Путь судьбы - Уолтер Уильямс

Он был одет в нечто вроде бесцветного пончо явно йуужань-вонгского происхождения, и подпоясан чем-то, похожим на лозу. Он сильно похудел, под бледной болезненной кожей были видны мышцы и ни капли жира. Свежие, недавно зажившие шрамы покрывали его голые руки и ноги.

Это было лицо Джейсена, хотя оно сильно изменилось.

Под непричесанной гривой волос и короткой, но такой же лохматой бородой было острое, словно высеченное лицо, с которого исчезли последние остатки детства. В коричневых глазах светился взрослый беспокойный острый ум.

Когда Джейсен улетал на Миркр, он еще не был вполне взрослым. Сейчас было вполне ясно, что его юность прошла.

Безжалостные глаза повернулись к Люку и Маре, и в них мелькнуло тепло. Люк почувствовал, что в его сердце нахлынула волна радости. Он и Мара невольно шагнули вперед, и Джейсен, выбежав из дока, обнял их обоих. Все трое рассмеялись в радостном воссоединении.

Слезы потекли из глаз Люка. «Поворотный момент… Да. От печали к радости».

– Мой мальчик! – прошептал Люк, – Мой мальчик!

Мара прикоснулась к груди Джейсена, как будто желая коснуться его сердца.

– Ты был ранен…

– Да, – просто сказал Джейсен. Что бы с ним ни случилось там, похоже, он смирился с этим.

– Ты в порядке? – спросила Мара. – Тебе нужно в лазарет?

– Нет, я в порядке. Вержер вылечила меня.

Только тогда Люк и Мара повернулись к спутнице Джейсена. Пестрое пернатое существо вышло из дока и взглянуло на ряды солдат со смесью скептицизма и юмора.

– Мне тоже есть за что поблагодарить Вержер, – сказала Мара.

Вержер повернула свои большие блестящие глаза к ней.

– Мои слезы помогли вам? – спросила она.

– Да. Я выздоровела.

– Много лет назад Ном Анор отравил вас спорами кумб. Вы знали об этом? – она говорила аккуратно, но немного суетливо.

– Да, я знаю – ответила Мара, – Но… исцеляющие слезы? Как вы это сделали?

Перьевые усы Вержер распушились, это, вероятно, означало улыбку.

– Это долгая история. Возможно, когда-нибудь я расскажу вам…

Люк снова взглянул на Джейсена и увидел, что молодой человек улыбается. Люк тоже улыбнулся. И неожиданно у него возникла идея.

– Мы должны сообщить твоим родителям, что ты жив, – сказал Люк, – И твоей сестре.

Улыбка Джейсена слегка погасла.

– Да, я пытался связаться с ними через Силу. Но… конечно, они должны получить официальное сообщение.

– Сэр, – это лейтенант, командовавший солдатами. – Мастер Скайуокер, я должен осмотреть йуужань-вонгскую капсулу. Если вы подождете здесь несколько минут, я проведу вас в центр связи, откуда вы можете послать свое сообщение, а потом – к адмиралу Совву.

– Конечно, – сказал Люк. Он снова испытал непреодолимое желание улыбнуться, и взъерошил волосы Джейсена.

Встав по обеим сторонам от Джейсена и положив руки на его плечи, Люк и Мара провели его мимо боевого дроида на балкон. Вержер в молчании последовала за ними.

Внизу прохожие, ходившие по коридору, были слишком заняты, чтобы взглянуть вверх, на странную группу на балконе над ними.

– Добро пожаловать назад, – сказал Люк, – добро пожаловать домой, молодой джедай.

– Не только я вернулся назад, – сказал Джейсен, кивнув в сторону Вержер.

Люк повернулся к ней.

– Мы рады видеть вас, – сказал он, – Но я не знаю, откуда вы, и я не уверен, вернулись вы домой, или нет.

– На этот вопрос нелегко ответить, – сказала Вержер.

Джейсен засмеялся.

– Это правда…

Когда Люк и Мара удивленно посмотрели на него, Джейсен снова засмеялся.

– Вержер – джедай. Джедай Старой Республики. Она жила среди йуужань-вонгов больше пятидесяти лет.

Люк в изумлении уставился на Вержер.

– И вы еще живы! – выдохнула Мара.

Вержер оглядела себя и похлопала себя по перьям, словно подтверждая свое существование.

– Очевидно, это так, молодые мастера.

– Как… – начала Мара. Как Вержер могла жить среди йуужань-вонгов, и йаммоск не обнаружил ее способностей джедая?

– Это еще одна долгая история, – сказала Вержер. – Возможно, я расскажу ее в другой раз…

– Вы храните свои секреты, Вержер, – заметил Люк.

– Я не выжила бы, если бы раскрывала свои секреты всем, кому они могут быть интересны, – сказала Вержер, – Мои секреты останутся секретами, пока я не увижу причины открыть их.

Она говорила не вызывающе, но деловым тоном, словно обсуждая цвет ковра.

– Мы не хотим выбивать из вас информацию, – сказал Люк, – Но я надеюсь, когда-нибудь мы поговорим об этом.

Перья Вержер взъерошились, потом снова пригладились. Возможно, это означало пожатие плечами.

– Конечно, мы можем поговорить. Но прошу вас вспомнить, что я говорила вам раньше – я не сторонник вашей Новой Республики.

– Кому же принадлежит ваша верность? – спросил Люк.

– Кодексу джедаев. И тому, что вы называете «Старой Республикой».

– Старой Республики больше нет, – мягко сказал Люк.

– Нет, она есть, – Вержер подняла глаза на него, и Люк почувствовал ее убежденность и энергию.

– Пока я дышу, – сказала она, – Старая Республика живет.

На некоторое время наступила тишина. Потом Люк сказал:

– Тогда долгой ей жизни.

Вержер встряхнула головой.

– Спасибо, молодой Мастер.

Потом она замолчала и начала осматриваться, ее глаза скользили влево и вправо, рассматривая рабочих, служащих и дроидов, спешащих по своим делам, рассматривая корабли, летящие в небе.

Это был мир, который Вержер покинула пятьдесят лет назад. Ей пришлось жить среди народа, безмерно чуждого этому миру, и Люк подумал, насколько чужой кажется Вержер ее родная галактика и ее жители, с их суетой и множеством машин.

Печаль пронзила сердце Люка. Он поздравил Джейсена с возвращением домой, но такое возвращение для Вержер было уже невозможно. Все, что она знала, ушло навсегда.

Неожиданные встречи в этот день не окончились с появлением Джейсена.

Когда Люк и его спутники пришли в кабинет адмирала Совва, Люк увидел, что Совв был не один. На длинном изогнутом диване кремового цвета сидели двое старых знакомых Люка – каламарианец в белой адмиральской форме, и женщина с белыми волосами.

– Адмирал Акбар! Винтер!

Радость от встречи с друзьями померкла, однако, когда Люк увидел, что Акбар с трудом поднялся с дивана и с трудом заставил себя улыбнуться.

Стоя, Акбар тяжело опирался на руку Винтер. Блестящая розовая кожа каламарианца стала сероватой и тусклой. Когда он говорил, слова как будто выползали из дряблого рта, хватавшего воздух.

– Мастер Скайуокер… Друзья… Я рад вас видеть, но мне сейчас трудно находиться вне воды…

– Пожалуйста, не вставайте, – сказал Люк.

Он подошел к Акбару и с помощью Винтер снова усадил старого адмирала на диван.

– Вы больны? – спросил он Акбара, но его глаза обратились к Винтер.

Альдераанка с белыми волосами взглянула на Люка и едва заметно кивнула.

– Болен? – проговорил Акбар, – Нет… Я всего лишь старею… – он вздохнул, – Возможно, Фэй’Лиа был прав, отказываясь вернуть меня на службу из отставки.

– Скорее, он помнил времена, когда вы унижали его в Совете, – сказала Мара.

Винтер подошла к Джейсену и крепко обняла его.

– Добро пожаловать домой, Джейсен, – сказала она просто.

Винтер была няней в семье Соло в ранние годы Новой Республики, когда война бросала Хэна и Лейю из одного конца Галактики в другой, и Винтер провела с Джейсеном, Джейной и Энакином не меньше времени, чем их мать.

– Есть известия от Тайко? – спросил Люк. Когда Тайко Селчу, муж Винтер, после начала войны снова вернулся на службу, Винтер стала помощницей Акбара, служа ему также верно, как когда-то служила Лейе.

– Да, он помогает Уэджу Антиллесу организовать оборону Куата и создать ячейки Сопротивления, – сказала Винтер, – И он в полном порядке.

– Я рад слышать это.

Акбар повернул свою большую голову к Маре.

– Примите мои поздравления. Вы уже получили мой подарок?

– Да, спасибо вам. Игрушечный голографический проектор будет очень полезен для развития зрения и координации Бена.

– У вашего сына все хорошо?

– Да, Бен в порядке… – Печаль мелькнула на лице Мары. – Нам пришлось отправить его в безопасное место до тех пор, пока мы в опасности…

– Соло приходилось так же прятать своих детей, – напомнила Винтер, – И им это не повредило.

– Пожалуйста, располагайтесь с комфортом, – сказал своим слегка гнусавым голосом Сиен Совв, – Могу я предложить вам прохладительные напитки?

Люк повернулся к Совву, чувствуя смущение от того, что так долго игнорировал Главнокомандующего Силами Обороны Новой Республики.

– Прошу прощения, адмирал, – сказал он, – Я должен был…

Салластианин примирительно махнул рукой.