Повелитель миров 3 (СИ) - Ваклан Александр

Закрой сейчас Арес глаза, то можно было сразу подумать, что он и не покидал монастырь Стихий. Как будто вернулся в свою группу «Наследник». Оказался снова среди своих редко умолкавших и ведущих себя точно так же друзей.

Как там интересно Бивальф, Зевиус, Магниус и Пикролий? Вспоминают ли они его и чем сейчас заняты?

Хотя, чем сейчас заняты его друзья, Арес и так прекрасно знал. И как ему было этого не знать, ведь он сам в течение последних трёх лет в это самое время занимался вместе со всей группой «Наследник» одним и тем же.

Тренировался. Тренировался. И… ещё сильней и тяжелей — тренировался. Ведь только постоянные тяжёлые тренировки буквально на износ, могли сделать из начавших своё обучение боевым искусствам детей настоящих Мастеров и одних из лучших воинов континента и Атлантиды.

Таких же возможно в будущем легендарных и прославленных воинов, среди которых сейчас находился Арес.

Только вот что-то в этот момент не сильно-то Краниос и Гапериан походили на тех, чьи портреты и статуи находились практически в каждом городе, дворце, замке и крепости. И чьи имена, и чьи подвиги воспевались всеми бардами, поэтами, сказателями и менестрелями на каждом празднике и во время очередного торжества.

Вспомнив своих друзей, Арес вспомнил и все те возмущения, негодования, упрёки и вопросы, которые обрушатся на него с его возвращением.

Он-то ведь уехал не попрощавшись. Уехал, никому ничего не сказав и не объяснив. Уехал, навстречу приключениям и опасностям. О которых ни слова, ни полслова, ни намёкам, ни как-либо ещё не мог рассказать и поведать своим друзьям.

А ведь как же ему хотелось это сделать. Ведь он был всё-таки ещё девятилетний мальчишка, которому хотелось рассказать друзьям о пережитых им приключениях и сражениях. Рассказать о тех опасностях, которые он пережил, и о подвигах которые совершил.

Но, увы…

Рассказывать ничего было нельзя. Верней рассказывать нельзя было правду. А придуманная младшим волшебником, оправдывающая отъезд Ареса из монастыря ложь, была скучна и даже и близко не пахла подвигами и геройством.

Так что, увы… но, ни один бард, менестрель и сказатель не споёт и не расскажет об этом удивительно опасном путешествии. И о тех подвигах, что пришлось совершить юному ученику. Девятилетнему мальчишке, который сражался против врагов и монстров плечом к плечу вместе с легендарными Мастерами и воинами Атлантиды.

Конечно, плечом к плечу — это иносказательно. Так как, чтобы достать своим плечом до плеча одного из своих спутников (не считая, конечно Мишкена), Аресу необходимо было ещё хотя бы лет на пять-шесть повзрослеть. Но впрочем, сути это не меняло. И факт оставался фактом.

В свои девять лет Арес, если и не наравне, то во всяком случаи храбро и умело, сражался вместе с прославленными героями против любого дерзнувшего напасть на них врага.

Хотя, конечно, и были исключения. Исключения, заключавшиеся в том, что не всегда враг первым нападал на них.

Вспомнить хотя бы работорговцев. На которых первым напал Арес. Напал на всю «Бригаду Плача» в полном её боевом составе. Правда напал не без участия, подталкивания и мотивации Акхалы.

Но, так или иначе, те этого заслуживали. И в итоге получили по заслугам.

Пока юный ученик погрузился в свои мысли, младший волшебник незаметно просканировал его внутренним зрением, после чего заговорчески переглянулся с Юпериусом.

Когда Арес, внезапно, чисто за счёт животных рефлексов, а может, так же и благодаря безжалостной, изматывающей муштровке устроенной его учителями во время пути через Тангийские горы, ощутил угрожавшую ему опасность, стоявший в десяти метрах от него младший волшебник, уже выбросил в его сторону руку.

Возможно на этот самый выброс руки, который Ютиас сделал, выпуская в своего ученика удар энергии, и среагировал мальчишка. А ведь в силах и возможностях младшего волшебника было нанести этот удар, даже не пошевелив при этом и пальцем. Но для таких атак, по мнению учителя, было ещё рано. Так что он предоставил Аресу шанс успеть среагировать на зрительно видимое физическое действие. Хотя, кто-то другой на месте сына короля оборотня, кто-то, кто был менее подготовлен и не настолько быстр, вряд ли бы успел даже заметить этот предшествующий энергетическому удару выброс руки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Однако мало было просто заметить начатую атаку. Необходимо было ещё от неё успеть защититься. Причём защититься правильно. Ведь в этот раз был не просто нанесён удар энергии Воздуха или энергии Воды, к которым уже успел привыкнуть Арес. А был нанесён удар энергией Огня.

Конечно, Ютиас сильно рисковал, в первый раз атакуя своего ученика энергией Огня. Причём атакуя внезапно. Атакуя чуть ли не в спину. Атакуя того, кого ещё ни разу в его жизни не атаковали энергией Огня и не учили от этих атак защищаться.

Но младший волшебник хотел увидеть, сможет ли этот юный гений интуитивно, неосознанно, или рефлекторно что-то противопоставить этой атаке. Ведь для того чтобы защититься от атаки энергии Огня в распоряжении Ареса было всё необходимое.

Только вот сможет ли он всем этим необходимым воспользоваться?

Да если что… Арес был уже достаточно натренирован и подготовлен на физическом уровне, чтобы просто банально уклониться от стремительно полетевшего в него размером с детский кулак сгустка энергии Огня.

Ни в коем случае Ютиас, в случаи попадания его энергетического удара в Ареса, не собирался убивать, калечить или уродовать ужасными ожогами мальчишку. Именно поэтому он выпустил максимально слабый удар энергии Огня.

Спору, конечно, не было, что при попадании будет больно. И возможно, даже очень больно. Но никаких серьёзных и опасных для жизни ожогов остаться не должно было.

Волдыри и небольшие опёки, вещь неприятная, но необходимая. Необходимая, чтобы, научить любого, быть быстрее, ловчее и внимательнее. Да и всё это временное — неудобство и боль. Ведь у младшего волшебника были превосходные мази и примочки, которые моментально от всего этого избавляли и вылечивали.

Как говориться сам поломал — сам и починил. Ну, или, как сейчас: сам покалечил — сам и вылечил.

Внезапную атаку, несмотря на свои продолжавшиеся подтрунивания друг над другом, успели заметить Краниос и Гапериан. Но только, всего лишь, заметить. А не как не отреагировать на неё.

Арес же, действуя скорее на рефлексах, чем осознано, среагировал на летевший в него удар энергии Огня, поспешно созданным перед собой, даже не щитом, а просто банальным освобождением, ни во что конкретно не сформированной энергией Воды.

Слава богам, что, только заметив нёсшуюся к нему огненную энергетическую сферу, в мальчишке сработали привитые всем живым и разумным существам знания, что с огнём борются водой. И не задумываясь, что было бы губительно в его положении, он высвободил навстречу огненной опасности, имевшуюся в его Ядре энергию Воды.

Высвободил поспешно и примитивно. Но в итоге это освобождение энергии Воды, позволило Аресу защититься от внезапной, коварной энергетической атаки младшего волшебника.

И главным во всей этой успешно проведённой защите было то, что за ту долю секунды, что было в его распоряжении, юный ученик успел понять, какой энергией ему защищаться.

Мишкен испуганно в шоке вытаращил и без того свои огромные выпуклые глазищи на летевший прямо в его морду сгусток энергии Огня. Тот самый энергетический удар, посланный его боссом в Ареса, который срикошетив об освобождаемую на его пути энергию Воды, изменил направление своего полёта.

Слава богам или демонам, что брак только недавно успел опорожнить свой кишечник. Иначе в этот момент обделался, это уж точно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

В отличие от сына короля оборотня, натренированного и натасканного одними из лучших Мастеров боевых искусств, Мишкен никак не успевал среагировать, на прекрасно видимый им, летевший прямо ему в морду энергетический удар.

Да брак даже и не понял, что произошло, когда мимо него на невероятной скорости пронёсся Юпериус. На ходу, успевший, своим посохом отбить в строну, уже вот-вот готовую опалить морду Мишкена огненную сферу. И сделал это наставник Боя вовсе не по доброте душеной. Или из благородного побуждения спасти мелкого жулика и проходимца.