Полное собрание сочинений. Том 82 - Толстой Л.Н.

Печатается по копии.

Ответ на письмо от 11 августа (почт. шт.) С. К. Ромм, учительницы из Юзовки Екатеринославской губ., вдовы, имевшей трех детей. Она писала, что под влиянием книг Толстого «О труде и роскоши» (см. «Так что же нам делать?», гл. XXXIX, т. 25) и «В чем счастье?» (см. «В чем моя вера?», отрывок из гл. X, т. 24; отрывок под заглавием «В чем счастье?» был напечатан в журнале «Русское богатство» 1886, 1, стр. 133—149) поняла всю бессмыслицу городской жизни и советовалась с Толстым, как быть с подрастающими детьми. «Как мне быть с ними, чтобы вырастить их добрыми и крепкими духом?»

1 Перед началом текста зачеркнуто: Б[ез] О[твета]. Далее написан первый абзац письма.

2 Далее Толстым на конверте написано:

(из запис[ной] книжки) <кроме>

(В конце же выписки).

Второй и третий абзацы были перепечатаны из Записной книжки за 1910 г. (см. т. 58, стр. 205 и 206), где имеются некоторые разночтения с копией и, видимо, с несохранившимся подлинником.

3 Далее на конверте написано: Посылаю вам еще кое-что из того, что я писал о воспитании.

144. Ф. А. Страхову.

1910 г. Августа 16. Кочеты.

16 авг. 1910.

Федор Алексеевич,

Сейчас дочитал (вновь) вашу книгу Искание истины1 (я прежде читал, но недостаточно внимательно) и в восхищении. В особенности первые пять отделов. И остальные хороши, и я вполне разделяю мысли, высказанные в них, но первые 5 так хороши, так значительны, так хорошо высказаны в них те, первой важности метафизические истины, наиболее ясное выражение которых так нужно людям, и в к[отор]ых так опасно обычное перехождение за пределы, доступного человеческому пониманию, что книга эта сделает много добра людям, когда будет оценена по ее достоинству. А что она будет оценена, этого не может не быть. Я все первые пять отделов исчеркал, отмечая особенно поразившие меня места: о возражениях материалистов о духе и материи, о боге, о любви. Какие прекрасные сравнения! Как прекрасен отдел: Вечность, Детство.

Я теперь гощу у дочери Тани Сухотиной. И ее муж Мих[аил] Серг[еевич], и его взрослые сыновья от первой жены оч[ень] умные молодые люди. Один из них проходит курс философии в Швейцарском университете.2 Так вот я нынче вечером хочу почитать им места из вашей книги. Habent sua fata libelli.3

Как моим писаниям приписывается совсем не подобающее им значение, так ваши книги проходят совершенно неизвестными среди людей, к[отор]ым они, казалось бы, так крайне нужны.

Я последнее время ничего и не хочу, и не могу писать. И эта старческая бездеятельность (внешняя, внутренняя тем энергичнее совершается) мне приятна.

Что вы и телесно, и духовно? Напишите мне.

Истинно любящий вас Лев Толстой.

Печатается по фотокопии с автографа. Подлинник погиб в 1918 г. в сейфе одного из московских банков. Впервые опубликовано (факсимиле) в «Петербургской газете» 1911, № 305 от 6 ноября.

Федор Алексеевич Страхов (1861—1923) — один из друзей Толстого. См. т. 81, письмо № 254.

1 Федор Страхов, «Искание истины (Сборник статей и мыслей. Со вступительным письмом Л. Н. Толстого)», изд. «Посредник», М. 1911.

2 В Кочетах в это время находились сыновья М. С. Сухотина Лев Михайлович и Сергей Михайлович Сухотины.

3 Pro captu lectoris habent sua fata libelli — изречение из латинской грамматики III в. Терентиуса Мауруса (Terentius Maurus), взятое поэтом Фетом эпиграфом к третьему выпуску «Вечерних огней», означающее в переводе на русский язык: «По разумению чтеца, свои судьбы имеют книги».

Ф. А. Страхов ответил письмом от 30 августа, на конверте которого Толстой пометил: Б[ез] О[твета].

145. М. Е. Шашкину.

1910 г. Августа 16. Кочеты.

16 августа 10 года. Кочеты.

Шашкину.

Тем пороком, каким вы страдаете, страдали многие и многие люди и потом выздоравливали и проживали хорошую и полезную для себя, и для других жизнь. От всех пороков, и так же как и от вашего, есть только одно лекарство. Лекарство это в том, чтобы жить духовной жизнью, т. е. для души, для бога. А жить для души, для бога значит понимать, что явились мы на свет не по своей воле, а по воле бога, и потому и жить надо не для себя, не для того, чтобы угождать себе и делать свою волю, а жить для бога, угождать ему и делать его волю. Для того же, чтобы понять его волю, надо читать учение мудрых и святых людей и, главное, евангелие.

Приезжать вам ко мне не нужно. Я вам ничего не скажу такого, что бы не было сказано в моих книгах. Посылаю вам1 некоторые из них.

Главное будьте уверены, что вы победите вашу слабость. Если и падете, не унывайте и боритесь сначала, и опять сначала.

Лев Толстой.

Кроме машинописного подлинника, сохранился черновик-автограф, написанный на двух страницах почтовой бумаги. Впервые опубликовано в сборнике «Толстовский музей в С.-Петербурге», СПБ. 1912, стр. 42—58.

Ответ на письмо Мефодия Ефимовича Шашкина (р. 1884), описывавшего свою тяжелую, полную с самого детства лишений жизнь, свои страдания от мучающего его порока, которым он давно страдает. Теперь он думает о самоубийстве, так как не в силах превозмочь тягости жизни.

1 По черновику: Д[етское] е[вангелие], Л[юбите] д[руг] д[руга], Эпик[тет].

Шашкин ответил Толстому письмом от 25 октября, в котором писал, что письмо Толстого его не удовлетворило, и описывал подробности своей бедственной жизни.

На конверте этого письма, полученного 20 октября 1910 г. Толстой написал: <Б[ез] О[твета], не читай> В[алентин] Ф[едорович] спросить, правда ли и как.

Второе письмо Шашкина осталось без ответа. Толстой об этом письме, как сообщает В. Ф. Булгаков в своем Дневнике (стр. 348), намеревался еще посоветоваться с Булгаковым, но не успел, так как письмо было получено всего за один день до ухода из Ясной Поляны.

146. В. Г. Черткову от 20 августа.

* 147. Е. Нелидовой.

1910 г. Августа 22. Кочеты.

22 августа 10 года. С. Кочеты.

Милая девушка,

Рад был узнать из вашего письма то, что христианский идеал вам понятен и влечет вас к себе. В том же, что вы думаете облегчить себе приближение к этому идеалу общением с молодым человеком, я вижу большую и очень обычную ошибку. Нельзя соединять внутреннюю, духовную, христианскую деятельность с личными, исключительными привязанностями, особенно привязанностью мужчины к женщине и женщины к мужчине. Такие привязанности всегда переходят в любовь, влюбление, чувство эгоистическое и потому самое противное христианскому идеалу самоотвержения и целомудрия. Такое соединение двух противуположных стремлений приводит всегда к тому, что не только не достигается ни внутреннее совершенствование, ни личное счастье, но является разочарование и в христианском идеале, и возможности личного счастья.

Очень бы рад был, если бы вы поверили мне и постарались освободиться от привязанности к молодому человеку, несовместимой с христианским идеалом.

Пишу вам это, желая вам истинного блага.1

Любящий вас

Печатается по копии, сверенной с черновиком-автографом, написанным на почтовой бумаге. На конверте письма Нелидовой Толстой пометил: Б[ез] О[твета]. Затем внизу конверта: Нелидовой надо бы ответить.

Ответ на письмо Елизаветы Нелидовой от 19 августа 1910 г.

1 В черновике подпись: Л. Т.

148. Т. Салехову.

1910 г. Августа 22. Кочеты.

Салехову.

22 августа 10 года. С. Кочеты.

Закон бога в том, чтобы — как сказал Христос: любить бога, т. е. совершенство, всего душою и всем сердцем, и ближнего, как самого себя. И этот закон один и тот же для всех людей и высказан во всех великих верах, исповедуемых человечеством, и в браминизме, и в буддизме, и в таосизме, и в конфуцианстве, и в магометанстве, и в бабизме, и в бехаизме, и др. Во всех верах есть очень много лишнего, между собою несогласного. Есть это в магометанстве, и в христианстве, как они проповедываются теперь, есть и в браминизме, и в буддизме, и во всех верах. Всё это и несогласное, и противоречивое, и сложное, и запутанное, и чудесное, очевидно, есть суеверие, ложь, часто обман, и всему этому не надо верить. А верить надо и нельзя не верить тому, что одно и то же во всех верах и что ясно, и просто, и согласно с требованиями души. И это одно во всех верах есть признание высшего совершенства бога, к которому надо приближаться, и любовь ко всем людям братьям.

Посылаю вам несколько книг, из которых вы яснее поймете эту единую веру.1

Лев Толстой.

Кроме машинописного подлинника, сохранился черновик-автограф, написанный на клочке почтовой бумаги с двух сторон. Впервые опубликовано в журнале «Голос Толстого и Единение» 1920, 2 (14), стр. 7.