Кризис средневековой Руси 1200-1304 - Джон Феннел

Война окончилась. Мстислав вернулся в Новгород, а его брат Владимир — в Псков. Константин стал во Владимире великим князем и провел последние два года жизни между столицей и Ростовом. Ярослав, напрасно моливший о возвращении ему жены, смирился с вынужденным политическим бездействием в Переславле Что касается Юрия, то он явно не собирался долго прозябать в своем дальнем изгнании и искал способы, как победить своего старшего брата. Военное соперничество исключалось ввиду союза Константина с Ростиславичами, а Юрий не мог надеяться на помощь Ярослава. Однако у него была припасена козырная карта: Симон, епископ суздальский и владимирский, последовал за ним в изгнание, оставив незамещенной кафедру столичной церкви 26. И Константину ничего не оставалось делать, как помириться с Юрием Условия соглашения, достигнутого в 1217 году между двумя братьями, очевидно, были таковы: после смерти Константина Юрий вновь принимал титул великого князя, а до той поры он должен был княжить в Суздале 27. В это же время Константин назначил двух своих сыновей Василька и Всеволода соответственно в Ростов и Ярославль, вверяя их после своей смерти «Богу и пречистей его Матери и [своему] брату…» Юрию 28.

Юрию не пришлось долго ждать в Суздале. 2 февраля 1218 года, пять месяцев спустя после заключения договора с Юрием, Константин умер во Владимире. Его личный ростовский летописец сочинил длинный некролог, за которым следовало традиционное описание оплакивания смерти Константина народом и всеми его братьями, а затем рассказ о похоронах 29. Текст этот в точности соответствовал традициям средневековых панегириков, о самом человеке из него узнать ничего невозможно: все слова о его добродетелях — скромности, милосердии, благочестии, любви к духовенству и т. д., не более чем штампы, за исключением того, что он «многы церкви созда», украсив их иконами и «исполняя книгами», и что он «часто бо чтяше [святые] книги» 30. А что касается скорбящих, то не стоит слишком доверять описанию оплакивания Константина его братьями («плакаша по нем плачем вель им, акы по отци и по брате любимей, понеже вси имяхуть и (его) в отца место… бе бо в них любы паче меры» (!), но интересно отметить, что у этого летописца бояре оплакивают князя «яко заступника земли их», а слуги — как своего «кормителя и господина»).

Юрий принял великое княжение во второй раз и обосновался во Владимире. Он княжил там вплоть до своей гибели в 1238 году в битве на реке Сить. Первые пять лет его правления — до первого татарского нашествия в 1223 году — были спокойными, неомраченными братоубийственной войной. Его братья и племянники жили с ним в мире и повиновались ему. Ярослав не проявлял признаков недовольства своим княжением в Переславле Суздальском и занял Новгород по повелению Юрия, когда сын последнего бежал из города в 1223 году (см. прим. 78). Владимир, которому в 1217 году удалось спастись от половцев (либо же он был отпущен ими) 31, получил маленький район Стародуба на Клязьме к востоку от Владимира, где жил тихо и мирно до своей смерти в 1228 году. Ярослав княжил в Юрьеве Польском, полученном от Юрия в 1213 году. Два старших сына Константина правили в Ростове и Ярославле. Новгород, как будет показано ниже, вернулся под власть суздальских князей в 1221 году, сбросив последнего из Ростиславичей. Что касается юга Руси, то в летописях не упоминается ни о каких столкновениях, ни даже о каких-либо контактах с Ростиславичами за пять лет — с 1218 по 1223 год.

Главная проблема Юрия в период его правления была связана с Волжской Булгарией. С начала XIII века между булгарами и Суздальской землей контактов практически не было. В

летописях сообщается только об успешном походе дружины Всеволода III против волжских и камских булгар в 1205 году32,

о нападении булгар на Рязань в 1209 году и об ответном нападении, предпринятом Всеволодом на следующий год33. Однако в

1218 году булгары захватили самые северо-восточные владения ростовского князя — Устюг на реке Сухоне, — а затем продвинулись на юг по течению Унжи вплоть до города Унжи 34. Хотя им не удалось захватить Унжу, а Устюг был вскоре возвращен ростов скому князю Васильку, нельзя было игнорировать опасность, исходящую от булгар. До этого времени их походы были нацелены в основном на Рязань и Муром. Теперь под угрозой оказалась и суздальская территория. Юрий предпринял решительные шаги,

чтобы отбить у булгар охоту к дальнейшим нападениям. В 1220 году он собрал большую дружину. К войску, посланному под началом

Святослава из Юрьева Польского, присоединились отряды из Переславля, Ростова, Устюга и Мурома. Большая часть войска собралась в месте слияния Волги и Оки и поплыла вниз, к Ошелю,

на земли булгар. Город был взят 15 июня, отряды булгар были разгромлены, и многие районы в нижнем течении Камы были опустошены ростовскими и устюжскими дружинами. Поход был столь успешен, что зимой того же года булгары послали к Юрию три посольства с просьбами о мире Но Юрий собирался совершить еще один поход вниз по Волге, и только третье посольство булгар, встретившее его в Городце Радилове, разжалобило князя-

победителя. Юрий заключил мир на условиях, «яко же было при отци его Всеволоде и при деде его Георгии [Юрии]»35. Чтобы закрепить свой успех и в дальнейшем обезопасить восточные границы от любых нападений, Юрий в 1221 году основал Нижний Новгород у слияния Волги и Оки 36.

С тех пор булгары больше не совершали набегов на Рязань, Муром и Суздальскую землю, а в 1229 году, когда возникла угроза татарского нападения на земли булгар, они заключили с Юрием еще один мирный договор, длившийся на этот раз шесть лет Состоялся не только обмен пленными, но, когда на северо-востоке Руси из-за плохого урожая ржи начался голод, булгары пришли на помощь, отправив зерно по Волге и Оке 37. После этого русские больше почти ничего не слышали о булгарах, пока наконец до них не дошла весть о захвате татарами в 1236 году города Булгар.

Новгород

Бурные события на юге, юго-западе и северо-востоке Руси в первой четверти XIII века не могли не отразиться на истории Новгорода. Как было видно из главы 1, во второй половине XII века три ведущих княжеских рода: суздальские князья, Ростиславичи из Смоленска и Ольговичи из Чернигова — соперничали между собой за управление Новгородом, а различные боярские группировки в городе поддерживали тот или иной род. Эта борьба продолжалась и в первой четверти XIII века, хотя теперь Ольговичам при всех их тогдашних успехах на юге уже не удавалось ставить своих князей в Новгород. С начала столетия и до 1224 года претендентов на престол было двое: с одной стороны, родичи Всеволода, которых поддерживали, в основном, представители бояр с Прусской улицы (т. е с Загородского и Людина концов), а, с другой, — Ростиславичи, которых поддерживали бояре с Неревского конца и с Торговой стороны (главным образом, со Славенского конца).

1 января 1200 года трехлетний сын Всеволода III Святослав прибыл в Новгород, чтобы сменить на престоле Ярослава Владимировича, свояка Всеволода 38, княжившего там с перерывами в общей сложности восемнадцать лет, не принесших ему, надо сказать, популярности у новгородцев. Большую часть правления ему мешал буйный антисуздальски настроенный посадник Мирошка Нездинич.

Пять лет пребывания (трудно назвать это «правлением») Святослава в Новгороде были тихими, внешне спокойными, и, что любопытно, города не коснулись значительные события, происходившие на юге и юго-востоке Руси. Были, правда, вторжения на новгородскую территорию: литовское с запада в 1200 году и шведское с северо-запада в 1201 году 39,— но они были успешно отбиты без серьезных потерь. Однако спокойствие было кажущимся Хотя после смерти Мирошки в 1203 году его сменил просуздальски настроенный посадник Михалко Степанович (который, без сомнения, защищал интересы малолетнего князя), у Всеволода III

были основания тревожиться за судьбу Новгорода. Понимая, что для управления развитием событий на юге Руси суздальским силам рано или поздно потребуется помощь дружин с северо-запада и что в случае серьезной войны понадобится кто-то более авторитетный, чем маленький мальчик, символически представлявший великого князя, Всеволод III отозвал Святослава и в марте 1205 года заменил его своим старшим сыном 19-летним Константином40. Новгородцы ответили на это назначением антисуздальски настроенного посадника Дмитра Мирошкинича 41.

Сочетание сильного суздальского князя в Новгороде ч представителя антисуздальских сил, занимавшего высшую исполнительную должность, предвещало беду. Она случилась через два года. Новгородская летопись, с массой недоговоренностей и туманных оборотов в описании событий 1207–1208 годов, тем не менее ясно показывает, насколько тесно вопрос о том, какой княжеский род должен давать Новгороду правителя, был связан с превратностями внутренней борьбы между боярскими группировками. Очевидно, у Константина не все ладилось, и в марте 1207 года Всеволод посылает в Новгород Лазаря. Названный летописцем «человеком Всеволода» («Всеволожь муж»), он должен был, по всей видимости, спровоцировать волнения против посадника 42. Если задача Лазаря состояла действительно в этом, то, как показали дальнейшие события, он с ней блестяще справился.