Владимир Великий - В. Духопельников

«Мать городам русским»

Киев во времена Владимира Великого занял главенствующее положение среди всех городов Руси. Он впервые в истории приобретает статус столицы крупнейшего в Восточной Европе государства и перестраивается на манер византийских городов, по праву считаясь одним из самых богатых в Европе. По свидетельству германских послов, посещавших город в разное время, столько золота, драгоценных изделий, мехов и прочих предметов роскоши им не приходилось видывать даже в таких столицах, как Рим и Константинополь. В столице Руси имелось множество княжеских и боярских дворцов, к которым обычно в средневековье примыкали домовые храмы. Кроме того, на каждой из киевских улиц, конечно, тоже размещалось по несколько церквей. Княжеские терема и боярские хоромы, как и множество церквей, производили неотразимое впечатление своей красотой и богатым убранством. Деревянные хоромы бояр возводились как многостенные и многоярусные строения. Их узорчатые крылечки, карнизы и окна украшали тончайшей резьбой и узорами, а шиферные кровли покрывали позолотой, отчего они «горели» на солнце, создавая поразительное по красоте зрелище. Все дороги и улицы Верхнего города выстилали плинфой и содержали в чистоте, а Боричев взвоз уже тогда был вымощен брусчаткой. Киевляне уже тогда слыли законодателями русских мод и всяческих украшений, а киевские ювелиры, чеканщики, портные и изготовители искусного узорочья славились не только во всех русских городах, но и далеко за пределами Руси.

Если мы сегодня представим себе план города (града Владимира), то увидим, что он располагался на горе. Здесь находилась большая площадь, к которой примыкал торг. Здесь же проживали и церковнослужители. На площади были поставлены привезенные из Корсуни античные статуи и бронзовая квадрига. По торжественным праздникам здесь же, на площади, собиралась княжеская дружина. Одновременно завершалось строительство крепости, или детинца, названного исследователями «город Владимира».

Как мы отмечали выше, на территории города в течение шести лет византийскими мастерами из кирпича была выстроена Десятинная церковь. Ее построили на том месте, где в свое время стоял дом варяга-христианина Иоанна, убитого язычниками Владимира в 983 г. Десятинная церковь первоначально была трехнефным шестистолпным крестово-купольным храмом, позже (в начале XI в.) обнесенным открытой галереей. Судя по указаниям летописи, Десятинная церковь – это многоглавый – «о 15 верхах» – храм, и, следовательно, она имела сходство с Софийским собором, построенным позже Ярославом Мудрым. Византийские мастера внутреннее помещение церкви украсили богатой мозаикой и фресковой росписью, резными мраморными и шиферными плитами. В XI в. в храме похоронили жену Владимира Анну а позже и самого князя. Когда в 1240 г. войска татаро-монгольского хана Батыя захватили Киев, в городе, по свидетельству летописи, «была сеча кровопролитной; народ спасался на церковных сводах [Десятинной церкви] со своим добром, и от тяжести стены обрушились». Возле церкви располагались княжеские дворцы, многочисленные жилища и мастерские княжеских холопов. Возможно, здесь находилась и княжеская гридница, где, по свидетельству летописи, «каждое воскресенье устраивал князь в гриднице свои пиры». Некоторые арабские купцы рассказывают о роскошном убранстве и внушительных размерах гридницы. Они говорят о том, что «во дворе княжеском собиралось до 400 человек из храбрых соподвижников князя и его верных людей, они умирают при его смерти и подвергают себя смерти за него. Эти 400 человек сидят под его престолом. Престол же велик и украшен драгоценными камнями. Когда он желает ездить верхом, то приводят его лошадь к престолу и оттуда садится он на нее, а когда желает слезть, то приводят лошадь так, что слезает на престол». По-видимому, с этой самой поры народ дал Владимиру прозвание – Красно Солнышко. Под этим именем он вошел и в многочисленные былины.

Во стольном городе во КиевеУ ласкового князя у ВладимираБыло пированьце, почестен пирНа многих на князей, на бояр,На могучих на богатырей,На всех купцов на торговых,На всех мужиков деревенских.

На эти пиры князь, как и византийские императоры, приходил в богатых одеждах, стараясь подражать пышности константинопольского двора. Есть свидетельства, что русские послы именем великого князя требовали у императоров царской одежды и венцов. На что императоры, желая отличиться от «варваров» хотя бы этими знаками власти, отвечали им, что порфиры и короны сделаны руками ангелов и должны всегда храниться в Софийской церкви. На пиры в богатых одеждах приходили бояре и городские старцы. Богатые люди носили одежду шелковую, украшенную пурпуром, драгоценные пояса, сафьяновые сапоги и т. п. Друзья Владимира, обедая у князя, ели серебряными ложками. Мед, древнее любимое питье всех славянских народов, оставался еще душою славных пиров. Но киевляне уже во времена Олега употребляли греческие вина и изысканные плоды из теплых стран.

Пиры и гульбища прекратились лишь в последнее десятилетие жизни Владимира. Как христианин, Владимир стал придерживаться постов и православных праздников. Народные же игрища из столицы переместились в сельскую местность, где еще долго сохранялись языческие традиции.

Киев при Владимире превращается в крупный торговый центр. Первые сведения о русском древнем купечестве относятся еще ко времени варяжских князей. Их договоры с греками свидетельствуют, что в X в. в Царьграде жило множество русских, которые продавали там невольников, мед, меха, воск и покупали различные ткани. Константин Порфирородный пишет, что в Хазарию и на Русь шли тогда из Царьграда пурпур, богатые одежды, сукна, сафьян, перец. К этим товарам, по утверждению Нестора, можно прибавить вино и плоды. Ежегодное путешествие русских купцов в Грецию Константин описывает следующим образом: «Суда их приходят в Царьград из Новагорода, Смоленска, Любеча, Чернигова, Киева и Вышгорода. Подвластные россам славяне, кривичи, лучане и другие зимою рубят лес на горах своих и строят лодки, называемые однодеревки, ибо они делаются из одного дерева. По вскрытии Днепра славяне приплывают в Киев и продают оные русским, которые делают уключины и весла из старых лодок. В апреле месяце собирается весь русский флот в городе Вышичеве, откуда идет уже к порогам. Дошедши до четвертого и самого опасного, то есть Неясытя, купцы выгружают товары и ведут скованных невольников около 6000 шагов берегом. Печенеги ожидают их обыкновенно за порогами, близ так называемого Крарийского перевоза (где херсонцы, возвращаясь из Руси, переправляются через Днепр). Отразив этих разбойников [печенегов] и доплыв до острова св. Григория, русские приносят богам своим жертву благодарности и до самой реки Селины, которая есть рукав Дуная, не встречают уже никакой опасности, но там, ежели ветром прибьет суда их к берегу, они снова должны сражаться с печенегами и наконец миновав Конопу, Константию, также устье болгарских рек, Варны и Дицины, достигают Месимврии, первого греческого города».