Кризис - Александр Торин

Заснешь тут, как же… Что же я делаю, иду на поводу судьбы, как агнец на заклание. Нет, я в корне неправ. Я позвоню в телефонную компанию, я должен узнать, кто звонит мне ночами. Я – круглый дурак, коробочка, определяющая номер, стоит всего двадцать долларов. Правда, номер можно и заблокировать, ну что же, для этого и существует тот самый отдел, в который я так и не дозвонился неделю назад.

Номер был занят, раз за разом, я набирал его, и, наконец, прорвался через многочисленные сообщения автоответчиков.

– Бюро по угрожающим и несанкционированным звонкам, – устало сообщил мне женский голос. – Чем мы можем вам помочь?

– Мне поступают звонки угрожающего содержания… Я бы хотел определить номер, с которого мне звонят.

– Мы можем установить специальную аппаратуру, но только после разрешения из полиции. Вам уже присвоили номер уголовного дела ?

– Нет еще.

– Заведите дело, и после этого обращайтесь к нам.

– Алло? – в трубке раздались гудки.

Ну хорошо, в полицию, так в полицию. Моя милиция меня бережет.

Открыв телефонный справочник, я нашел номер ближайшего к моему месту жительства отделения.

– Добро пожаловать! – бодрый голос автоответчика не предвещал ничего хорошего. – Вы соединились с отделением полиции города Пало Альто. Наш город предлагает свои услуги туристам. В субботу вечером в ресторане «У трех Пальм» состоится концерт Элтона Джона. Билеты стоят восемьсот долларов, причем половина этой суммы пойдет в фонд помощи обездоленным детям черных кварталов. Если вы хотите заказать билет, пожалуйста приготовьте вашу кредитную карточку и нажмите «ноль»… Если вы желаете связаться с полицейским отделением, ждите ответа…

– Жду, жду, – ругнулся я. Я любил сэра Элтона Джона, но не в таких обстоятельствах, и не за такие деньги. В трубке захрипело и надрывно закашляло, как будто кто-то умирал от чахотки.

– Пожалуйста, прослушайте и выберите подходящий вам номер. Если на вас совершено нападение с целью убийства или насилия, с применением огнестрельного оружия, нажмите или скажите «один». Если на вас совершено нападение с целью убийства или насилия, с применением холодного оружия, нажмите или скажите «два». Если на вас совершено нападение с целью ограбления с применением огнестрельного оружия, нажмите или скажите «три». Если на вас…

– Ууууу – завыл я, смеясь, и почему-то вслед за этим заплакал, вернее зарыдал. Мне стало обидно и за человечество, и за державу, и за всех тех, кого грабили, убивали и насиловали одновременно.

– Если вы хотите сообщить о нарушении правопорядка или автодорожном происшествии, нажмите или скажите «девять». Если вы хотите прослушать это сообщение еще раз, нажмите или скажите «ноль».

Меня грабили, хотели убить. Скорее всего, меня насиловали, и, осознав это прискорбное обстоятельство, я нажал на кнопку «один».

– Спасибо за ваш выбор… Ввиду большого количества звонков, мы не можем ответить вам немедленно. Мы понимаем ситуацию и сочувствуем вам. Ваш звонок очень важен для нас…

– Ааааа.. – я зарыдал, не в силах сдержаться. – А если бы меня действительно убивали? Конечно, остается еще «Телефон полиции 911», они работают быстрее…

– Алло? – задержка в отделении полиции была все-таки недолгой, трех минут не прошло.

– Вы знаете, меня хотят убить. Тут сложная история.

– Я не поняла, – девушка мгновенно начала раздражаться. – Вас хотят убить, или убивают?

– Если бы меня убивали, то успели бы десять раз, пока я до вас дозвонился.

– Так зачем же вы звоните? Не задерживайте нас.

Господи, наверное я все-таки сошел с ума. Или, быть может, эта девушка обладает тонким чувством юмора, присущим британцам, проницательностью Шерлока Холмса, и, вычислив мою ситуацию, ожидает вежливого смешка, столь уместного в кругу джентльменов. Я так и сделал, но смешок получился нервным.

– Я бы на вашем месте не смеялась, у меня уже четыре звонка в очереди. Вас хотят убить? Откуда вы звоните?

Нет, я ошибся. И поделом мне. Такова будничная реальность этих телефонных ангелов, никаких шуток. Пациент или жив, или мертв…

– Нет, меня не сейчас убивают, еще не убивают, мне угрожают.

– Так бы сразу и сказали, соединяю с отделом угроз…

– Хэлло, – на этот раз мне отвечал мужчина, и голос его излучал оптимизм. – Как дела?

Я всегда теряюсь, когда американцы спрашивают меня о делах. «О Кей,» – отвечаю я. – «Никогда не было лучше». – это еще один стандартный, оптимистичный вариант, совершенно ничего не означающий.

– Прекрасно, – по инерции ответил я. – Меня хотят убить.

– Замечательно! Чем могу помочь?

– Меня хотят убить. – Я смутился.

– Потрясающе! – жизнерадостный мой собеседник внушал оптимизм. – И давно?

– Ну, – я замялся, – примерно с неделю.

– Удивительно! – ваше имя.

– Да, да, – Ти, как Том, Эй как Алекс…

– Записал. Ваш адрес?

– Улица Форда… Как автомобиль, – Я смутился.

– Прекрасно!

– Ну, и что же я теперь должен делать?

– Расслабьтесь, но будьте осторожны. Мы сделать ничего не можем, по крайней мере, пока вас не убьют.

– Меня это не устраивает! Послушайте, вы полиция, или нет? В конце концов, я плачу почти что сорок процентов от своей зарплаты налоговому ведомству. Меня хотят убить, вы понимаете или нет?

– Мистер, вам присвоен идентификационный номер, запомните его: один один три, шестнадцать, восемнадцать, восемьдесят пять. Желаем успеха.

– А, будь ты проклят, – я еще раз набрал номер телефонной компании. Номер был занят, я набирал его снова и снова, впрочем, без особого успеха.

О, Господи. До чего же я, оказывается, наивен. Я-то думал, что если полицейский патруль обязательно поймает тебя при любом, даже самом невинном превышении скорости, это автоматически означает, что мы проживаем в правовом обществе и государстве. А все на самом деле совсем не так. Похоже, и я убеждаюсь в этой истине все больше, я нахожусь на диком западе. Да, стоит вспомнить фильмы про индейцев и ковбоев, перестрелки и грабежи почтовых поездов. Каждый сам за себя, – так говорил шакал Табаки в сказке про Маугли. И, как это не грустно, я тоже должен быть «сам за себя».

Денег у меня, конечно, нет, но я еще на что-то способен. Самое страшное в моем положении – это спать. Человек спящий – человек беспомощный. А сплю я крепко, не слышу ничего, и меня можно брать голыми руками.

Проведя пару бессонных ночей, прислушиваясь к звукам лифта, и вскакивая при каждом шорохе, я понял, что больше так не могу.

Зря я, что ли, живу в центре электронной цивилизации? В огромном, уходящем за горизонт магазине, я нашел наконец стеллаж с системами охраны жилища. Два датчика. Один на входную дверь, один на балкон. Кто знает, быть может мои потенциальные убийцы по совместительству освоили скалолазание. Два детектора движения. Пульт с антенной. Если охрана срабатывает, коробочка эта начинает голосить таким диким голосом, что и мертвец проснется.

Работала система прекрасно, мне, правда, пришлось потратить целый день на изучение инструкции. Инструкция не помогла, и, разозлившись, я разорвал ее на мелкие клочки и выбросил в мусор. Я всегда поступал так с техническими руководствами, программами телевидения, картами местности и банковскими счетами. С точки зрения аборигенов, это было преступлением и безусловным подтверждением моего безумия.

Ну что же, пусть я безумен, но я не могу заставить себя прочесть написанную кретинами книжечку с бездарными картинками на испанском языке. Инструкция эта часто не только не переведена на английский, но и сами картинки иногда не имеют вообще ничего общего с товаром, к которому эта книжечка прилагается. Левая и правая сторона перепутаны, винтиков в пластиковом пакете не хватает, словом – если хотите остаться в здравом уме и рассудке, никогда не пользуйтесь инструкциями!

Памятуя об этом правиле, я прибегнул к экспериментированию, основанному на здравом смысле и осознании неизбежно-ограниченных умственных способностей инженеров фирмы с неповторимо-Британским названием «Мой дом – моя крепость». Фирма эта располагалась в Индонезии.

Всего через полчаса моя студия была защищена от любых посягательств. Да здравствуют Британцы! При появлении в поле зрения датчика теплокровного тела, при открывании двери, у меня под ухом истошно голосила сирена и мигала лампочка. Более того, черная коробочка, заведующая всеми этими датчиками, звонила на любой телефонный номер, например – в полицию.

Вообще, эти электронные магазины – сплошной грабеж. Например, внимание мое привлекла замечательная машинка, предназначенная для записи телефонных разговоров. Поднимаешь трубку – кассета начинает крутиться. Пришлось потратить сорок баксов. И еще я купил совершенно не приспособленную для целей самообороны систему, состоящую из маленькой камеры и телевизора. Первоначально эта замечательная камера предназначалась для наблюдения за спящим младенцем, но, как известно, цель оправдывает средства…