Нелинейная зависимость - Дмитрий Янковский

У ТЕБЯ ЕЩЕ НЕТ ФИРМЕННОЙ МАЙКИ ЯНДЕКСА? ТОГДА ТЕБЕ СЮДА!

Не жалею, не зову, не плачу… / Стихи С. Есенина /

Цена: 89.9 p. [email protected]

Издательство: Скорпион

Год издания: 2005

ISBN: 5-844-86408-8

Книги, пресса / Художественная литература / Поэзия

Галич. Александр русские плачи.Комплект — 1 диск, год — 1998

Цена: 161.97 р. Звук. [email protected]

Описание: Левый марш Ошибка Неоконченная песня Собаки бывают дуры… Виновники найдены Мы не хуже Горация Вальс-баллада про тещу из Иванова Слушая Баха (псалом) Горестная ода счастливому человеку Смерть Ивана Ильича Из поэмы — Песня о песочном человеке — Рассказ.

Музыка, видеофильмы / Музыка / Авторская песня

Нет, так ничего не найти. Если бы хоть что-то видеть…

Глаза горели огнем, слезы изливались, как лава из жерла вулкана, — ворот рубашки промок не меньше, чем носовой платок.

Все, хватит! Лучше денег заплатить сколько попросят. Только бы не мучиться так. Двести так двести.

Андрей взял телефон и, с трудом разбирая надпись на ладони, набрал номер:

— Алло. Я согласен. Приезжайте. — Он назвал адрес.

— Хорошо, — ответил солидный голос. — Буду в кратчайший срок. Температуру мерили?

— Нет, но меня знобит.

— Понятно. Только пока не пейте никаких лекарств.

— Ладно. — Андрей положил трубку и рухнул на диван.

Мир был соленым, мокрым, в нем становилось трудно дышать. Андрей встал и пересчитал деньги в шкатулке. Хватит на пять вызовов, да и зарплата скоро. На купюрах остались мокрые пятна.

Доктор приехал действительно скоро. Экран дверного глазка показал высокого сухопарого мужчину с козлиной бородкой, в старомодных круглых очках и с самым настоящим саквояжем в руке. Андрей открыл дверь и тут же запер за доктором, опасаясь, что Оксана могла остаться где-то поблизости.

— Здравствуйте. — Движения доктора были точны, как у военного хирурга. — Меня зовут Константин Анатольевич. Можно включить свет?

— Да, конечно.

Вспыхнули лампы, причинив ему физическую боль.

— Приятного мало. — Доктор склонил голову и внимательно осмотрел лицо Андрея. — Первый день?

— Да, с обеда.

— Куда можно пройти?

Андрей провел его в комнату, сам сел на диван, а доктору предложил кресло.

— Подозрительных контактов не имели? — прищурившись, спросил Константин Анатольевич.

— В смысле — сексуальных? — напрягся Андрей.

— Да. — Доктор медленно, спокойно открыл саквояж и достал оттуда огромное увеличительное стекло в бронзовой оправе.

— Подозрительных — нет. — Андрей качнул головой.

— А как часто вы вообще меняете… э-э-э… партнеров?

— Партнерш, — поправил его Андрей. — Это так важно?

— Да. По крайней мере, мне нужно знать как можно больше о трех последних… э-э-э… девушках. Возраст, конституция, э-э-э… частота встреч.

Андрей перечислил.

— Значит, с каждой не более пяти контактов?

— Да, — отрезал Андрей, твердо решив выгнать доктора, если тот продолжит развивать тему.

— Понятно, — вздохнул Константин Анатольевич. — Придвиньтесь ближе. Да, вот так.

Он уставился на залитый слезами нос Андрея сквозь огромную линзу, при этом его лицо забавно исказилось, на щеках проявились огромные поры и короткие светлые волоски.

— Курите?

— Да, — ответил Андрей.

— Сколько?

— Пачку в день.

— А сегодня? — Доктор достал из чемоданчика хромированный ланцет.

От одного его вида по телу пробежала волна ледяного озноба — Андрей всегда настороженно относился к медицинским инструментам. Особенно к острым.

«Убийца», — помимо воли мелькнуло в голове.

— Со вчерашнего вечера дым щиплет глаза, — ответил Андрей, не спуская глаз со сверкающей стали. — Почти не курю.

— Посмотрите на кончик этого инструмента, — попросил доктор. — Старайтесь не щуриться.

Он поднес кончик ланцета почти к самому носу Андрея и начал медленно уводить инструмент к себе, будто замахиваясь. Андрей напрягся, готовый отразить внезапный удар. Из носа на брюки капнуло.

— Что-то вы напряжены… — заметил Константин Анатольевич. — Нервы? На работе проблемы?

Он медленно уводил ланцет от лица Андрея, затем резко придвинул к самому носу. Андрей не выдержал и одним взмахом выбил инструмент из его руки.

— Да. Нервы. — Доктор спокойно встал, подобрал ланцет и уложил в чемоданчик. — Пожалуйста, дайте мне деньги за вызов.

— Что? — ошарашенно переспросил Андрей.

— Деньги, пожалуйста.

Руку из чемоданчика доктор не убирал. Так в фильмах держат пистолет в приоткрытом кейсе. У Андрея шевельнулись волосы на затылке.

— Да. Сейчас… — Он встал и с излишней поспешностью достал из шкатулки полторы тысячи рублей. — Пожалуйста.

Доктор пересчитал залитые слезами купюры и уложил в саквояж.

— Я вам ничем помочь не могу, — сообщил он. — Это не инфекция.

— А что же? — Такое заявление окончательно выбило Андрея из колеи. Он достал из шкафчика новый носовой платок и промокнул лицо.

— Вас никто не проклинал? — совершенно серьезно спросил Константин Анатольевич.

Если бы доктор растворился в воздухе, Андрей удивился бы меньше.

— Что, простите?

— Ну, проклятие. Понимаете? Это ведь не пустой звук. Вы садитесь, садитесь. Я работаю не первый день в медицине, был военным хирургом во вторую чеченскую и давно заметил, что не все происходящее с человеком можно объяснить… э-э-э… с рациональной точки зрения. Это мой личный опыт. Даже хобби. Эдакая, можно сказать, исследовательская деятельность.

— Вы актер? — догадался Андрей. — Вас наняла Оксана, чтобы вы пудрили мне мозги. Так? К тому же за мои деньги. Вас, кстати, не затруднит их мне вернуть?

— Если вы настаиваете… — пожал плечами Константин Анатольевич и вынул из саквояжа пачку купюр.

Андрей уже потянулся за ней, когда его осенило — у него на ладони фломастером был выведен номер телефона. Его дала Светлана, которая Оксану не знала и знать не могла.

— Извините… — Андрей убрал руку. — Почему вы не сказали, что не имеете к Оксане никакого отношения?

— Я опытный врач и знаю, что бесполезно убеждать пациента, если он что-то вбил себе в голову. Особенно когда пациент в таком состоянии.

— Да… — Андрей вытер лицо платком. — Значит, вы действительно врач.

— Совершенно верно.

— Тогда оставьте деньги себе. Я хочу вас дослушать.

— Но насчет проклятия я оказался прав? Про какую Оксану вы говорили?

— Это одна из трех девушек, о которых я вам рассказал.