Игра богов - Виктор Сергеевич Эрленеков

дома между каждым существующим. Впрочем, возможно, таким образом оставалась возможность развития каждого хозяйства. Кроны некоторых деревьев сливались над дорожками, делая подобие живых арок, и сильно разбавляя пейзаж. А на самом деле, при организации поселения, каждому Альву, отправляющемуся в новые земли, выдавался значительный кусок земли. И да, он мог на нём развиваться в последствии, но пока это были лишь сады и огороды, но всё чаще клумбы. Это не те жалкие пять соток, что выдавали когда-то на Земле, тут не скупились, и размер участка начинался от пары гектар.

Наконец довольно долгое путешествие закончилось. Итогом стало довольно высокое, за счёт высоких, метра по четыре, потолков, здание. Вообще стиль строительства Альвов везде был примерно один, в чём уже смог убедиться Витус. Ведь даже домик охотницы был больше похож на охотничий домик графа или барона, правда в уменьшенном варианте. Тут также присутствовал вездесущий светлый мрамор (Витус не знал ещё про пластобетон и промышленные репликаторы), богатая внешняя отделка, радужные витражи и дорогие двери с богатой резьбой. Внутри таверна показалась ему похожей на мюнхенскую старинную пивную. Такие же сводчатые и расписные потолки, богатая отделка стен тёмным деревом, длинные узкие столы со скамьями на троих Альвов и широкие проходы между группами. С потолков свисали тяжёлые светильники, заливающие пространство вокруг ярким светом, переливающимся на всё вокруг яркими зайчиками, словно луч света прошёл через бриллиант.

А ещё тут были перегородки, образующие приватные зоны, небольшая сцена, и множество шкафчиков вдоль всех стен, где хранились тарелки, бокалы и прочая трактирная утварь. На сцене несколько Альвов обоих полов танцевали что-то вроде ирландской джиги, а на небольшом балкончике, организованном так, чтобы звуки долетали до каждого в огромном зале, собственно народу тут оказалось не мало, скорее всего всё население посёлка, небольшой оркестр весело наигрывал смесь ирландского, шотландского фолка и североамериканского кантри. Тут же стройная девушка звонким голоском выводила песенку на непонятном Витусу языке. Впрочем, это было популярно в последнее время. Сохранившие память прошлой жизни Альвы часто прибегали в своём творчестве к родным языкам и мотивам, что же касается кельтского фолка, то он достаточно быстро прижился среди Альвов, так как, прежде всего, понравился властителю. Ещё Анзубу Первому нравилась опера, как и всякая другая классика. Приветствовались народные творчества, что-то самобытное, а попса отпала как данность, так как масс-медиа в данном мире не существовало.

О существовании сегрегации Витус пока ничего не знал. Он с открытым ртом шёл за стражником, не обращая внимания на косые взгляды. Хотя стоило бы.

- Тебе сюда! – Стражник открыл какую-то дверь и указал на проход Витусу, - Давай, не задерживай меня!

- А что там? – Витус просунул голову в проход, и увидел длинный коридор, ведущий куда-то в тёмное, по сравнению с общим залом, помещение, - А почему мне нельзя остаться здесь?

Вместо ответа Витус почувствовал мотивирующее воздействие на свою пятую точку.

- Хозбок закрывается на ночь, потому ты и прошёл через общий зал, - Дверь за Витусом начала закрываться, - переночуешь тут, а утром выметайся!

- Но господин стражник, - Витус запричитал, - А можно хотя бы поесть? Я заплачу!

- Чем ты заплатишь? – Стражник расхохотался, - Своими сраными жетонами?

- У меня есть монетка! – Витус почему-то решил не говорить о том, что у него есть целый мешочек монет, - Мне дали её в мавзолее.

- Теперь понятно, почему ты так хорошо разговариваешь, - Охранник криво улыбнулся, - А чего ж ты остался человекой?

- А и был им, - Витус пожал плечами, - Так вы позволите мне купить еды?

- Давай свою монетку, - Стражник протянул руку, - Принесу тебе пожрать.

- Вот, - Витус трясущейся рукой дал стражнику довольно крупную, желтоватого цвета и с серебристым отливом монету, где на одной стороне был изображён властный лик правителя, а на другой какой-то герб, правда Витус не успел его рассмотреть, - Надеюсь этого хватит?

- Хм… - Охранник как-то странно посмотрел на Витуса, потом ещё раз на монету, - Хватит. Жди здесь!

Витус кивнул и покорно сел возле двери со стороны коридора. Его взгляд нащупал небольшую нишу на стене, прямо возле пола, и повинуясь какому-то внутреннему, животному чутью, Витус запихнул свой мешочек в эту нишу.

- Вот он, - Охранник показал двум рейнджерам на Витуса, - Разбирайтесь, у кого он спёр деньги!

Далее начался допрос. Ну как допрос. Сначала Витус просто выключился, и потерял несколько зубов. Ведь если сапогом бронекостюма врезать сбоку в челюсть, то можно лишиться не только зубов, но и челюстей, как таковых. Потом «обездвиженное» тело Витуса протащили в глубь коридора, затащили во внутреннее помещение, что должно было быть кладовой, но сейчас пустовало, и прибили его за руки к грубому и весьма прочному стеллажу коваными костылями. Для приведения пациента в порядок, на него вылили ведро воды. Лекарство подействовало, правда вода не давала крови свернуться, и Витус начал медленно истекать кровью.

- Ну, уёбок, в твоих интересах рассказать, где ты взял эту монету, - в подтверждение своих слов, дознаватель опустил свой бронекулак на рёбра Витуса, вызвав тем самым треск внутри организма, и крик во рту, вместе с разбрызгиванием крови из разворочанных челюстей, - если быстро расскажешь, то у тебя будет шанс быстро прекратить все мучения. Будешь херню всякую лепить, я тебя на куски порежу, усёк?

Витус попытался что-то сказать, но у него ничего не получилось, потому как разбитый рот не позволили ему этого сделать.

- Зря ты ему так рано ебало разбил, - Один из рейнджеров покачал головой, - Теперь этот уебан не скажет ни чего. Давай его проверим, да и отпустим.

Боль разрывала руки и тело Витуса, если бы у него было чем кричать он кричал бы, но пока что у него получалось лишь мычание. Слёзы нескончаемо текли по его лицу, смешиваясь с кровью и совершенно не волнуя мучителей.

- Хм, давай проверим, - Тот, что пытался «допрашивать» начал перебирать повязку на предмет спрятанного в складках, но ничего не найдя выхватил нож, и просто срезал с Витуса его тряпки, порезав при этом ему плечо, - Нет тут ни чего, только грязное тряпьё.

Каждое движение, каждый толчок взрывались болью в теле парня. Он никак не мог понять, за что так с ним обошлись? И он всё ещё надеялся выжить…

- Ну так заканчивай с ним возню! – Тот что был