Вардаэсия (ЛП) - Нони Линетт

— Я в полном порядке, — отрезала Алекс, поднимаясь на ноги и морщась, когда ее бедро хрустнуло, но, по крайней мере, после этого стало лучше, как бы тревожно это ни было. — Я не просила тебя о помощи.

— Невозможный человек! — воскликнула Зайлин, прочитав тон Алекс, если не поняв ее слов. — У тебя есть желание умереть?

Алекс не видела смысла отвечать. Она могла бы продекламировать слова из «Мерцай, Мерцай, Маленькая звездочка», и это означало бы для Зайлин то же самое, что и любой ответ на обычном языке.

Не заботясь о том, насколько грубой она казалась, Алекс сделала руками прогоняющий жест, чего помощница не оценила, если судить по тому, как сузились ее и без того прищуренные глаза.

— Разве ты не можешь сказать, что я не хочу, чтобы ты была здесь? — сказала Алекс, все еще настаивая, чтобы она ушла. — Я даже не хочу быть здесь. Я хочу быть там, внизу. — Она указала в сторону города, расстроенная своим неудавшимся побегом. — Как ты думаешь, зачем еще я рисковала своей шеей? Может быть, это потому, что вы не открыли нам дверь!

В тот момент, когда слова слетели с ее губ, Алекс захотелось дать себе пощечину. Закрыв глаза на собственный идиотизм, она вспомнила воспоминание, произошедшее менее двух дней назад:

— Когда придет время, когда тебе нужно будет вспомнить меня, ты вспомнишь.

Что ж, на этот раз она проиграла. Как сказала Зайлин, о чем думала Алекс, перелезая через балкон? В этом не было никакой необходимости… не тогда, когда у нее был гораздо лучший вариант, доступный ей.

Вновь открыв глаза, Алекс устремила свой пристальный взгляд наружу, пока не сфокусировалась на четком ориентире не слишком далеко от дворца; алмазный фонтан, разбрызгивающий жидкое золото в воздух, легко видимый ее обостренным зрением. Она не была уверена, что то, что она собиралась попробовать, сработает, но, не останавливаясь, чтобы передумать, она попыталась вызвать дверной проем прямо с того места, где стояла.

Возможно, Библиотека проявила милосердие, или, возможно, ее связь с ней была сильнее, пока она была в Тиа Аурас — месте, где она предположительно возникла, — но в любом случае, перед ней мгновенно появился дверной проем, несмотря на то, что она никогда раньше не была у фонтана, который она себе представляла.

Не обращая внимания на разинувшую рот Зайлин, Алекс без колебаний шагнула вперед, приземлившись на землю именно там, где она себе представляла, наконец-то свободная.

***

Алекс часами бродила по улицам Вардаэсии.

Как только трепет от освобождения прошел, ее охватил леденящий холод, от которого она не могла избавиться, как бы далеко или быстро она ни шла. Возможно, Алекс и смогла бы сбежать из дворца, но нельзя убежать от собственных мыслей.

Снова и снова она прокручивала в голове выражение ледяной ярости на лице Джордана; то, как он выпалил: «Нет!»; образ того, как он хлопнул дверью после своего отступления. И более того… она также вспомнила, как Д.К. и Биар смотрели на нее, их глаза были почти такими же неумолимыми, как у Джордана.

Чем дальше она шла, тем сильнее мучили ее воспоминания. Девушка хотела покинуть душные дворцовые стены, чтобы успокоиться от ужаса того, что она чувствовала, запертая в своей комнате, но даже великолепие Вардаэсии не могло отвлечь ее.

Сам город был частично виноват в ее растущем страдании, поскольку чем больше времени она проводила в нем, тем больше ей хотелось уйти. Ее окружение было просто чертовски блестящим; это было так, как будто единорог выпустил радугу и украсил беспорядок золотыми брызгами. Бывали моменты, когда у Алекс физически болели глаза от блеска яркого золота и бриллиантов, смешивающихся с сопровождающими их разноцветными облаками.

Не помогло и то, что город бросал вызов законам природы, и не только из-за своего возвышенного положения над тем, что должно было быть невещественной массой конденсированного пара. Это были другие детали, которые Алекс не понимала — кристаллические деревья, выросшие из стеклянных корней глубоко в облаках; опалесцирующие цветы, растущие вдоль мерцающих улиц; похожие на бриллианты виноградные лозы, ползущие по позолоченным зданиям и отражающие солнечный свет над головой в миллиарды сверкающих мини-радуг. Все это было, попросту говоря, чересчур.

Но только когда Алекс нашла озеро, она начала гадать, не галлюцинирует ли она в психоделическом путешествии визуального абсурда. И это было потому, что озеро не было обычным озером… конечно, нет. Если бы она когда-нибудь задумалась о невозможности существования внутреннего моря, волшебным образом покоящегося на облаках, она бы предположила, что в нем содержится вода кристально чистого цвета. Но в Вардаэсии, где все было сверх меры и ничто не выглядело так, как должно, это было не так.

Вместо этого озеро было расплавленным золотом.

С небольшой рябью, набегающей на серебристый берег, в то время как остальная часть водной массы была неподвижна, как смерть, Алекс ничего не могла сделать, кроме как рухнуть на сверкающий песок, уставившись на это зрелище. Песок под ней был непостижимо мягким, и она просеяла его между пальцами, позволяя себе быть загипнотизированной приливами и отливами золотой воды.

Минуты превратились в часы, пока она сидела там, очищая свой разум от всех мыслей, не двигаясь, кроме как продолжая играть с гладким, как шелк, песком. Так долго блуждая по улицам, прежде чем добраться до озера, и пропустив при этом обед, Алекс в конце концов поняла, что умирает с голоду. Но она также чувствовала пустоту, которую, как она знала, никакая еда не могла утолить.

Когда солнца опустились на небе, а луны взошли, чтобы занять их место, отбрасывая свое сияние на золотую воду, Алекс поняла, что пришло время возвращаться. В отличие от ее взволнованных блужданий по городу, время, проведенное на озере, дало ей возможность привести голову в порядок. Джордан однажды понял необходимость того, чтобы она манипулировала его воспоминаниями, поэтому она должна была верить, что он сделает это снова. И хотя реакция Биара и Д.К. причинила боль, она знала, что они действовали из преданности Джордану, и не могла винить их за это. Как только объяснит свою версию, девушка была уверена, что друзья забудут о том, что произошло.

Нервничая, но полная надежды, Алекс поднялась на ноги и стряхнула блестящий песок со своей одежды, бросив последний взгляд на красивое — хотя и претенциозное — озеро.

Зная, что она не смогла бы вернуться через пестрый город, не желая выколоть себе глаза… поскольку сейчас была ночь, Вардаэсия была освещена, как рождественская елка, Алекс была благодарна, когда Библиотека великодушно открыла дверь по ее мысленному призыву.

Вернувшись прямо в темноту своей спальни, Алекс потратила несколько мгновений, чтобы подготовиться, прежде чем подошла к двери и остановилась там, прислушиваясь к тому, что происходило по другую сторону. Несмотря на приглушенность, она все еще могла разобрать тихие голоса, ее обостренный слух позволил ей узнать Джордана. Это все, что ей нужно было знать, и, глубоко вздохнув, она открыла свою дверь и вошла в общее пространство между их комнатами.

Глава 11

Все разговоры прекратились, когда Алекс вошла в общую комнату, и взгляды пяти пар глаз устремились прямо на нее.

Кайден и Деклан сидели за столом, играя в какую-то карточную игру с тонкими золотыми пластинками, разрезанными на шестиугольники. Но ее внимание было сосредоточено не на них; это были Джордан, Биар и Д.К., все вместе сидевшие на диване, их напряженные позы говорили о том, что они ждали ее, возможно, уже некоторое время.

С пересохшим горлом Алекс медленно приблизилась, не в силах придумать, с чего начать. Должна ли она сесть? Должна ли она оставаться стоять? Должна ли она попросить разрешения поговорить с Джорданом наедине? Она не знала. Но выбор был отнят у нее, когда Джордан встал как раз в тот момент, когда она подошла к ним, а Биар и Д.К. следовали за ним по пятам.