Город тысячи богов - Олег Кожин

удовлетворенно кивнул. Таксист опустил спинку кресла, укладываясь поудобнее, сорвал пломбу, и вылил содержимое пробирки в горло. Глаза его закрылись, по телу пробежала крупная судорога и он обмяк. Влад перегнулся через перегородку, пощупал пульс.

- Вот и ладненько, - кивнул он. – Уходим.

- Это что сейчас было? – удивленно спросил Гор.

- Люди, которые приезжают в цирк, очень часто не хотят, чтобы их видели в лицо. У нашего водилы был выбор – стереть краткосрочную память самостоятельно, или надеяться на мою деликатность… - выбираясь из салона, Влад едва стоял на ногах. – Когда нас начнут искать, я хочу исключить все случайности. Следы я замел, насколько сумел, но… короче, нам нужно время, Егор.

Шатер Кроули-цирка напоминал средних размеров небоскреб. Полосатое красно-белое полотнище тянулось к небу, и казалось невероятным, что кто-то сумел поставить такую огромную палатку. Но где-то наверху угадывалась центральная мачта с реющим на ветру флагом, а от ребер в асфальт уходили толстенные металлические тросы. Великанский полог призывно колыхался, билетная касса манила рекламной вывеской. На входе даже пахло, как в обычном кочующем цирке – карамельным попкорном, горелой пылью, звериным потом и мертвечиной.

Стоп! Мертвечиной?! Гор принюхался. Так и есть – тошнотворный запах разбухшей на солнце плоти, мяса, набитого червями, невидимым облаком висел вокруг шатра, и раз учуяв, уже невозможно было делать вид, что его нет.

Влад упал на лавочку у входа, протянул Гору бумажник.

- Два билета возьми. И фильтры купи, на двоих. Я сейчас даже себе настройки изменить не смогу. Билеты бери подороже, не жмись. Мне нужно быть ближе… Она где-то здесь… Надо найти ее. Надо найти… И фильтры… без фильтров труба…

Последние слова Влад уже шептал, теряя сознание. Расхристанный, всклокоченный, он напоминал бездомного бродягу. Куртку его прожгло в нескольких местах, брюки вымазались в грязи и копоти, на губах подсыхала кровавая пена. Гор представил, каково это – не дышать, чувствовать, как отмирает часть твоего тела, и зябко передернул плечами.

В кошельке лежал пропуск на имя генерального директора охранного агентства «Баклер», Демидова Владислава Арнольдовича и черная карта без номера. Один в один, как та, что Гору выдали в визовом центре.

За билетами пришлось отстоять небольшую очередь. В кассовой будке сидел циклоп, длинный, тощий и лысый. Выскобленная макушка его упиралась в потолок, мосластые руки бились локтями о стенки тесной коморки, а единственный лишенный ресниц глаз, сидящий над переносицей, не мигая смотрел сквозь Гора. Было видно, что к вниманию туристов билетер давно привык.

- В первый ряд, пожалуйста, два билета, - робея, попросил Гор, и зачем-то добавил, - взрослых.

Циклоп молча принял пластиковую карточку, отметил на экране два последних места в первом ряду. Рассмеялся глухим злобным смехом, когда Гор ругнулся, увидев стоимость. Полторы тысячи драхм за билет! Да пусть там хоть голая Анжелина Джоли укрощает черного вурдалака – это не стоит таких деньжищ! Впрочем, деньги были не его, и Гор расстался с ними без особых сожалений. За фильтры содрали еще пятьдесят драхм.

На глянцевой поверхности билета застыли размытые силуэты мертвецов, черные на серебристом фоне окровавленного лезвия бензопилы. Аляповатые огненные буквы программки гласили, что Кроули-цирк открывает весенние сезоны новым некро-шоу «Звезда смерти», и обещали «сеанс единовременного восстания трехсот трупов, и последующее массовое уничтожение оживших мертвецов, при участии Жрицы Смерти, несравненной Аиды Цербер».

Гор потоптался возле Влада, пытаясь сообразить, как найти признаки жизни у тела, которое даже не дышит. Бросив эту пустую затею, Гор прислушался к себе. Странно, но он совершенно не переживал. Может потому, что почти не помнил подробности того, что Влад назвал первой в его жизни магической битвой, а может потому, что безгранично верил в возможности отца. Он выкарабкается. Обязательно выкарабкается.

Время перевалило за полдень, воздух прогрелся и люди, прогуливающиеся в ожидании начала представления, начали расстегивать пальто и куртки. Вонь разложения усилилась, еле уловимо просачиваясь даже сквозь фильтры. Прислонясь к Владу плечом, Гор изучал прохожих, стараясь понять, кто они, и зачем пришли сюда. Очень скоро он заметил, что беззаботно светят лицами только туристы. Под вспышки фотоаппаратов, громко переговариваясь и смеясь, экскурсионными группами или поодиночке, они выделялись среди местных показным весельем и жизнерадостностью. Но в первую очередь - отсутствием масок.

Гор вспомнил, что читал об этом – в светском этикете Бограда маски занимали особое место. Их надевали в места, где не хотели быть узнанными, на тайные встречи, жертвоприношения, ритуальные оргии, просто наведываясь в неблагополучный квартал, и это считалось естественным, настолько, что маска привлекала внимания не больше, чем, например, кепка. Обычные люди носили причудливо украшенные звериные морды, культовые изображения, лики богов – все, на что хватало фантазии. Омы изощрялись в сложности магических заклятий. На представлениях Кроули-цирка город устраивал настоящий показ мод и негласное соревнование, победители которого так и не раскрывали своих лиц.

Время до представления тянулось, как свежий гудрон. Не отходя далеко от Влада, Гор прохаживался взад-вперед по брусчатке, вяло жевал щедро залитую горчицей сосиску в тесте, купленную в ларьке, у заспанной девицы в черно-оранжевой цирковой униформе. Долго не мог понять, что же его смущает, когда заметил, что на площади совершенно нет голубей.

Наконец, стилизованные под старину репродукторы на столбах грянули цирковой марш Дунаевского, и густой дикторский голос возвестил, что шоу начинается через пятнадцать минут. Влад упрямо не желал приходить в чувство, но Гор его все же растормошил. Вдвоем, обнявшись, как подвыпившие друзья, они влились в возбужденную людскую реку и шагнули за полог.

Гор ожидал чего угодно – каменных лабиринтов, гладиаторской арены, настоящего циркового шатра, в конце концов, но только не современного стадиона. К манежу выводили пять широких проходов. Стены блестели свежим ремонтом, кричали глянцевыми плакатами. Повсюду указатели на трех языках, русском, китайском и английском. Возле проходов, то и дело выныривая из толпы, мелькала оранжево-черная униформа, - миловидные девушки профессионально направляли потоки зрителей.

Держа билеты на вытянутой руке, Гор пытался сообразить, кому их предъявлять. Толпа шла, как ни в чем не бывало. Даже туристы, явно впервые попавшие в Кроули-цирк, вертя головами и щелкая фотоаппаратами, беззаботно исчезали в порталах ворот. Влад, заметив его смятение, выдавил улыбку.

- Убери, - глухо велел он. – Это бумажки, сувениры для приезжих. Будь ты без билета, тобой бы уже заинтересовались они.

Он незаметно кивнул на подпирающих стену великанов в широких кожаных фартуках живописно заляпанных красным. Гор и сам заметил их, но старался не пялиться в открытую. Несимметричные морды, с