Четыре фигурки на свадебном торте - Соня Лемармот

— А почему ты не выкупишь у них акции?

— Да кто ж мне их теперь продаст? Акции начали прибыль приносить! Я тут пашу, а эти вампиры наживаются. И я еще должен перед ними отчитываться!

Из кабинета выскочил охранник и побежал к ним, держа в руке трофейные ножницы. Когда парень их освободил, Шон, разминая конечности, весьма доходчиво ему объяснил, что не надо никому рассказывать о том, что тот здесь видел и полицию вызывать тоже не стоит. Парень со всем согласился и клятвенно заверил, что никому ничего не скажет.

Босс отпустил охранника, и они направились к кабинету. Джил шла впереди, слегка пошатываясь, тело еще плохо слушалось.

— А почему нельзя вызвать полицию? — удивилась она.

— Потому что этих парней полиция не поймает, а вопросов ко мне будет много, да и конкурентам незачем знать, что я могу собрать о них такую информацию.

— Какую информацию?

— До чего же ты любопытная, — улыбнулся Шон, но больше ничего не сказал.

Они доделали всю работу за полчаса, и Нортон отвез ее домой.

— Собрание акционеров завтра в двенадцать, приходи к одиннадцати, ты мне будешь нужна. Только не опаздывай, хорошо?

— Хорошо, — согласилась она. — До свидания.

— Пока. — И босс на своем автомобиле умчался в ночь, а Джил поплелась домой послушать, что хорошего ей скажет отец, и, если удастся, даже поспать. Она надеялась, что скандал не затянется на всю ночь.

Глава 19. Кое — что о Стиве

После обеда Энджи хотела переодеться во что-то более пристойное, но до своей комнаты так и не дошла, а забрела в гостиную, которая, судя по количеству собранных здесь книг, могла считаться библиотекой. Ранее она уже проводила ревизию шкафов, но пока ничего интересного для себя не нашла.

В этот раз ее внимание привлекла лежащая на журнальном столике книга: на вид недавно изданная, но довольно потрепанная. На обложке красовались пирамиды, и золотыми буквами было выведено: «Империя инков». На обратной стороне — фотография автора и его краткая биография. Питер Уилмор — Энджи никогда о таком не слышала. Некоторое время она рассматривала молодого симпатичного археолога, а потом открыла его книгу.

Писал он легко, и она быстро увлеклась. Не прекращая чтения, девушка присела в ближайшее кожаное кресло, почти утонув в нем. На улице стояла знойная жара, но в комнате, из-за работающего кондиционера, царила приятная прохлада.

Книга неспроста была такой замызганной, страниц через десять, начались пометки на полях — Энджи легче было расшифровать язык инков, чем эти каракули. Дальше хуже: подчеркнутый, перечеркнутый текст и все те же каракули. Складывалось ощущение, что поверх напечатанного текста кто-то пытался писать новый. И неизвестно, что было интереснее, попытаться прочитать старую версию или расшифровать новую.

На какое-то время Энджи выпала из жизни. Она так увлеклась, что не заметила, как пролетело несколько часов. Даже быстрые шаги в коридоре не насторожили ее, хотя краем сознания она их уловила.

Дверь резко распахнулась и, не сбавляя скорости, к журнальному столику стремительно подошел Стив.

— Ничего нельзя оставить, — задумчиво пробормотал он, глядя на пустую столешницу.

Энджи смотрела ему в затылок. Если «маньяк» обернется, то увидит ее. В голову закрылась шальная мысль сбежать, пока он стоит к ней спиной. Но, конечно, он ее сразу заметит, стоит лишь пошевелиться. И она сидела тихо, как мышка. А вдруг он убежит так же быстро, как и появился, не глянув по сторонам.

Но нет, он не уйдет так просто без своей книги, а она была у Энджи в руках.

— Ничего нельзя оставить, все уберут, — задумчиво повторил Стив, подходя к книжным полкам.

Энджи чувствовала, как испуганно колотится сердце. И сама себе удивлялась: чего ей бояться? Что он ей сделает?

И тут она вспомнила, что так и не переоделась и на ней то самое пресловутое платье, больше похожее на сорочку! Сейчас, глядя на «маньяка», застывшего у полок с книгами, она понимала, насколько глупо было думать, что он перестанет язвить и станет ее личным рабом, лишь увидев прелестный наряд. Счастье будет, если Стив не заметит, во что она одета!

Девушке казалось, что она ни разу не пошевелилась, но кожаное кресло под ней вдруг предательски заскрипело.

Стив резко обернулся. Теперь Энджи знала, как улыбаются крокодилы, когда видят потенциальную жертву: совершенно счастливо, во всю ширь своей крокодильей пасти.

— Привет, — протянул он, разглядывая ее, и улыбка становилась еще шире, если такое вообще возможно.

Его оценивающий взгляд уверенности девушке не придавал, и ей это не нравилось.

— А где твой жених? — вкрадчиво спросил он.

— В отличие от некоторых, Шон работает.

— Оставил тебя здесь одну?!

Энджи не удостоила его ответом, тряхнула головой и демонстративно уткнулась в книгу, попутно пытаясь ею прикрыться.

— Что это у тебя? — не отставал он.

— Это называется К — Н–И — Г–А, — по буквам произнесла Энджи и показала ему развернутую книгу. — КНИГА, понимаешь?

Стив свел глазки в кучку и скорчил совершенно идиотскую физиономию.

— Пошел вон, — сказала она.

— А поговорить? Мне скучно.

— Я не собираюсь тебя развлекать. Мне хватило нашего прошлого общения.

— Так то было давно! Сегодня же я еще ничего не сделал, — пожал он плечами.

— Значит, у меня все впереди?! — изумилась она. — Что ты сегодня придумал?

— Ничего. Я заранее не готовлюсь, у меня все спонтанно получается.

Энджи фыркнула и снова взялась за книгу.

— Зачем ты читаешь эту муть? Я собирался ее сжечь.

— Чего еще от тебя ждать? Это ты все страницы искалякал? Тебя не учили, что в книге рисовать нельзя?

— Я работаю с ней, — Стив стал тянуть книгу к себе, но Энджи не отдавала. Она прекрасно понимала, что это его вещь, но что-то толкало ее не уступать.

— Хочу дочитать! — упрямилась она.

— Вся книга — вымысел, не подтвержденный ни одним фактом! Любишь