Никогда не заговаривайте с неизвестными - Анна Малышева

«Осторожный он был, это верно, — подумал Иван. — А все же кто-то его убил. И бабку его убили. Да ладно бы — гранату кинули! Укол поставили и ему и ей! Это же какое доверие нужно иметь к человеку, чтобы разрешить вкатить себе укол!»

Он уже почти дошел до метро и тут заметил, что идет очень медленно. Слишком медленно. И понял, что ехать ему отсюда никуда не хочется.

Парень остановился, достал еще одну сигарету, чтобы выиграть время у самого себя. Усмехнулся этой уловке — сколько ни кури, сколько не изобретай поводов задержаться, но факт останется фактом — он желает вернуться. Да, вернуться в тот дом, в тот переулок, пройти весь путь заново!

Он бросил под ноги едва раскуренную сигарету, растоптал ее на мокром асфальте.

Решено! Он вернется! Дурак он — надо было не удирать, а сразу бежать обратно, только с парадного входа! Ведь Дана осталась в квартире, и ее необходимо как следует потрясти! Он был уверен, что того, кто в него стрелял, там уже нет. Сбежал, голубчик! Конечно, сбежал! А Дана сидит там одна и трясется! Думает, наверное, что он сейчас вернется с ментами. Откуда же ей знать, что менты ему самому не нужны… Надо туда вернуться и поговорить с женщиной начистоту. Ведь она все наврала! Про соседей, которых там отроду не было, про Алию. Алия померла — это надо же придумать! А он ее слушал, дурак… Да еще и сочувствовал — бедненькая, слепенькая… Иван был страшно зол на самого себя. Вот сейчас он вернется и спросит с этой хитрющей бабы за все! И за вранье, и за выстрелы! Ведь еще бы чуточку — и снесли бы ему половину черепа… Наплевать, что он все еще не вооружен, это даже лучше! Он что — пацан?! С женщиной не справится?! Надо еще проверить — такая ли она незрячая, какой хотела прикинуться!

Он развернулся и почти бегом бросился в обратный путь. На этот раз парень не блуждал — сразу зашел со двора, поднялся на второй этаж, решительно нажал звонок на двери с номером шесть…

Вскоре он услышал мужской голос:

— Кто?

Иван оторопел. Но все же ответил:

— Я к Дане Сулимовой.

Ему открыли. Он увидел паренька лет двадцати, долговязого, нескладного, в дешевом тренировочном костюме и тапочках. Паренек крикнул во все горло, обращаясь к двери той комнаты, где жила Дана:

— К ва-ам!

И скрылся в коридорчике, ведущем на кухню.

Иван оторопело ступил в прихожую. Огляделся. Из двери напротив комнаты Даны неслись звуки работающего телевизора. Шел какой-то бесконечный сериал, и визгливый женский голос нудно разжевывал какое-то пустячное происшествие. «Крыша у меня едет, что ли? — подумал он. — Откуда тут люди?!»

Из комнаты, где работал телевизор, вышла девушка в потрепанном длинном халате. Она появилась с таким сварливым видом, будто хотела с кем-то поругаться, и уже открыла было рот… Но тут увидела Ивана, заморгала, смутилась и немедленно исчезла в своей комнате. Иван торопливо подошел к комнате Даны и открыл дверь, даже не постучавшись.

Он застал все в том же виде — окно настежь раскрыто, над крохотным столиком горит лампа в желтом абажуре, в пепельнице — скрюченные окурки, в шкафчике — старые игрушки… Хозяйки не было. Иван вышел в коридор и пошел по квартире, поражаясь, как тут все изменилось за какие-то полчаса, пока он отсутствовал. В коридоре горел свет, из кухни неслись аппетитные запахи жареного мяса, яростно переругивались молодые голоса…

Иван вошел на кухню, надеясь увидеть Дану, но ее и тут не оказалось. Студенты-молодожены, с которыми он успел повидаться, стояли возле плиты и ожесточенно ссорились. Девушка, взяв прожженное полотенце, держалась за ручку сковородки с мясом, стоявшей на огне. И вид у нее при этом был такой, будто мясо вот-вот полетит в лицо ее суженому. Суженый держал себя без особого достоинства — съежился, скрючился, спина выгнулась горбом, как у худого кота, но при этом он почем зря отчитывал жену:

— У кого было пять пар — у тебя или у меня?! Кто работает — ты или я?!

— Ну и что?! — Девушка чуть не подскочила на месте. — Работаешь?! Я тоже не часто отдыхаю!

— Ужин не можешь сделать к моему приходу! — орал парень.

— Да лучше бы ты вообще не приходил! Сокровище какое! — крикнула та, и тут они вдруг заметили Ивана.

Иван дипломатично улыбнулся, помахал им, будто говоря: «Сейчас уйду, и вы сможете продолжать!» И спросил:

— Дану не видели?

— Она моется, — быстро ответила девушка и снова обернулась к мужу. Только теперь она не кричала, а шипела:

— Сессия через месяц, а у тебя ни одного конспекта, кто тебе все будет доставать?

Кто тебе билеты будет писать? Я, наверное? Или кто-то еще.? Да как у тебя совести хватает говорить, что ужин не готов?! Я в библиотеке просидела до закрытия! Думаешь — не хотелось есть?! А потом в магазин…

Иван ушел, предварительно бегло осмотрев кухню. Все последствия разгрома были ликвидированы. В патрон под потолком была ввинчена новая лампочка, более сильная — прежняя была ватт на шестьдесят… Осколки с пола убраны, исчез также точильный камень. Только вот отбитый пулей кусок кафеля не спрячешь — на полу теперь серело безобразное пятно. Дверь на черный ход была заперта на крюк. Тихо, мирно, будто и не было ничего.

Выйдя в коридор, он остановился у комнаты напротив. Отсюда в него стреляли. Ох, как ему хотелось бы поймать того, кто это сделал! В нем все больше разгоралась ярость. Иван подергал ручку двери. Дверь не поддалась. Он заглянул в кухню и увидел, что там больше не ссорятся. Студенты вместо этого переключились на гостя — им явно не понравился тот факт, что он интересовался дверью…

— Кто тут живет? — спросил их Иван, указывая на дверь.

— Сейчас никто, — ответила девушка. — А что? Вам кого?

— Я вас спросил — кто тут живет? Кто тут прописан? Куда этот человек делся?

Студенты явно струсили. Они стали мягче шелка и как-то разом сплотились, потянулись друг к другу. Инициативу взял на себя юноша:

— Тут вроде бы какая-то Наташа жила с ребенком, — сказал он. — Но они уехали.

— Мы их даже не видели… — вставила словечко его жена.

— Комната сдается? — строго спросил Иван. И неожиданно поймал себя на том, что подражает манере говорить Дмитрия Александровича, своего незабвенного участкового!

— Нет, комната не сдается, — услужливо ответил парень. — Там пусто.

— Пройдите-ка со мной! — кивнул ему Иван.

В этот миг даже Дмитрию Александровичу было далеко до него. Парень послушался и вышел из кухни. Его жена чуть не ревела от страха.

Иван прошел дальше по коридору и подергал ручку очередной двери. Тут тоже было заперто.

— Тут кто? — спросил он.

— Бабка, — услужливо ответил парень.

— Что за бабка?

— Старая, лет восемьдесят… Кажется, Юлия Павловна ее зовут… Она прописана тут… У нее две комнаты.

— Где она сейчас?

— Да она тут почти не появляется. Живет у детей, она инвалид…

— Давно ее не было?

— Так, — припоминал парень. — Мы тут полгода живем. — Она уехала.., в июле, что ли? И больше ни разу ни приезжала.

— Эти комнаты сдаются?

— Нет…

— Значит, в квартире живете только вы и Сулимова? — строго уточнил Иван.

— Да, только мы и она… А что случилось, простите?

— Кое-что случилось, — важно ответил Иван. — Вы давно пришли?

— Минут десять… — протянул парень. — Только что переоделись…

— Кто вам открыл?

— Сами. У нас ключи есть… — Парень совсем уже перепугался.

— А на кухне все было, как сейчас? — допытывался Иван.

— То есть… Как это?

— Свет горел? Пол был чистый?

Тут уж к ним присоединилась и девушка. Наверное, ей показалось, что мужа пытают. Она решительно ответила:

— Все было в порядке, только лампочка другая. Посильнее, чем та. Мы сразу обратили внимание, как только свет зажгли.

— И кто ее вкрутил? — спросил у нее Иван.

— Кто же, кроме Даны?

— Зачем слепой лампочка? — задал Иван свой коронный вопрос. Дмитрий Александрович позеленел бы от зависти.

— О-о-о… — протянула девушка и даже чуть расслабилась. — Вы Дану не знаете… Она такая ответственная… Если бы она ненароком разбила лампочку — обязательно бы вкрутила новую и все прибрала. И потом… Она не любит, когда про нее говорят — слепая.

Иван подошел к двери ванной. Ребята следовали за ним, как дети за фокусником. Он прислушался. В ванной шумела вода, было слышно, как лихорадочно работает слив, засасывая излишки…

Давно пора бы закрыть краны, слив явно не справляется с задачей, вода может перелиться. Слепая этого не увидит.

Девушка проговорила ему в спину:

— Видите? Она зажгла в ванной свет. А зачем ей свет?

— Но она всегда зажигает свет, — вставил и парень.

— Мы платим за электричество пополам…

Иван встревоженно подергал ручку ванной. Конечно, заперто.

— Слушайте, — сказал он. — Когда вы пришли — она была в ванной?

— Да.

— Не слишком долго она моется?