Отступник-3 - Константин Георгиевич Калбанов

остров. Только он не изучен. Помечено, что контуры приблизительные, — оторвавшись от карты произнесла она, и тут же поинтересовалась. — А откуда ты знаешь о том, что там имеется алмазная трубка?

Город Кимберли, с его коренным месторождением алмазов случился и в этом мире. Однако, алмазоносная руда не получила его название.

— Читал, — по обыкновению пожал я плечами, и заложил небольшой вираж, обходя высокую скалу.

«Буревестник» летел на высоте не больше двадцати сажен над водой, между двумя скалистыми островами. Я прилагал все усилия, чтобы запутать следы. Никто не должен узнать координаты острова, пока я не получу желаемое.

— А координаты откуда знаешь? — продолжала допытываться Настя.

— Видел на карте, — всё так же односложно ответил я.

— Опять не врёшь, но от этого только непонятней, — задумчиво произнесла она.

— Настя, ну вот какая тебе разница откуда, что, да как, если мы получим желаемое?

— Есть разница, знаешь ли.

— Всё в рамках закона.

— А ты уверен, что тебе дадут потомственное дворянство за информацию об алмазной трубке?

— Ещё как уверен. Во-первых, это очень важный ресурс, который принесёт казне колоссальную прибыль. Во-вторых, у меня сложилось такое впечатление, что государь уже голову сломал, думая над тем как одарить меня дворянством. Слишком уж много непонятного происходит. Ну вот вспомни мои выкрутасы с поддельными документами. Возьмись жандармы за меня всерьёз, и бегал бы я с тачкой на каторге. А вместо этого всего лишь навсего штраф. Ну и других вопросов хватает.

— Тебя могут банально держать под рукой, чтобы иметь рычаг давления на дядюшку. Батюшка-то твой был в стане противников царя, а Александр Иванович, насколько я знаю, поддерживает царя.

— Ну или так, — вынужден был согласиться я, и добавил, — но попытаться всё же стоит.

— Так ты уверен в том, что там алмазная трубка?

— Ни в чём я не уверен. Но проверить стоит. Это самый простой способ для получения дворянства и права на владение землёй. Без этого наши планы в жизнь не претворить.

Вообще-то, изначально, в обмен на дворянство, я собирался передать секрет изготовления синтетических рубинов. Но по здравому размышлению решил, что оно того не стоит. К чему лишать себя козыря. Вот если кто другой додумается до этого, тогда совсем другое дело. Пока же я в этом деле монополист, стоит придержать технологию и извлечь из этого максимум выгоды.

Причём я сейчас не только о деньгах. Или даже о деньгах в последнюю очередь. Взять то, как мы ссадили с неба крейсер, это же любо-дорого. Без потерь, израсходовав всего лишь сорок восемь малокалиберных ракет. Да вдобавок ещё и четыре истребителя, в трёх из которых сидели сосунки, сбили шесть вражеских. И всё благодаря крупным синтетическим рубинам.

Поэтому в качестве альтернативы я решил передать казне алмазную трубку Мир. Куда лучше подошла бы Удачная, но если верить картам, на её месте сейчас воды студёного северного моря. Однозначно трубка никуда не делась, однако, я не представлял как вести разработку под водой даже в моём мире, где океаны и моря не начинают сходить с ума ни с того ни с сего…

Мы летели к цели больше шести часов, успев израсходовать около трети топлива. Перерасход был связан с тем, что три сотни вёрст я летел на бреющем. Чтобы дозаправиться, пришлось искать тихую стоянку, так как иного пути попросту не было. Используй я дополнительные баки, и при наличии крана, вместо глухой пробки, «Облегчители» попросту не сработали бы. Получается, я не так уж и напрасно запасся топливом под завязку, используя амулеты везде, где только возможно.

Нужный нам остров на карте не имел названия, и был нанесён лишь с приблизительными очертаниями, походящими на палитру художника, диаметром порядка тридцати километров. На востоке удобная и довольно просторная бухта, подходящая для устройства порта. Если тут и впрямь окажется месторождение, в чём я не сомневался, место просто создано для создания города с горно-обогатительным комбинатом.

Впрочем, меня куда больше заинтересовало озеро, неподалёку от нужного мне места. В длину саженей двести и в ширину около сотни. Для порта маловато даже для принятия и взлёта таких аэропланов как «Гусь» и уж тем более «Альбатроса». Дирижабли конечно имеют возможность вертикального подъёма, в момент активации «Облегчителя» с последующим набором высоты. Но крупных судов тут больше пары за раз не принять. Так что, если и делать взлётный створ, то лишь для скромных аэропланов. Ну или вот, для «Буревестника», имеющего разбег порядка восьмидесяти сажен. Что меня вполне устраивало, так как до нужного мне квадрата отсюда не больше двух вёрст.

— Настя, буди орлов, — облетая озеро по кругу и всматриваясь в его гладь, распорядился я.

— Слушаюсь, господин мичман, — отдав честь, громко произнесла она, и подмигнув выскользнула в грузовой салон.

Вообще-то, на скорости свыше ста вёрст в час, да ещё и с высоты в десяток сажен особо ничего не рассмотришь. Если только крупную корягу, но кроме этой напасти в воде может оказаться и топляк, который при посадке сумеет наворотить дел. Как уже говорилось, «Панцирь» не панацея, а потому лучше бы не нарываться.

— Готово, — возвращаясь в кабину и усаживаясь на штурманское кресло, произнесла Настя.

— Обижены? — поинтересовался я.

— Смурные, — неопределённо ответила она.

— Ладно, сядем, а после поговорим.

Я заложил очередной вираж и пошёл на снижение, оставив далеко справа примеченную мною корягу. Поплавки взрезали гладкую поверхность прозрачной воды, и погнали перед собой бурунчики, а за кормой образовалась сдвоенная кильватерная полоса. Озеро окружено наполненной красками тайгой, по берегам разбросаны валуны, многие из которых торчат прямо из воды. Картинка!

— Влево!

В голосе Насти было столько тревоги, что я не стал сомневаться и тут же переложил штурвал, уводя машину в сторону. Причём сделал это настолько резко, что ещё не потерявший скорость аэроплан завалился на бок, приподняв из воды поплавок и едва не чиркая по ней крылом. Из грузового салона послышался сдавленный мат телохранителей.

Сама Настя непременно навалилась бы на меня, если бы всякий раз возвращаясь на своё место не пристёгивалась бы ремнями безопасности.

— И что это было? — когда самолёт выпрямился и наконец потерял скорость, поинтересовался я.

— Не знаю. Я просто почувствовала опасность, — пожав плечами ответила девушка.

— Вот как. Ну ладно, тогда поглядим, что там за опасность такая, — хмыкнул я, разворачивая самолёт в