Внимание - дети! - Анатолий Маркович Маркуша

плохо отмылись чашки, почему-то на внутренней их поверхности остались коричневые пятна…

Вероятно, Коля не знает, что желтизна легко снимается обыкновенной солью, что пятна лучше всего оттирать жесткой щеткой. Впрочем, недостаток информации восполняется легко, труднее сделать скучную работу привлекательной. Может быть, попробовать присвоить Коле звание «лучшего чашкомоя», изобрести игру вокруг этой работы, чтобы дело шло веселее?..

«Для того чтобы научиться хорошо работать, — писал М. И. Калинин, — надо искренне увлекаться работой, без увлечения работать не научишься».

Хорошая, тщательная работа прекрасна не только сама по себе, она еще экономит время, которого всегда так не хватает ребятам постарше, школьникам. И это они легко усваивают.

И я, грешным делом, думаю, что привычка основательно исполнять всякое дело куда более надежный источник экономии времени, чем вывешенный над кроватью красочно оформленный «Распорядок дня», хотя я вовсе не против толкового распорядка.

Всякое представление б трудностях, встречающихся на жизненном пути ребенка, разумеется, относительно. И, чтобы правильно оценить возможности именно этого маленького человечка, важно учитывать не только его возраст, но и образ жизни, и тренированность, и индивидуальные данные…

Большинство родителей, особенно матери, склонны недооценивать возможности своих детей.

Восемь из десяти мам отказываются верить, когда я их клятвенно заверяю, что видел в Болгарии на лыжных трассах в Пампорово трехлетних горнолыжников!

— Ну, бросьте, — неизменно слышу я, — этого не может быть…

Меня склонны осуждать и папы, когда я их убеждаю, что двенадцатилетний мальчик может, если у него только достаточно длинные ноги, водить автомобиль. Сам учил…

И уж ни мам, ни пап не удается уверить, что ребята, приученные с малых лет к туристским походам, ходят, как правило, лучше взрослых, даже по горным трассам…

Мы постоянно опасаемся перегрузить ребят, а ведь куда опаснее — и для здоровья и для воспитания характера — недогрузка.

Почему-то принято тащить к врачу худого, жилистого мальчонку. Вот-де, доктор, взгляните на нашего скелета. Растет, а не ест толком. Что делать? А толстыми, рыхлыми детишками умиляются, хотя в первую очередь надо бы показывать врачам не худых и жилистых, а раскормленных ребятишек. Толщина вовсе не признак превосходного здоровья, она скорее свидетельствует о неправильном обмене веществ и должна служить не предметом умиления, а сигналом тревоги!

Разумно «нагруженный» ребенок растет активным, деятельным, шустрым. Он развивается и в умственном отношении быстрее своих «недогруженных» сверстников, и болеет меньше, чем они.

Очень важно, конечно, правильно направлять энергию маленького человека, вовремя менять его занятия, разнообразить их. Не дело гонять футбольный мячик с утра до заката. Погонял — займись чем-то другим: рисованием, лепкой, конструктором. И домашние дела не должны выпадать из круга ребячьих занятий: уборка комнаты, натирка полов, «марш-бросок» в булочную и так далее, и так далее.

«Недогруженный» ребенок развивается вяло, все жизненные процессы в его организме протекают как бы с замедлением, человек делается со временем все пассивней, все ленивей.

Думаю, и вам приходилось наблюдать, как сонного вида мальчонка, едва ворочая языком, тянет:

— Ма-а, мне ску-учно…

И если мама отвечает на такой ленивый стон осуждающим тоном:

— Шел бы и поиграл с ребятами, как не стыдно нудить «скучно», «скучно»! Большой уже! — мама совершает серьезную ошибку.

Ребенок болен. И его нужно не стыдить и упрекать, а лечить. Правда, доктор тут не потребуется. Лечить придется самой маме. Как? «Нагружать», «нагружать» и еще раз «нагружать». Давать мальчику дело, придумывать занятия. И завтра нагружать непременно больше, чем сегодня, а послезавтра — еще больше.

Ребенок, не приученный преодолевать препятствия, не подготовлен к настоящей жизни. Не допустить такого положения в наших, родительских силах. Только деятельная жизнь радостна и приносит настоящее удовольствие человеку — и большому, и маленькому.

Соне подарили на день рождения: мама — куклу, папа — кукольную посуду, бабушка — мебель для куклы, тетя Лиза — мячик, тетя Нина — ведерко и лопатку, дядя Кирилл — кроватку для куклы, соседка из сто пятой квартиры (она в Сонечке души не чает!) — колясочку; вторая бабушка привезла замечательный разноцветный конструктор, а дедушка — электрическую, прямо как настоящую, железную дорогу…

Я пришел к Сонечке с медвежонком.

Девочка стояла посреди всего этого игрушечного великолепия и без восторга, а как-то, я бы сказал, заторможенно, скучно хвасталась — вот-де, сколько у меня всего…

Игрушек у Сонечки прибавилось много, а радости — никакой!

Стремление взрослых дать детям все — вполне объяснимое стремление, но вот что опасно: как бы и тут не утратить чувства меры! Ну для чего маленькой девочке целая лавка игрушек? Куда ей?

Вы обратили внимание: дети, заваленные игрушками, очень скоро теряют к покупным, красочным, самым вроде бы дорогим вещам всякий интерес, а занимаются какими-то катушками от ниток, коробками — словом, на взрослый взгляд, барахлом и утильсырьем?

Детские психологи установили, что ребенку нравится играть вовсе не потому, что это легкое занятие, а именно тогда, когда игра дается ему с трудом, требует усилий. И отказ от дорогих игрушек не сознательный протест против взрослой расточительности, просто ребенка привлекают к себе предметы, которые позволяют изобретать, выдумывать, сочинять занятие потруднее, кстати сказать, занятие и себе, и вещи…

Часто ребенок, не вполне даже сознательно, выходит на преодоление все новых и все больших препятствий. Придумать коробке из-под ботинок «биографию» автомобиля или придать ей облик грозного танка — работа, и далеко не такая простая, как воображают некоторые скучные дяди и тети.

И главное, не мешать играть детям по-своему.

Как ведь бывает: папа принес сыну электрическую железную дорогу. Между прочим, папе, не знавшему благополучного детства, и самому не терпится запустить это чудо. Оттесняя сына, папа аккуратно собирает рельсовый круг…

А что сын?

Сначала смотрит, потом пытается протиснуться ближе к железной дороге. Не добившись успеха, хватает вагончик и запускает его по комнате, просто так, без рельсов. Вжик, поехали…

И:

— Балбес, что ты делаешь? Кто так играет?

Папа ставит вагончик на рельсы, папа проверяет сцепку, папа берется за реостат, а у Сани тем временем пропадает всякий интерес к дороге, к папиной игрушке. Он чувствует себя лишним…

Трудно ли понять Саню?

А ведь не понимаем. И, случается, возмущаемся:

— Я ему помочь стараюсь, а он, неблагодарный, еще и обижается, и характер показывает.

Видите, сколь не простой может оказаться ребячья игра, сколь нелегко наши самые добрые намерения могут доходить до мальчишек, доходить, меняя по дороге свой изначальный знак на обратный.

«Лень души — вот что происходит, если радости детства даются в готовом виде. Происходит самое страшное — человек разучается хотеть. Лень души рождает лень мысли». Так писал