Макс Лазарь. Книга 2 - Владимир Кощеев

Перед моими глазами мелькнула трёхмерная карта, отпечатавшаяся в мозгу настолько крепко, что теперь мне даже освещение не понадобится, чтобы в Крепости ориентироваться.

— Если ты стоишь там же, где стоял я, если ты услышал мой голос, значит, мы были не зря…

Просмотр записи закончился, и я вновь оказался стоящим в подсвеченном шестиугольнике посреди полумрака зала. Голова раскалывалась, перед глазами плясали цветные круги, во рту пересохло. Вторжение в разум не прошло бесследно.

Осознание, что я стою на кладбище, ударило по эмоциям, заставляя каждую клетку вздрогнуть. В этой Крепости остались те, кто предпочёл выиграть время для своих соотечественников, которые сбегали с обречённой планеты в поисках новых миров.

Сойдя с платформы, я направился сразу же к нужной двери. Теперь, когда Зал'кис вшил мне в подкорку знания о той части Крепости, которую мне разрешено посетить, определить её не составило труда.

Командующий мало что объяснил, мне до сих пор была неизвестна причина Кризиса и даже в чём он выражался. Я понятия не имел, как здесь всё работает. Но мне и не требовалось. Я здесь чужак, лишь случайно получивший доступ к Крепости, в которой умерли последние представители народа Предтеч.

Пройдя по короткому коридору, я оказался в музее.

В огромном пространстве повсюду были расставлены артефакты прошлого. И первым, что привлекло моё внимание, оказался громадный гуманоидный робот, ростом метра в четыре и два с половиной в ширину. Подойдя к экспонату ближе, я почувствовал лёгкий укол. Голос Зал'киса прозвучал в голове вновь.

— Панцирь класса Т'харад — тяжёлая боевая броня штурмовых командиров, — произнёс павший командующий. — Носитель пал на третий день Кризиса. Сохранено в память обо всех пехотинцах, павших во время Кризиса.

Перед моими глазами появилась картинка, как этот самый панцирь одной конечностью сминает пространство, уничтожая всё, что попало в зону удара. Миниатюрная чёрная дыра, которая действует только там, где требуется оператору.

В груди машины зияла дыра такого размера, что я мог бы без проблем в ней поместиться. Внутри можно было рассмотреть чёрные, как будто промасленные жгуты из неизвестного материала. Разобраться, как залезать внутрь, было невозможно, вероятно, потому, что панцирь был повреждён.

Долго задерживаться у постамента я не стал, двинулся к следующему.

Полупрозрачный куб висел в воздухе без каких-либо подпорок, внутри него вращались шесть цветных сфер. Устройство точно не работало, но при этом какой-то процесс всё равно происходил. И как же обидно, что я нихрена в этом не понимаю!

— Мнемонический навигатор класса «Зерн», — объявил Зал'кис. — Тактический навигатор, обледенел на двенадцатом цикле. Оператор скончался, не выдержав нагрузки. Использовался для расчёта траекторий Ковчегов. Теперь бесполезен.

Я прошёл к следующему постаменту, на котором валялись грудой какие-то обломки. Разум просто отказывался выдвигать предположения, чем раньше был этот хлам. Зато у меня всё больше возникало вопросов к Предтечам. Очевидно, что была какая-то война, но кто был противником? Почему, обладая такими технологиями, они проиграли?

— Рой «Экзод», — после укола, который я уже почти не заметил, сообщил командующий. — Продержался 41 час с начала Кризиса. Уничтожен.

И вновь я увидел демонстрацию. Роботы самых разных форм и видов, действующие синхронно, дополняя друг друга. Они не перебирали лапками и не летали. Рою была доступна мгновенная телепортация.

Следующим экспонатом был саркофаг, поставленный вертикально. Верхняя крышка отсутствовала, в местами прожжённом ложементе угадывались почти человеческие очертания.

— Транспортный скафандр «Проходчик», — поделился Зал'кис. — Капсула для эвакуации на Ковчег. Пользователь так и не попал в неё. Сохранено в память о всех первопроходцах, которые решили остаться.

Шагая всё дальше, я уже не подходил к тому, что оставил в наследство командующий. Всё это было для меня бесполезно, так как умерло ещё при жизни командующего Предтечи. Хотя, конечно, капсула меня заинтересовала.

— Станция биореконструкции «Сел'ма». Восстанавливает ткани до полного соответствия эталону носителя. Заблокирована протоколами Кризиса. Повторный запуск запрещён.

Лекарство от всех бед практически. Которое я тоже не смогу использовать. Из пояснений Зал'киса я знал, что машина Предтеч, в которую я нырнул, была в сотни раз хуже, чем вот этот гроб, который никогда уже никому не поможет.

Свернув к выходу из зала с экспонатами, я дошёл до невысокого камня, похожего на обсидиан. В его прожилках слабо светилась та же голубая энергия. От памятной стелы исходило чувство торжества с примесью горечи. И мне даже не требовался переводчик, чтобы понять, на что я в действительности смотрю.

Это был список Предтеч — тех, кто остался, чтобы задержать Кризис, в чём бы тот ни проявлялся. Перевод подоспел, но я сделал шаг в сторону. Слушать имена погибших для меня не имело смысла — это даже не чужие люди, иной разумный вид.

И, что печальнее, посетил этот мемориал не настоящий потомок Предтеч, а всего лишь человек, чудом получивший доступ через машину подготовки первопроходцев.

Ещё одна дверь открылась, и я миновал новый коридор. На этот раз помещение оказалось совсем маленьким, если сравнивать его с предыдущими. Зато двухуровневое, и если первое использовалось техническим персоналом, то на втором оказалось кресло из того же материала, что и жгуты в панцире.

Поднявшись наверх, я посмотрел на обруч, лежащий на сидении.

— Это модуль командующего, — прорезался голос Миры. — Не вздумай его трогать, Макс. У тебя нет права доступа.

— Доброе утро, спящая красавица, — с усмешкой ответил я. — Отдохнула?

— Я не отдыхала, — возразила та, по-прежнему не появляясь в виде проекции. — Ты себе просто не представляешь, Макс, что для меня значит это место. Это… мемориал героев. Между временем, когда меня создали и когда пал Зал'кис — пропасть. В зале музея ты не останавливался возле всех экспонатов, а я видела там разломанный гражданский браслет, современный последним дням создателей. Я по сравнению с ним действительно тостер.

Её голос звучал так, будто ассистентка вот-вот заплачет. Но, естественно, ничего подобного не случилось, в конце концов, она — искусственный разум.

— Нам здесь больше нечего делать, — сказал я.

— Крепость подчиняется только командующему, а чтобы стать им, — подтвердила Мира, — тебе нужно иметь коды Оверлорда. Верховный правитель создателей умер на планете в числе первых. И это было не в Долине.

Да, в таком случае вероятность получить в свои руки Крепость Предтеч — нулевая. Потому что барьер никто не отменял, а он не пропускает разумных наружу. Уж в этом библиотеке Комендариев можно было доверять — не одно поколение пыталось пройти сквозь магическую стенку.

Впрочем, после того, что я здесь увидел, можно предположить, что это и не магия вовсе.

Двинувшись в сторону