Пророчество любви - Саманта Джеймс

— Черт тебя побери, девка, я знаю, кто ты, но зачем следила за… за ними или за мной? — спросил он.

Глаза Сибил блеснули:

— То же самое я могу спросить у тебя! Рауль грозно выдвинул вперед подбородок, но возражать ей не стал. Сибил вскинула голову.

— Да, я видела тебя в зале, когда разговаривала с Аланой. Ты прятался под лестницей, подслушивая наш с ней разговор, — ехидно усмехнулась она, — Сдается мне, Рауль, что между нами много общего.

Она без стеснения разглядывала молодого рыцаря, упираясь руками в крутые бедра и не обращая внимания на свою слишком низко опустившуюся рубашку, в вырезе которой виднелись округлости грудей.

Может быть, даже больше, чем ты думаешь, — пробормотал Рауль.

Она не стала избегать его обжигающего взгляда, а смело встретилась с ним глазами. «Да, эта девица вполне сознает свою власть над мужчинами и, без сомнения, использует ее с большой для себя пользой, — подумал он. — Замечательное качество!» — мелькнула у него мысль, но Рауль не собирался допускать, что какая-то женщина сумеет завлечь его, чтобы затем использовать в своих интересах.

Животная страсть уже начала закипать у него в крови. Глаза Рауля сверкали. Эти сестры не слишком-то похожи между собой, но красотки что одна, что другая. Его желание подстегивала уязвленная гордость. Он все еще хотел ту, которая ему не досталась, однако ее сестра — замена вполне подходящая…

Он выхватил свечу из железного подсвечника, прикрепленного к стене, и быстро оглядел комнату за спиной Сибил. Ни оружия, ни доспехов на стенах не было видно. Значит, воины не вернутся сюда для ночлега.

Сибил вскрикнула, когда Рауль схватил ее за руку и втащил в комнату. Он быстро повернулся к ней.

Я видел, как ты сегодня посматривала на Меррика! Ты его хочешь, — ворчливо заметил он. — А я хочу твою сестру, но пока что удовлетворимся друг другом.

Рыцарь сжал Сибил в объятиях, впившись в ее губы яростным поцелуем.

— Постой-ка, — выдохнула она, когда, наконец, сумела высвободиться. — Я не стану сопротивляться, не насилуй!

Он поднял голову и бросил на молодую саксонку горящий взгляд.

— Ты не презираешь норманнов, как твоя сестра? Глаза Сибил блеснули.

— Нет, — ответила она. — Ну и что из того, если ты норманн? Ты красив и хорошо сложен, — ее взгляд скользнул по телу рыцаря, — и, чувствуется, неплохо оснащен природой для сладострастных утех.

Руки, сжимавшие Сибил, немного ослабили хватку.

— Кажется, ты не так холодна, как твоя сестра, — пробормотал Рауль.

Сибил рассмеялась низким грудным смехом.

— Клянусь самой торжественной клятвой, я доставлю тебе гораздо больше удовольствия, чем она, Рауль.

Он позволил Сибил выскользнуть из объятий. Без всякого смущения девица спустила рубашку с плеч и через мгновение уже стояла перед ним совсем обнаженная.

Рауль не сводил с нее жадного дерзкого взора. Груди у Сибил были полные, белые, увенчанные крупными сосками. Пышные завитки темных волос виднелись внизу живота. Горящими глазами он смотрел, как она, улыбаясь, запрокидывает голову. Глядя в глаза Рауля, Сибил облизнула подушечки пальцев и стала медленно поглаживать себе соски, которые сразу же стали твердыми и блестящими.

Поглядывая на девушку из-под полуопущенных век, Рауль лихорадочно освобождался от одежды. Он зажал в руке свой напряженный член. Кровь зашумела в ушах, дыхание стало хриплым и учащенным.

Сибил перестала гладить себя. Лоно уже обдавало жаром. Под ее взглядом член Рауля становился все больше. В одно мгновение она оказалась перед молодым рыцарем, опустилась на колени и облизнула губы.

— Позволь мне, — прошептала Сибил. — Позволь.

Рауль откинул голову и застонал. Умелыми, опытными руками и горячим влажным ртом она доставила ему райское блаженство.

— Хватит, — со стоном вымолвил Рауль.

Он подтянул ее, поставил на ноги и впился в губы пылким поцелуем. Сибил самозабвенно отвечала на поцелуй. Ее руки скользили по гладким и крепким бедрам рыцаря, в то время как пальцы Рауля блуждали во влажных завитках между ног Сибил.

— Скажи, девица, — хрипло проговорил он, — лоно у тебя такое же влажное, как и рот?

Их губы слились и приоткрылись, языки вступили в ожесточенное противоборство. Ноги Сибил призывно раздвинулись, и Рауль уверенно вонзился в горячую и обильно увлажненную нежную плоть. Он запрокинул голову, его глаза сверкали. Сибил широко улыбалась.

— Покажи мне, норманн, — просила она, — покажи, как ты умеешь доставлять женщинам удовольствие.

В ответ он обхватил ее за ягодицы и, расставив ноги пошире, высоко поднял и резко опустил ее на свой разбухший напряженный член, сильно и глубоко пронзив ей тело. Спазмы экстаза сотрясли Сибил. Она ухватилась за его плечи и глухо застонала от наслаждения, прижавшись к широкой груди мужчины.

Их соитие было безудержным и неистовым, им не понадобились ни кровать, ни хотя бы стол, они не произносили нежных слов. Раздавались лишь стоны и крики сладострастия.

Симон действительно был болен и болен смертельно. Это видно было сразу, стоило лишь взглянуть на него. Страшно бледный, он в судорогах корчился на полу.

Меррик опустился рядом с ним на колени.

— Симон, — голос рыцаря стал хрипловат от волнения. — Боже мой, мальчик, что с тобой?

Лицо Симона было искажено болью. — Живот, — задыхаясь, выговорил он. — Как будто… мечи вонзились мне в живот, — парнишка жалобно посмотрел на них снизу вверх. — Помоги мне, дядя… умоляю… помоги.

Никогда в жизни не чувствовал себя Меррик таким беспомощным. Как можно стоять сложа руки, позволяя, чтобы мальчик так безумно страдал? Жестокие опасения терзали сердце. Он опасался, что воин прав… Симон умирает.

Нет… нет! Нельзя этого допустить. Женевьева доверила ему сына… Он должен его спасти! Нельзя допустить, чтобы Симон умер.

Меррик лихорадочно соображал, что можно сделать. Они не привезли с собой из Нормандии ни одного лекаря, а здесь им не к кому было обратиться… Мысли беспорядочно метались в голове… Как это могло случиться? Как? Мелькнула смутная догадка…

— Отнесите парня в спальню напротив моих покоев, — приказал он.

Круто повернувшись, Меррик вышел.

Алана подскочила, услышав скрип открывавшейся двери. Она сжала руки перед грудью и быстро спросила;

— Как он? Как Симон?

— Может быть, вы мне это и скажете, леди, — процедил Меррик сквозь зубы.

Алана пристально посмотрела на него. Во рту у нее пересохло. Как трудно ей выносить сейчас присутствие Меррика! Сам воздух вокруг рыцаря казался раскаленным.

Девушка слегка покачала головой.

— Я… я не понимаю, что ты имеешь в виду, — тревожно сказала она.