Ее мятежник - Аманда Маккини

был рождён для того, чтобы быть не больше чем наёмником.

А потом я встретил Софию.

ГЛАВА 24

ДЖАСТИН

Я резко вернулся в реальность, когда Лео прошёл мимо окна нашей кабинки. Он разговаривал по телефону, расхаживая взад-вперёд по тротуару.

Что-то было не так.

Краем глаза я заметил официантку. — Вы точно ничего не хотите?

— Нет, — сказал я, вставая и бросая на стол стодолларовую купюру.

Лео развернулся и направился через парковку к ряду деревьев за кофейней. Я пробрался сквозь толпу и вышел через парадную дверь. Порыв ветра пронёсся мимо, закружив снег в мини-торнадо.

Как только я завернула за угол, услышала это. Тупой хлопок за долю секунды до того, как голова Лео откинулась назад в облаке красного тумана.

Я бросился вперёд, но он уже застыл и рухнул на тротуар. Выхватив пистолет, я быстро оглядел деревья и заметил вдалеке слабый силуэт, исчезающий в лесу.

Я упал на колени рядом с ним.

— Лео, — прохрипел я. — Ну же, Лео.

Снежинки падали ему на лицо, прилипали к ресницам и грязно-коричневой шапке. Его глаза были открыты, челюсть отвисла, будто он был потрясён собственной смертью. Из пулевого отверстия в центре лба сочилась тонкая струйка крови.

Сомнений не было — он мёртв.

Я лихорадочно огляделся. Никто не видел, что произошло, но пройдёт совсем немного времени, прежде чем кто-то заметит тело.

Мне нужно было убираться отсюда к чёрту.

Я нашёл его мобильный примерно в тридцати сантиметрах от тела. Сразу понял — это не тот телефон, что был у него вчера. Другой.

Прикладом пистолета я распахнул его пальто. Конечно, его основной телефон был в кармане.

Нажав кнопку разблокировки на том телефоне, с которым он только что разговаривал, я поднёс его к его лицу, пока он не разблокировался по распознаванию лица. В последний раз взглянул на погибшего.

— Покойся с миром — наконец-то, — прошептал я, закрыв ему глаза.

Пока я бежал к своему внедорожнику, в голове звучал его совет:

Никому не доверяй. Никому не доверяй. Не. Доверяй. Никому.

ГЛАВА 25

ДЖАСТИН

Нажав на клаксон, я объехал «Мазду», которая ехала со скоростью двадцать километров в час. Погода ухудшалась. Снежные хлопья превратились в снежные вихри, гонимые порывистым ветром. Температура тоже падала.

Я был вне себя от ярости, от той безудержной злобы, что напомнила мне Замбию.

Моего брата убили.

Мальчика, которого я провожал из школы, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке. Мальчика, рядом с которым я сидел, пока не высыхали слёзы от первого разбитого сердца. Мальчика, которому я впервые в жизни прочитал молитву.

Похороны были закрытыми. Оглядываясь назад, понимаю: где-то в глубине души я знал, что информация от его командиров — ложь. Но как «морской котик», я понимал, сколько всего происходит «вне поля зрения», и не стал задавать вопросов. К тому же я был парализован горем.

Нейт был мёртв, и это было единственное, что имело значение. Какая разница, при каких обстоятельствах? Я не мог вернуть его.

Услышав эту новую информацию, я словно заново пережил его смерть.

На долю секунды я уставился на пулевое отверстие во лбу Лео и снова подумал о том, чтобы сбежать, как сделал после смерти Нейта. Бросить всё, улететь обратно на Галапагосы и медленно угасать, пока дьявол не решит, что пора встретить свою судьбу.

Но меня удерживало одно: София Бэнкс.

Я отчаянно хотел найти её. Больше, чем готов был признать. Она была ключом ко всему, в этом не было сомнений. Найти её — найти ублюдка, убившего Лео, найти ублюдков, убивших моего брата.

Выбежав из кофейни за мгновения до того, как кто-то заметил тело Лео, я помчался обратно в Фалкон-Крик, где в последний раз видели Софию.

У меня была зацепка — хорошая. Номер телефона человека, с которым Лео разговаривал в момент выстрела. Что-то подсказывало, что это тот же, кто пытался убить Софию. И он был покойник.

Пришло время задействовать тяжёлую артиллерию.

— Давай, давай, — процедил я в трубку.

— Йо, Джей.

Я едва мог расслышать Мака из-за стука битка на заднем плане.

Мак Маккой был таким же наёмником, как и я. Он работал на «Astor Stone» с самого начала, хотя вы бы этого не поняли. В то время как Райдер, Роман и я с годами очерствели, Мак каким-то образом умудрялся абстрагироваться от нашей работы. Он всегда первый отпускал неуместные шутки, прерывает совещание, притащив ящик пива, или приводит домой близняшек из бара. Он был нам нужен. Нам всем нужно напоминание, что где-то за пределами нашего ада ещё можно смеяться.

Мак также был нашим главным компьютерным гением. До «Астора» он работал в отделе по борьбе с киберпреступностью ФБР. Не было системы, которую он не мог взломать.

— Мне нужно определить местоположение по номеру мобильного, — сказал я, когда грузовик свернул за поворот. — Только что отправил номер.

— Секунду. — Мак прикрыл трубку, что-то сказал тем, кто был рядом. — Извини, — вернулся он, и его быстрые шаги эхом разнеслись по комнате. — Мы купили новый бильярдный стол для комнаты отдыха.

— Рад, что ты занят. — Я развернулся, поднимаясь на холм. — Чёрт.

— Я сейчас в кабинете. Дай пару минут на этот номер. А пока расскажи, что происходит. Как дела?

— Всё перевёрнуто. Дерьмовое шоу.

— Что случилось?

— Для начала, Лео, мой местный контакт, только что получил пулю между глаз.

— Пиздец, ты сам-то в порядке??

Голос Мака сменился с весёлого на серьёзный. В этом была наша особенность. Мы могли совершать поступки, которые будут преследовать нас всю жизнь, но мы — сплочённая группа. Всегда поддержим друг друга. Без вопросов. До самой смерти.

Я был в порядке? Я хотел сказать ему, что только что узнал: моего брата убила та самая группа, за которой я слежу. Но передумал. Я не говорил о Нейте — ни разу за четыре года не произнёс его имя.

— Да, в порядке, — солгал я, спускаясь с холма задом наперёд. — До того как в Лео выстрелили, моя цель, София Бэнкс, сбежала и была похищена.

— Она сбежала от тебя?

— Да.

— Как ты мог такое допустить?

Стиснув зубы, я снова завёл грузовик и медленно нажал на газ, надеясь, что во второй раз получится.

— Она классная, да? — Мак ткнул меня виртуально в бок, прежде чем я ответил. — Она тебя обвела, так?

— Пошёл ты.

— Где ты?

— Нет, ты мне сейчас не нужен. Не приезжай.

— Я не спрашивал, нужен ли я. Я спросил,