (прим. верстальщика).

21

Гетеры — спутницы, женщины различных социальных слоев, ведущие свободный, независимый образ жизни.

22

Перистиль — крытый двор, окруженный колоннадой.

23

Фимиатерия — курильница в форме канделябра.

24

Гоплит — тяжеловооруженный пехотинец греческого ополчения.

25

Мойры — богини судьбы (прим. верстальщика).

26

Авлос — древнегреческая дуда, обычно двойная, для высокого и низкого тона; две длинных трубки с отверстиями, принадлежность оргиастических, «низких» культов и развлечений (прим. верстальщика).

27

Демиург — творец, сотворитель мира.

28

Сикофант — доносчик.

29

Свободные граждане носили волосы до плеч, стригли их в приношение богам (прим. верстальщика).

30

Симпосий — званый пир с музыкой, играми, застольными беседами. На симпозий могли быть приглашены гетеры, но не матроны (прим. верстальщика).

31

Эвоэ! — ритуальный возглас вакхических празднеств. (прим. верстальщика).

32