Органы госбезопасности в партизанском движении на территории БССР в годы Великой Отечественной войны - Наталья Анатольевна Шиманская

людям рассказывалось о положении на фронтах, разъяснялась политическая ситуация, распространено 5 тысяч экземпляров листовок и сводок Совинформбюро[279]. Спецотрядом «Боевой» с ноября 1942 г. по ноябрь 1943 г. группой проведено 112 собраний с местным населением. В этот период работа по изготовлению агитационных и иных материалов значительно усовершенствовалась. Сводки Совинформбюро размножались на пишущей машинке, наиболее интересные из них, а также обзоры военных действий переводились на немецкий язык, размножались рукописным способом местными школьниками, а затем распространялись при помощи агентов по гарнизонам противника[280].

Таким образом, советскими органами, в том числе и чекистскими, велась активная работа по развитию у людей положительного отношения к партизанскому движению, формированию у них чувства патриотизма, желания подниматься на борьбу с оккупантами, веры в победу Советского Союза над нацистской Германией, при этом учитывались особенности региона, в котором исторически сформировался полиэтнический и поликонфессиональный состав населения.

Информационно-пропагандистское воздействие на противника

Еще одним объектом идеологического воздействия являлся личный состав гарнизонов противника, так называемых «добровольческих» батальонов, созданных немецкими властями, иных вражеских формирований. В военно-полицейские формирования, в первую очередь, привлекались люди, недовольные советской властью. Однако большинство в них, тем не менее, составляли военнопленные[281], а также жители оккупированных районов, которые были мобилизованы на службу к гитлеровцам в принудительном порядке[282].

Мероприятия по разложению вражеских соединений были рассчитаны на подрыв политико-морального состояния личного состава, компрометацию немецкой пропаганды и, в итоге, их переход на сторону Красной армии или партизан[283].

Для реализации указанных мероприятий Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД) 18 августа 1942 г. обратился с соответствующими предложениями в ЦК ВКП(б). В частности, предлагалось внедрить в такие формирования специально подготовленных агентов и изготовить печатные материалы для пропаганды и агитации среди их личного состава. К этому времени деятельность советских партизан и подпольщиков по разложению антисоветских формирований уже началась. Так, в результате работы, проведенной проникшими в части Русской национальной народной армии агентами партизан и спецгруппами НКВД, за несколько дней с 6 по 15 августа – на сторону партизан с оружием в руках перешло около 200 солдат и офицеров[284].

Используя опыт уже проведенных акций, ЦШПД разработал систему мероприятий по разложению антисоветских формирований и 6 ноября 1942 г. довел ее до сведения своих представителей на фронтах. Основными направлениями работы был определены:

внедрение в антисоветские формирования агентов для работы среди их личного состава;

приобретение агентуры вреди командного состава формирований;

организация в них подпольных ячеек;

агитация на переход на сторону Красной армии и партизан с указанием на хорошее обращение последних с перебежчиками и предоставлением им возможности личным участием в борьбе против немецких захватчиков доказать верность Родине;

проведение «агентурных комбинаций» с целью компрометации перед немцами лиц командного состава антисоветских формирований, добиваясь таким путем их физического истребления, а каждый такой случай использовать в пропагандистских целях[285].

Наряду с подпольными организациями и партизанскими формированиями, работу по распропагандированию и дезорганизации противника активно проводили также спецгруппы и отряды органов госбезопасности, действовавшие в тылу противника.

Активная и результативная работа по дезорганизации тыла противника, «насаждению широко разветвленной сети агентуры и резидентур для внедрения в создаваемые оккупантами органы власти и различного рода формирования с целью их разложения» демонстрируется в докладной записке в НКВД СССР о работе в тылу противника с 5 января 1942 г. по май 1943 г. оперативно-чекистской группы НКВД по Белоруссии[286].

Основой дезорганизации вражеских формирований был сбор информации о настроении личного состава, с целью последующего установления доверительных отношений с отдельными лицами и вербовки их в качестве агентов, а также для информационно-пропагандистского воздействия на членов этих формирований и перевода их на сторону партизан.

В связи с этим на первом этапе работы по разложению формирований противника, в них с помощью агентурной разведки выявлялись лица, которые «отличаются хорошим отношением к населению и питают симпатии к партизанам»[287]. Затем проводилась работа по их агитации, привлечению к проведению разведывательных, диверсионных и иных мероприятий[288] и выводу на базы партизанских формирований.

Так, в отчете руководителя оперативно-чекистской группы НКВД по БССР Л. Цанавы указывается, что в результате работы агента «Матка» в одной из деревень Витебской области, где находился немецкий гарнизон из 40 человек, 6 из которых были украинцами, в ночь на 5 июня 1942 г. солдаты-украинцы, забросав гранатами спящих немцев, с оружием перешли на сторону партизан. Впоследствии один из этих солдат в августе 1942 г. в составе диверсионной группы принял участие в минировании железнодорожного полотна на дороге Орша – Смоленск. На заминированном участке подорвался вражеский состав с тяжелыми авиабомбами. Сила взрыва была такова, что на расстоянии полутора-двух километров взрывной волной были сорваны крыши домов. После этой акции немецкий комендант станции застрелился[289].

В ряде спецсообщений руководителя оперативно-чекистской группы НКВД по БССР Л. Ф. Цанавы в НКВД СССР и ЦК КП(б) Белоруссии докладывается о мероприятиях по разложению батальонов «Русской национальной народной армии» (РННА). В частности, получив сведения о том, что среди солдат РННА, дислоцировавшихся в Осинторфе Витебской области, стало усиливаться недовольство своим командованием, участились разговоры среди отдельных солдат о нежелании воевать с партизанами, ОЧГ НКВД по Витебской области через своих агентов «Софью» и «Валю» провела большую агитационную работу с командиром роты РННА бывшим старшим лейтенантом РККА Н. П. Максютиным, который не только дал согласие о переходе на сторону партизан, но и провел работу с личным составом своей роты. В результате в августе 1942 г. он привел к партизанам 80 человек (в отдельных документах – 90 человек) бывших красноармейцев, которые принесли с собой 3 миномета, 25 пулеметов, 5 автоматов, несколько десятков винтовок, радиостанцию с немецким кодом, 2 подводы продуктов питания (запас роты на 5–6 дней). Кроме того от них были получены разведывательные данные о работе гестапо по переброске десантных групп в советский тыл, а также о формировании немецким командованием «Русской национальной народной армии». Кроме роты Максютина на сторону партизан перешли подразделения разведроты и целый ряд других групп. Немецкое командование в связи с этим разоружило оставшиеся подразделения, часть солдат была заключена в лагеря. Аналогичная работа была проведена и в ряде полицейских отрядов[290].

В декабре 1942 г. оперативно-чекистская группа НКВД по Белорусской ССР сообщала в ЦК КП(б)Б о том, что агент ОЧГ НКВД по Минской области «Кастусь» установил связь со своими знакомыми в г. Борисове, поступившими на службу в полицию, и организовал поджог ими крупного немецкого продовольственного склада. Пожаром склад был полностью уничтожен, четыре полицейских вместе с оружием ушли в партизанский отряд[291].

В результате работы диверсионно-разведывательной