Наступление. Часть 1 - Александр Афанасьев

— Я вообще то по армейским делам… — решил он перейти к тому, ради чего и пришел.

— По армейским так по армейским. Может… Юрия Дмитриевича пригласить?

— Да нет. Пока не стоит…

— Не стоит, так не стоит. Как я понимаю, он на коллегии был?

Уже знают.

— Да, был. Запороли работу, теперь наверстываем.

Аппаратной техникой выживания Гейдар Алиев владел безукоризненно — если б Маслюков заявил о готовности хоть завтра начать производство, к примеру, боевых лазеров — он и то нашел бы в этом какие-нибудь минусы.

— Запороли. Но и наверстывать надо — вставил Громыко.

— Так или иначе, Михаил Сергеевич — войска к реализации плана М не готовы — сказал, как припечатал Алиев.

Громыко снова переглянулся с генеральным.

— Тогда зачем ты его продвигаешь, Гейдар? — Громыко видимо решил взять роль спикера, если использовать выражения из английского языка. Сам Соломенцев не любил и неумел говорить, и на фоне «Михаила Сергеевича Первого» смотрелся в этом аспекте бледно.

— Для того, чтобы армия, наконец, стала армией! Для того, чтобы СССР стал, наконец, СССР, каким он был. Мы должны раз и навсегда…

— Мы должны раз и навсегда, Гейдар, сохранить страну[47], — сказал генеральный — а только потом думать о завоевательных походах. Из Афгана бы выпутаться.

— Мы не выпутаемся из Афгана просто так. Они пойдут за нами. У нас под ногами — кипящий котел. Или мы его перевернем, или грохнемся туда и сваримся заживо.

— Для чего мы столько вбухали в границу?

Алиев сузил глаза, заговорил коротко и зло.

— Граница их не остановит. Граница может остановить человека — но она не остановит мысль. То, что представляет собой ислам сейчас — это коммунизм в двадцатые. Всеобщее братство, только не на основе социальной справедливости, а на основе религии. Это очень опасно, многие хотят на этом сыграть. У нас рождаемость — в три раза ниже чем в странах Востока, люди пьют, как пили, так и пьют, хорошо, что водку разрешили, а то одеколоном да самогоном травились. Мы с американцами сидим, по сути в одной лодке, только ни мы ни они этого не понимают. Будущее столкновение будет происходить не между западом и востоком, а между севером и югом и чем мы раньше будет к нему готовы — тем лучше.

— Прекрасно. Но при чем тут Иран?

— Иран — рассадник шиизма. Это — готовые бандиты, моджахеды.

— И заодно в Иране живет много азербайджанцев — как бы между прочим заметил Громыко.

Алиев прервался, осадил себя как скакун с галопа.

— Вы думаете, я из-за этого?!

— Да нет, конечно — сказал Михаил Сергеевич Второй — ничего мы не думаем, Гейдар. Мы на платежный баланс смотрим, и думаем, как свести концы с концами.

— Если мы войдем на Восток — цены на нефть вырастут сразу и капитально.

— Но поможет ли это нам? Может, все же Ульяновского пригласим…

— Не надо Ульяновского, Михаил Сергеевич — вдруг сказал Громыко.

— Не надо так не надо — неожиданно легко согласился Михаил Сергеевич — мы тут твое предложение обсчитали, даже кое-кого привлекли… не раскрывая сути, естественно. Возможная выгода с лихвой перекрывается проблемами, которые мы получим, когда войдем в Иран. Армию надо реформировать, надо переоснащать, но не в бою с основным противником, это будет слишком. В общем и целом — нет, Гейдар, на это идти нельзя.

— То есть план М отвергнут?

— Да нет… — на сей раз разговор полностью вел Генеральный — просто то, что мы могли себе позволить в начале восьмидесятых мы не можем позволить себе сейчас. Тогда… американская армия еще не оправилась от Вьетнама, а мы еще не засели, как следует в Афганистане. Сейчас… время прошло, ситуация изменилась и кардинально. План М — это старые, мало пригодные для сегодняшнего времени бумаги и это говорю тебе не я, Гейдар, это говорят специалисты. Но кое-что в этом плане есть хорошее, сказать, что?

— Скажите, Михаил Сергеевич.

— Одна идея. Запасной вариант. Я думаю и удивляюсь, у нас есть ОВД, у американцев есть НАТО. Но американцы, если им надо — довольно быстро собирают международные силы, они не несут все это на себе в одиночку. А вот мы, почему-то тот же Афганистан в одиночку тянем, и никто нам спасибо сказать не скажет, еще и критикуют как этот чау…. как его…

— Чаушеску, Михаил Сергеевич.

— Вот именно! Чаушеску! Для чего у нас штаб ОВД сидит, с целым замминистра во главе? Чем он занимается?

— Ну… в Африке некоторые государства, те же ГДР и Куба оказывают интернациональную помощь. И в Венгрии…

— Нашел что вспоминать. А про Африку… там свои интересы… но дело не в этом. Тот же президент Ирака… Как его…

— Хуссейн, товарищ Генеральный Секретарь. Саддам Хуссейн.

— Он самый. Хусейн. В плане его армии придается вспомогательная роль — а должна быть основная! Нам не нужны союзники, за которых нам приходится то и дело воевать — нам нужны такие союзники. Которые и за себя постоят, и нам еще помогут!

Чтобы придать веса своим словам — Генеральный стукнул кулаком по столу.

— То есть… план необходимо доработать в этом вопросе? — осведомился Алиев.

— План необходимо кардинально переработать. У нас на Востоке есть друзья. У них есть свои интересы. Есть у нас на Востоке и враги. У так получается, что враги и у нас и у наших друзей — часто общие. Если наши друзья решат разделаться со врагами, мы… — генеральный секретарь замялся, подбирая фразу — окажем им вполне конкретную помощь. Вполне конкретную помощь. Вот так. Теперь давай про армию, слушаем тебя.

В первый раз за долгое время Алиев почувствовал себя не в своей тарелке — его весьма невежливо и жестко сбили с колеи и перековеркали все его расчеты. Армия… Понятно, что армия теперь ключ ко многим замкам.

— Группой генералов, имеющих боевой опыт разработаны несколько вариантов решения афганского конфликта. Если брать женевский план урегулирования, то он отличается в корне от предлагаемых военными. Женевский план — это план почетной капитуляции.

Громыко нахмурился — хоть женевский план и не был его детищем, но он отвечал за иностранные дела, и это был теперь камень в его огород.

— Когда армия не может победить — капитуляция не самый худший из выходов. Афганистан сведет нас в могилу рано или поздно.

— Ничуть. Скорее он сведет в могилу Америку, если посмотреть сколько они тратят на оказание военной помощи, и какими скандалами это для них оборачивается.

— Там льется кровь советских солдат — заметил Генеральный.

— А она будет литься, Михаил Сергеевич! — с вызовом заметил Алиев — нам пустили кровь и от нас уже не отстанут, пойдут по кровавому следу, даже если мы уйдем оттуда. Самый быстрый способ закончить войну — потерпеть в ней поражение! Но нужно ли оно нам, и чем оно обернется в будущем?

— Афганская революция должна сама себя защищать.

— Но не от половины мира! Так или иначе — мы вынуждены будем оказывать помощь, если не хотим, чтобы все это перекинулось на нас. Основных вариантов по сути два. Первый — нанесение полномасштабного удара по Пакистану. Именно там — гнезда бандитов, выжечь их — ничего не останется. Второй вариант — выводим большую часть войск, оставляем несколько крупных, хорошо укрепленных баз, как американцы. Дальше действуем на измор, в основном с воздуха, с нашей территории. Это снизит и потери и затраты на базирование и позволит подготовить афганскую армию к жизни в реальных условиях, потому что с момента частичного вывода, повседневная боевая работа ляжет на них. В этом случае американцы рано или поздно будут вынуждены сделать какой-то шаг — или уйти, или бросит пакистанскую армию на Афганистан. И то и другое будет нам в плюс — мы получим законный повод действовать против Пакистана, в защиту завоеваний афганской революции.

— Афганская революция… — с каким-то странным выражением проговорил Громыко.

Воротников раскрыл лежащую перед ним папку, пододвинул ее Алиеву. Видимо, опять что-то, о чем он не имеет ни малейшего представления.

— Только утром получили. По нашим каналам, КГБ не ругай — сказал генеральный — вот тебе и афганская революция…

Коммунистическая партия Советского союза, Центральный комитет

Совершенно секретно

Особая папка

№ С1081/93

Не рассылать. Копий не снимать.

Спецсообщение

О ситуации в А

26 ноября 1987 года генерал … подошел к своему военному советнику полковнику Р.В. Калыбаеву и на условиях доверительности сообщил, что на протяжении как минимум трех месяцев во Дворце Народа тайно собирается группа в составе Генерального секретаря ЦК НДПА М. Наджибуллы, Г.Ф. Якуби, Ф.А. Маздака и других лиц из руководства НДПА. На данных встречах, которые никак не протоколируются, а информация о принятых решениях не доводится до ЦК НДПА обсуждается возможность перехода ДРА на капиталистический путь развития, замирения с моджахедами при посредничестве США, изгнании советских военных специалистов и Советской армии с территории ДРА и размещении там на постоянной основе войск США. Генерал … не знает, кто именно установил и поддерживает контакты с американской и пакистанской разведкой — но рабочая группа собирается всякий раз, как один из ее членов выходит на контакт с сотрудниками ЦРУ США. Контакты поддерживаются через Пакистан при активном посредничестве межведомственной разведки Пакистана (ИСИ).