Россия — не Сингапур. Какой ВВП нам нужен - Юрий Мухин

«Я сказал ей, что оппозиция оспаривала этот закон в ходе каждой предвыборной кампании, и всякий раз подавляющее большинство избирателей голосовало за ПНД и за сохранение этого закона в силе. Сингапур был обществом, основанным на конфуцианской морали, которая ставит интересы общества выше интересов индивидуума. Моей основной обязанностью было обеспечение благосостояния наших людей, и мне приходилось принимать меры против подрывной деятельности коммунистов. Заставить же свидетелей выступать против них в ходе открытых судебных процессов было невозможно».

Еще раз подчеркну, речь идет о честных выборах и о маоистах. При всем уважении к коммунистам лично Ли Куан Ю, умственное развитие сингапурцев, судя по всему, таково, что за КПРФ под руководством Зюганова в Сингапуре не проголосовал бы ни один человек, кроме, разумеется, самого Зюганова. Какие-то надежды могли бы быть у Лимонова, но с учетом того, что в Сингапуре за хулиганство больно бьют палками по голой заднице, то и шансы лимоновцев следует считать иллюзорными. (Хотя проводить мирные, никому и ничему не угрожающие митинги Лимонову никто не запрещал бы — не Москва небось.)

Следует сказать и об уголовной преступности. Вот Ли Куан Ю пишет об обстановке на Тайване.

«Связи Гоминдана с триадами восходят еще к довоенной эпохе, когда генерал Чан Кайши использовал их в Шанхае для борьбы с коммунистами. Триады последовали за ним на Тайвань, где мафия укоренилась и процветала. Пока выборы носили формальный характер и не давали доступа к реальной власти, правительство было способно держать мафию под контролем. Когда же в конце 80-ых годов была проведена либерализация политической системы, и победа на выборах открыла доступ к реальной власти, триады быстро обнаружили, что они могут добиться избрания своих представителей в органы власти. К 1996 году 10 % депутатов Национальной ассамблеи и 30 % депутатов местных законодательных органов являлись членами секретных обществ, — мафия стала политической силой. Широко распространились коррупция и подкуп избирателей, поэтому, заполучив мандаты, избранники должны были возместить эти расходы.

Свободная пресса оказалась неспособной контролировать коррупцию ("черное золото") или подавить триады, которые пресса сравнивала с сицилийской мафией. Триады стали настолько мощными, что, когда в 1996 году печально знаменитый главарь мафии был убит соперничающей бандой, то генеральный секретарь администрации президента публично воздал ему дань уважения, послав традиционный похоронный венок, чтобы заполучить поддержку сторонников покойного. На похоронах присутствовали заместитель спикера Законодательного собрания, другие видные депутаты, а также несколько лидеров оппозиции. Мафия проникла в строительную индустрию, сельскохозяйственные кооперативы и даже в бейсбольную лигу. Она проложила себе дорогу на ежегодные собрания акционеров компаний, акции которых котируются на бирже, проникла в богатые церковные общины, и даже начала набирать своих членов в школах».

Ну и при таком отношении даже к коммунистам — к людям, которых Ли уважает, — можно понять, чем закончила в Сингапуре уголовная преступность, в том числе и всякие там азиатские триады, издавна облюбовавшие этот пиратский остров? Исчезли, как утренний туман.

Совершенствование пофсоюзов

И, наконец, для будущих инвесторов в Сингапур большой неприятностью было то, что было для них неприятностью в Европе и США, — «безбашенные» профсоюзы. Ликвидировать профсоюзы Ли Куан Ю не мог. Он ведь работал для всего народа, а оставить народ один на один с алчными хозяевами фирм и с их директорами Ли не мог. Иначе было бы как в России, в которой нынешние хозяева шахт нагло говорят шахтерам, что те должны радоваться, что им вообще дают работу, а будут требовать повышение зарплаты, то всех русских шахтеров выгонят и наймут китайских. Правда, передовой рабочий класс в СССР, осененный гением Маркса, именно таких хозяев и хотел иметь, когда свергал советскую власть и отдавал ее ворам, но вот Ли Куан Ю на такое пойти не мог. Маркс его не впечатлял, и Ли профсоюзы были нужны.

Посмотрите на этот вопрос и с другой стороны: в начале пути в Сингапуре все крупные фирмы были иностранными, в начале работы они на пять лет вообще освобождались от налога на прибыль фирмы, и налоги на зарплату сингапурцев-работников этих фирм была единственным источником доходов правительства. Правительство было заинтересовано, чтобы профсоюзы вытягивали с фирм максимальную зарплату.

Понимаете, человек, который нищую безресурсную страну вывел в самые богатые страны мира, безусловно достоин Нобелевской премии в области экономики, но отдельную нобелевку Ли Куан Ю обязан был получить еще и за то, как он разобрался с профсоюзами.

Давайте вникнем в суть. Владелец платит работникам зарплату и этим уменьшает свою собственную прибыль. Профсоюз добивается, чтобы зарплата росла, а прибыль хозяина уменьшалась. В ряде случаев это справедливо (если владелец — хищник), но ведь часты и случаи, когда владелец, чтобы остаться на рынке, обязан пустить эту прибыль на совершенствование производства или самой продукции. Если он этого не сделает, то его вытеснят с рынка конкуренты, фирма разорится, и ее работники вообще останутся без какой-либо зарплаты. Из этого вытекает, что руководители профсоюза обязаны быть столько же понимающими в делах фирмы, как и сам владелец. Только в этом случае руководители профсоюзов смогут и держать максимальный уровень зарплаты членов профсоюза, и не разорить фирму — не пустить по миру членов профсоюза.

А кто идет в руководители профсоюзов? Болтун с подвешенным языком, «принципиальный» болтун: «Денег, денег давай! Ниччо не хочу знать, сам на "роллс-ройсе" ездишь, и мы хотим!». Правда, владельцы фирм таких руководителей профсоюзов быстро покупают, и тогда руководители профсоюзов только имитируют «борьбу за права трудящихся», хотя время от времени им все же требуется предпринимать энергичные и тупые меры в показе своей «борьбы за права рабочих» (чтобы рабочие их снова избрали). К примеру, организовывать забастовки. Поэтому профсоюз для владельцев предприятий — это тупое инородное образование, которое в любом случае мешает работать.

А как добиться, чтобы руководители профсоюзов были столь же понимающими в проблемах фирмы, как сам ее хозяин? Чтобы они разговаривали друг с другом на одном языке? Обучать их? Разумеется, Ли шел и этим путем: «На протяжении многих лет я убеждал НКПС (Национальный конгресс профессиональных союзов — National Trades Union Congress) открыть колледж по изучению трудовых отношений. В 1990 году, с помощью руководителя Раскин Колледжа (Ruskin College), Тен Чион основал Институт изучения проблем труда (Institute of Labour Studies), чтобы обучать в нем дисциплинам, связанным с отношениями на производстве и развитием руководящих качеств».

Да, руководителей профсоюзов можно и нужно учить — это стандартный прием, да только теория без практики в одно ухо влетает, а в другое вылетает. Чтобы знать столько, сколько нужно руководителю фирмы, нужно самому руководить фирмой со всей ответственностью за глупость своего руководства.

И правительство Ли сделало то, от чего иезуиты нервно закурили в сторонке. Оно заставило профсоюзы завести собственные предприятия, соответственно, руководители профсоюзов стали руководителями этих предприятий.

«Одной из проблем, с которой он столкнулся, было снижение численности членов профсоюзов, ввиду того, что профсоюзы стали менее агрессивными». Заметьте, что волновало Ли, — профсоюзы ПЕРЕСТАЛИ БЫТЬ АГРЕССИВНЫМИ! «Чтобы противостоять этой тенденции, в ноябре 1969 года Деван провел семинар по проблемам модернизации профсоюзов и убедил делегатов профсоюзов в необходимости изменить свои функции, чтобы соответствовать изменившимся обстоятельствам. Они основали несколько профсоюзных кооперативных предприятий. В 1970 году НКПС учредил кооператив таксистов, получивший название "НКПС Комфорт" (NTUC Comfort), что позволило бороться с пиратским "таксистским рэкетом", который в 60-х годах был необузданным. Предприятие начинало с 200 британских такси "Моррис Оксфорд" (Morris Oxford) и 200 британских микроавтобусов "Остин" (Austin), которые были получены в счет британских кредитов в рамках программы помощи. К 1994 году предприятие, которое располагало уже 10,000 такси и 200 школьными автобусами, превратилось в корпорацию "Комфорт групп Лимитед" (Comfort Group Limited), акции которой котировались на Фондовой бирже Сингапура. Чтобы снизить стоимость жизни для членов профсоюзов, в 1973 году НКПС основал потребительский кооператив, названный "НКПС Велком" (NTUC Welcome), в состав которого входили магазины, склады и супермаркеты.

Он расширил сферу деятельности НКПС, обеспечивая членов профсоюза лучшими возможностями для проведения досуга и отдыха. Я старался поощрять его в этих начинаниях, но это был не тот человек, которого нужно было побуждать к деятельности. Ему были необходимы только политическая поддержка и финансовые ресурсы, и я предоставлял ему их». Как видите, создание предприятий профсоюзов шло за счет правительства Сингапура.