Затерянный мир - Йон Колфер

– Для контрабандиста ты совсем неплохо летаешь. Эти капсулы неповоротливы, как трехногие свиньи.

Штука с любовью похлопал по титановому крылу.

– Послушная девочка, надо только ласково с ней обращаться.

Мульча до сих пор трясло.

– Мы были так близки… так близки к испепелению! Я потерял счет после первой дюжины раз.

Штука презрительно хмыкнул.

– Ты потерял не только счет. Кому-то придется вымыть пол в кабине.

Элфи посмотрела Штуке прямо в глаза. Да, сейчас они вполне мило болтали, но их отношения не всегда были такими безоблачными.

– Пикси, ты чуть не убил меня, – произнесла она ровным голосом, давая маленькому контрабандисту возможность объясниться.

– Я знаю. Чуть не убил. Поэтому решил завязать. По-новому взглянуть на жизнь. Пересмотреть моральные ценности и приоритеты.

– Хватит врать, – осадила его Элфи. – Не верю ни единому слову.

– Я тоже, – сказал Штука. – Просто я так всегда говорю комиссии по досрочному освобождению. Отлично срабатывает. Главное – выпучить глаза и заставить трястись губы. Если серьезно, прошу меня извинить за эту историю с комбайном. Я был в отчаянии. Но тебе никакая опасность не грозила. Эти руки, стоит им только коснуться руля, могут творить чудеса.

Элфи решила сменить тему. Раздувая старые обиды, она только сделала бы и без того трудную миссию практически невыполнимой. Кроме того, у Штуки будет шанс искупить свою вину.

Дворецки поднял Мульча на ноги.

– Эй, Мульч, как ты себя чувствуешь?

Мульч попытался испепелить Штуку взглядом.

– Буду чувствовать себя превосходно, когда перестанет кружиться голова. Капсула – одноместная, понимаете? Эта мартышка несколько часов сидела у меня на коленях и била макушкой по подбородку каждый раз, когда капсула проваливалась в воздушную яму.

Дворецки подмигнул своему приятелю-гному.

– Ладно, забудь. Тебе пришлось пережить несколько неприятных моментов в его среде обитания, а ему скоро придется оказаться в твоей.

Штука расслышал только конец этой фразы.

– В его? В какой среде? Кому придется?

Мульч довольно потер волосатые ладони.

– Уверен, мне это понравится.

Они лежали в неглубокой канаве на склоне над шато. Склон, поросший уродливыми старыми оливами, полого уходил вниз. На поверхности земля была рыхлой и сухой и, как утверждал Мульч, довольно приятной на вкус.

– Альпийская вода чистая и вкусная, – сказал он, выплевывая камни. – А оливковые деревья придают глине приятный привкус.

– Рад за тебя, – ровным тоном произнес Артемис. – Но я хочу знать, сможешь ли ты добраться до канализационного отстойника.

– Канализационного отстойника? – встревожился Штука. – При чем здесь отстойник? Я ни в какой отстойник не полезу. Можете забыть о сделке.

– В отстойник тебе лезть и не придется, – уточнил Артемис. – Вы выберетесь на поверхность рядом с ним. Этот отстойник – единственное сооружение, за которым можно спрятаться на подступах к шато.

Элфи осматривала местность через забрало.

– Отстойник находится почти рядом с домом. Дальше – монолитная скала. Но прямо к нему подходит толстый пласт рыхлого грунта. Нужно будет только заманить этого карапуза в ковбойской шляпе за отстойник плиткой шоколада, чтобы Штука занял его место.

– А что потом? Эта игрушечная машинка не способна ездить быстро.

– Этого не потребуется, Штука. Тебе нужно только въехать на ней в дом и прикрепить вот это к первому попавшемуся на глаза видеокабелю.

Элфи передала Штуке усеянный по всей длине крошечными шипами кабельный зажим.

– Нагруженный оптоволоконный зажим. Мы будем контролировать их систему наблюдения, как только ты его установишь.

– Вернемся к плитке шоколада, – предложил Мульч. – Она у нас есть?

– Держи, – Артемис передал ему плитку в зеленой обертке. – Дворецки купил в поселке. Очень низкого качества, меньше семидесяти процентов какао… Впрочем, за эту цену большего ожидать не приходится.

– А когда ребенок съест шоколад? – спросил Мульч. – Что с ним делать?

– Никакого насилия, – предупредила Элфи. – Будешь его развлекать.

– Развлекать? Каким образом?

– Придумай что-нибудь, – сказал Артемис. – Ты же гном. Маленькие дети весьма любознательны. Покажи, как ты ешь камни. Попукай. Маленький Бо будет в восторге.

– Может быть, проще пристрелить его?

– Мульч! – в ужасе воскликнула Элфи.

– Я же не сказал «убить». Просто вырубить на несколько минут. Маленьким детям полезно спать. Я даже окажу ему услугу.

– Это было бы идеальным выходом, – призналась Элфи. – Но у меня нет абсолютно безопасного оружия, поэтому тебе придется отвлечь его минут на пять. Больше вряд ли понадобится.

– Придется переквалифицироваться в чародеи, – сказал Мульч. – В крайнем случае я его съем. – Он широко улыбнулся, заметив выражение ужаса на лице Элфи. – Шучу. Честно. Никогда не ел детенышей вершков – они слишком костлявые.

Элфи толкнула локтем лежавшего рядом Артемиса.

– Ты уверен, что мы поступаем правильно?

– Сама предложила, – ответил Артемис. – Да, уверен. Возможны и другие варианты, но на них нет времени. Мульч всегда умел работать творчески. Уверен, он нас не подведет. Что касается мистера Фарта, на карту поставлена его свобода. Весьма мощный стимул.

– Хватит болтать, – сказал Мульч. – Я сейчас поджарюсь на этом солнце. Вы же знаете, какая у гномов чувствительная кожа. – Он встал и расстегнул задний клапан. (На штанах, разумеется, где же еще находиться клапану?) – Ладно, пикси. Садись.

Штука Фарт действительно пришел в ужас.

– Ты уверен?

Мульч вздохнул.

– Конечно уверен. Чего ты испугался? Задницы никогда не видел?

– Но она мне улыбается.

– Может быть, рада тебя видеть. Поспеши, пока не разозлилась.

Элфи хлопнула Мульча по плечу.

– Дурная привычка, – заявил гном, потирая плечо. – Попробуй выражать злость как-нибудь по-другому.

– Может быть, хватит говорить о задницах? – осадила его Элфи. – Нужно спешить.

– Уговорила. Залезай, пикси. Обещаю, она тебя не укусит.

Дворецки усадил крошечного пикси на спину Мульча.

– Просто не смотри вниз, – посоветовал телохранитель. – Все будет в порядке.

– Тебе легко говорить, – проворчал Штука. – Это же мне, а не тебе предстоит оседлать ураган. Рытвинг, в ресторане ты даже не намекнул на это.

Артемис указал на рюкзак за спиной пикси.

– Мистер Фарт, а это обязательно брать с собой? Форма не слишком обтекаемая.

Штука вцепился в лямку мертвой хваткой.

– Там мои рабочие инструменты, вершок. Я с ними не расстанусь.

– Хорошо, – согласился Артемис. – Последний совет. Постарайся все сделать как можно быстрее.

Штука закатил глаза.

– Класс, отличный совет. Ты должен написать книгу.

Мульч хихикнул.

– Неплохо.

– И постарайся не попасться на глаза кому-нибудь из семьи, – невозмутимо продолжал Артемис. – Особенно девушке Минерве.

– Семья. Минерва. Все понял. А теперь поехали, пока я не передумал.

Гном с душераздирающим скрипом раззявил пасть и нырнул головой вперед в землю. Зрелище было впечатляющим – похожие на лезвия комбайна челюсти пережевывали почву, прокладывая туннель для гнома и его пассажира.

Штука плотно зажмурился, на его лице застыло выражение совершенного ошеломления.

– О боги, – бормотал он. – Снимите меня. Снимите…

Через мгновение они исчезли под покровом едва заметно вибрирующей земли. Элфи, растолкав всех локтями, взобралась на кучу выброшенного грунта и стала следить за продвижением гнома через забрало шлема.

– Рытвинг работает быстро, – сообщила она. – Даже удивительно, как это нам в тот раз удалось его поймать.

– Надеюсь, его скорость нас выручит, – сказал лежавший рядом с ней Артемис. – Не хватало только, чтобы Минерва добавила пикси и гнома в свою коллекцию представителей волшебного народца.

Под землей Мульч, как всегда, чувствовал себя превосходно. Это была его естественная среда обитания. Ритмы земли, проникая в тело через пальцы, успокаивали его. Грубые волоски его бороды, которые в действительности являлись чувствительными датчиками, впивались в глину, проникали в мельчайшие трещинки, посылая в глубь земли импульсы и передавая в мозг Мульча отраженные сигналы. В полумиле слева он засек кролика, роющего нору. Может быть, удастся поймать зверька на обратном пути и наконец нормально перекусить…

Штука что было сил цеплялся за гнома. На лице пикси застыло выражение невыразимого ужаса. Он закричал бы, но для крика нужно было открыть рот. А об этом не могло быть и речи.

Чуть ниже пальцев ног Штуки из заднего отверстия Мульча безостановочно вылетала смесь почвы и газов, и двойка отчаянных диверсантов все дальше продвигалась под землей. Штука чувствовал, как вызванное химической реакцией тепло распространяется от его ног по всему телу. Когда ноги пикси сползали и его башмаки оказывались слишком близко к выхлопному отверстию гнома, Штука тут же подтягивался повыше, чтобы не остаться без пальцев.