Безумно влюблен (СИ) - Кофф Натализа

– Если я не успею до следующих выходных все здесь разгрести, то... – на выдохе начал Тим.

– То я прилечу в следующую субботу, – пообещала Лада, улыбнувшись.

Ох, черт! До чего же у нее красивая улыбка. И глаза. И нежные руки. И сладкая на вкус кожа. Как же сногсшибательно малышка пахнет!

Словом, Тимофей преодолел мимолетное возмущение, превратившееся в стон. Жадно стянул мешковатые джинсы со стройных и бесконечно любимых ног. Следом в сторону улетели и трусики. И так же стремительно погрузился на всю длину, до протяжного вскрика, до острых ноготков, оцарапавших его шею, до сладкого чувства острого удовольствия.

– Люблю! – припечатал на выдохе, рвано, словно клеймил любимую женщину. Его Усладу.

Малышка лишь крепче стиснула его собой, оплела руками, обхватила бедрами. А Тим улыбнулся. И она любит. Ну любит же! Иначе просто не может быть.

В аэропорт они прибыли вовремя. Регистрация уже заканчивалась, но они не опоздали. И перед самым турникетом, за которым должна была скрыться Лада, Тимофей обхватил лицо девушки ладонями.

Долго смотрел, наплевав на толпу. Вглядывался в родные черты лица. Понимал, что уже скучает. По ней. Без нее. Да он же просто загнется, если она не ответит на вызов ровно через минуту!

– Ты спросила насчет моего любимого места в этом города, – заговорил Тим. – Оно здесь. На этом самом месте. Когда я встречал тебя, а ты прилетела ко мне.

– Тим, зал прилетов с другой стороны здания, – сокрушенно вздохнула Лада.

– Серьезно? – Тим действительно огляделся по сторонам. И рассмеялся, прижав Ладу к себе. – Я схожу с ума. Это все ты виновата. Нельзя быть настолько красивой.

– Я сейчас опоздаю. Из-за меня задержат вылет, – улыбнулась Лада ему в рубашку.

Тимофей крепче стиснул девушку в объятиях. Всего на миг. И выпустил, шагнув назад. Пока оставались силы. Иначе ведь не отпустит ее никуда.

***

Лада прекрасно слышала звонок своего телефона. Знакомая мелодия вспорола тишину квартиры, когда Широкова заканчивала принимать душ.

День выдался долгим, напряженным. Первая выставка работ молодого, но перспективного и талантливого фотографа должна состояться уже завтра. Время, отведенное на подготовку, истекло. И все уже было организовано. Разве только сама Лада чувствовала себя неготовой. Вот ни капли. Нервы, стресс и частые перелеты к Архипову превратили Усладу Широкову из уравновешенной девушки в неврастеника. Лада взрывалась по любому поводу, рычала на всех и каждого, даже на Полинку. Да и вообще.

Радовало лишь одно: никто из родни не задавал вопросов насчет частых отъездов Лады. К тому же Широкова действительно использовала свои поездки в рабочих целях. Во время одной из поездок, Лада сделала снимки нескольких красивых мест, пока Тимофей был занят работой. Так что, в случае расспросов Лада могла бы прикрыться этой отговоркой. Другой момент – поверила бы родня? Пожалуй, нет. А потому Услада была рада, что семья не лезла к ней с вопросами. Да и кольцо будто бы осталось незамеченным ни родителями, ни Полиной. Разве что тетя Ария многозначительно посмотрела на новое украшение на безымянном пальце Широковой, но промолчала.

Словом, перед выставкой никаких тревожных разговоров, объяснений, разборок не было. Все было очень спокойно. Надо признаться, чересчур спокойно.

Лада не успела подойти к телефону, пока тот звонил. И когда добралась до гаджета, мелодия прервалась. Спустя миг, вызов повторился. Но уже, кажется, более настойчиво. Ладе даже не нужно было смотреть на экран, чтобы знать: кто именно ей звонит.

– И чем это ты настолько важным занята, что не можешь любимому мужчине ответить?! – без приветствия рыкнул Тимофей. – Это Варгинов у тебя?

– Архипов, ты совсем дурак? – вздохнула Лада и туже затянула полотенце на груди. – Я в душе была!

– Одна? – рычал мужчина.

– Разумеется, нет! – потеряв терпение, рявкнула Лада. – Я же моюсь исключительно с толпой мужиков! Ты это хотел услышать, Архипов?!

Лада гневно смотрела на экран телефона. Наверное, плохо, что Тим звонил ей по видеосвязи. Надо было его позлить и потрепать нервы. Но Лада чувствовала себя настолько уставшей, что даже не хотелось разговаривать.

– Вот! Смотри! Сто мужиков у меня в ванной! – продолжала язвить девушка и продемонстрировала пустую душевую кабинку. – Налюбовался?!

Лада развернула телефон экраном на себя и посмотрела на Тима. Архипов ехал в машине на заднем пассажирском месте. Ладе хотелось спросить, куда и зачем он едет. И даже не из любопытства, а просто, чтобы послушать любимый голос. И она успокоится. А вместо этого Архипов ее злит! Она и без того вся на нервах.

– Ты права, малышка. Я дурак, – помолчав, вздохнул Тим.

Лада фыркнула, отбросила мокрые волосы с лица и принялась их просушивать полотенцем.

– Надень что-нибудь более закрытое, – вновь подал голос Тим, но уже не так резко и ревниво, – там к тебе Шама и Дан приперлись. Уже поднимаются в лифте.

– Я даже не хочу спрашивать, откуда у тебя такие сведения, – все еще с обидой в голосе усмехнулась Широкова.

– Скучаю по тебе, Услада моя, – ласково вдруг заговорил Тим.

– Тогда приезжай, – грустно улыбнулась Лада. – Ты ведь знаешь, я не могу завтра к тебе. У меня выставка.

Тим знал. Они сотню раз об этом говорили. Обсудили. Архипов не мог бросить все дела там, а Лада – здесь. И потому встретиться на этой неделе они не смогут. А ведь Лада уже привыкла, что каждую субботу Тим забирает ее из аэропорта.

В дверь позвонили. Лада поняла, что последние пару минут пристально рассматривала Архипова, любовалась его волевым лицом и темными взором. Зависла, позабыв все свои слова, что хотела ему сказать. Скучала ведь. Наверное, даже еще сильнее, чем Тим скучал.

– Я перезвоню, девочка моя, – наконец, пробормотал Тимофей.

– Лучше я сама, – возразила Лада, – как только мальчишек провожу.

– Мальчишек, угу, – усмехнулся Тимофей, – два здоровенных лба.

– Они для меня всегда будут пацанами, с которыми мы влезали в неприятности в детстве, – рассмеялась Лада и решила, что ей просто необходимо щелкнуть Архипова по. носу. В переносном, разумеется, смысле. Потому Лада позволила полотенцу будто бы случайно развязаться и сползти по ее телу.

На том конце связи Лада четко разобрала свистящий вдох, смешанный с рычанием.

– Не кипятись, милый, – проворковала Лада и послала мужчине воздушный поцелуй, – я ведь только твоя.

Лада прежде не произносила этих слов вот так, на расстоянии. Как правило, эта фраза звучала на ухо, в порыве страсти, когда мозг был полностью отключен, а все тело скручивали волны удовольствия. Однако Широкой становилось все сложнее молчать о своих чувствах. Особенно, когда Тимофей о своей любви к Ладе говорил открыто.

– Не забывай об этом, – вместо прощания рыкнул Архипов и прервал связь.

Хорошо, что разговор завершился. Иначе Лада не ограничилась бы теми словами. Произнесла бы кое-что похуже.

Нетерпеливые гости, кажется, уже начали выносить входную дверь. И Лада решила, что надо ускориться. Торопливо оделась, собрала мокрые волосы в пучок и помчалась открывать друзьям.

Шамиль и Даня стояли на пороге ее квартиры. В руках у парней по два огромных пакета. На привлекательных лицах – широкие улыбки.

– Ну все, Ладушка, допрыгалась? – вкрадчиво поинтересовался Даниил.

– И ведь не стыдно, да, Услада Глебовна? – с укором в голосе спросил Шама.

– Что за повод, ребятки? Я вообще-то спать собиралась, – хмыкнула Лада.

Вместо ответа Даня перехватил ее правую руку и поднес ладонь к ее же глазам.

– Мой старший родственник велел развлечь тебя. По его словам... как там было, Шам? Не помнишь? – болтал Даня. – А, да. «Моя Услада волнуется перед завтрашним днем». Так что, Услада Глебовна, пока все подробности нам не расскажешь, мы не свалим!

Лада бросила скептичный взгляд на пакеты, которые благополучно перекочевали на кухню.