Моя герилья - Татьяна Ренсинк

И счастливый день его пробуждения настал нежданно. Чуть дёрнув рукой, Ален стал медленно открывать глаза. Его взгляд сразу стал нежным, когда разглядел над собой взволнованную и плачущую Фернанду:

-Ну что же ты, - улыбнулся он.

-Как же ты меня напугал, - разрыдалась она и припала с поцелуями к его рукам. - Не смей больше так делать.

-Моя герилья, - ласково молвил Ален, любуясь ею. - Самая любимая герилья.

-Да уж, - засмеялась сквозь слёзы Фернанда. - Больше никто?

-Женщина, красавица, милая, желанная,... единственная, - признался Ален так, что у Фернанды не осталось никаких больше сомнений в том, что он искренен, и что сама таит к нему ответные чувства.

-Прости меня за всё, - прошептала она, но он не желал раскаяний, чувствуя и понимая прекрасно всё, что творится в ней.

Он погладил Фернанду по распущенным кудрям и приблизил осторожно к себе. Их губы коснулись друг друга, слившись в упоительность поцелуя. Весь мир словно закружился в медленном танце только для них обоих. А послышавшаяся с улицы музыка гитар и красивое женское пение помогали душам купаться в волнах любви...

Любовь — над жизнею венец.

Она парит, как птица, к сводам рая.

Она хранит трепет сердец.

Она светла, сильна, она — земная.

Мы красу её видим повсюду.

В небесах и полях, и лесах.

Не покинем её, не забудем.

Мир наполнен в её чудесах.

Ей благодарна каждый день:

Она со мной без тайн и без обмана.

Ей благодарен каждый день:

Жизнь чудесами полнится нежданно.

Мы красу её видим повсюду.

В небесах и полях, и лесах.

Не покинем её, не забудем.

Мир наполнен в её чудесах.

Любовался Джей вновь поющей подругой Фернанды - Долорес... Та снова бросала ему страстные взгляды, зовущие к себе, напоминающие о пылкой ночи... Снова радовала слух красотою своего голоса, одаривала каждого мужчину, мимо которого плавно проходила, словно лебедь, нежным поглаживанием... Джей следил за каждым её движением. Он чувствовал, что этой ночью она вновь и вновь должна будет стать его.

Когда песня закончилась, Долорес подошла с игривой улыбкой именно к нему, как Джей и ждал чуть в стороне. Он не делал и шага, облокотившись боком на дерево. Тем временем уже кто-то иной стал петь, но его песню ни Джей, ни подошедшая танцовщица не слушали...

-Идём? - подмигнула она.

Джей ничего не ответил. Он взял её за руку, и они скорее скрылись в одном из деревенских домов...

Глава 32

На следующий же день Ален уже поднялся с постели. Упрямый, что чувствует себя лучше, он не слушался уговоров Фернанды. Переполняемый любовью, одаренный заботою любимой, он желал лишь одного: укрыться где-нибудь с нею, чтобы жизнь уже никогда не разлучала их.

Фернанда видела, что Ален здоров, весел, и ей самой стало легче. Радуясь вместе, они выбежали из дома и направились к лугу. Мимо деревенских домов, мимо цветов и тянущихся высоко к небу деревьев соседнего леса они примчались к речке...

Ни единой души рядом, как и хотели. Лишь журчание воды и расставленные на берегу рыбацкие сети...

-Иди же ко мне, - смеялся Ален, попытавшись обнять любимую, но она побежала за сети, заливаясь задорным смехом:

-Ишь, какой быстрый! Поберегись! Я знаю все твои раны!

-Умереть готов, лишь бы любить тебя! - мчался следом Ален.

Они кружили у волн, потом среди сетей, пока Фернанда не остановилась за одной из них, что служила между ними преградой.

-Думаешь, меня это остановит? - игриво вопросил Ален.

-А ты докажи, - смеялась Фернанда.

-Обожаю, люблю, - серьёзно прошептал Ален, глядя исподлобья.

-Не говори так, - опустила взгляд вдруг загрустившая Фернанда, но Ален не собирался отступать:

-Буду подчиняться и всё делать, что прикажешь, только стань моей женой.

-Ишь, какой, - отвернулась она резко и сложила на груди руки. - При первом же ветре скроешься на корабле своём и не вернёшься.

-Ишь, какая, - подняв сеть, встал позади Ален. - А ты думаешь, я позволю тебе остаться здесь, или ещё на каком берегу?

-Так коли женой стану, так и позволишь, - огрызнулась Фернанда. - Так что мечтай, мечтай, а победу в этой герильи тебе не видать! - дёрнулась она было бежать прочь.

Прижав в свои объятия, Ален смотрел так, что она поняла сразу: терпение быть вместе на пределе. Чувствуя пробежавшую в теле ту же самую волну желания, она не стала ни вырываться, ни отталкивать его. Ален провел по её губам пальцем, произнеся еле слышно лишь одно:

-Люблю...

Фернанда словно опьянела. Она поддалась его нежности. Его решительные губы коснулись её. Он казался всё больше настойчивым, сильным, а его мужской запах манил,... кружил голову... Будто желая окунуться в него, словно в волны, Фернанда прижалась всем телом и выдохнула от наслаждения его поцелуями, что спускались всё ниже, оголяя её плечи и грудь...

В сладостном томлении они оба опустились на песок. Пока Ален целовал всю её, уже почти полностью обнажённую, Фернанда прослезилась, а уста выпустили слова боязни:

-За искушение... мне будет... расплата...

-Милая,... не покину тебя, - целовал упрямо Ален, чувствуя, что любимая хочет того же. - Нить... Нить плетёт кружева...

Дрожь волнения, стеснения, что может не достаточно хороша, пробежала по телу Фернанды, когда она вдруг обнаружила, что лежит нагая, а любимый застыл, любуясь, восхищаясь красотою столь стройного тела. Бережные прикосновения его рук заставили Фернанду забыться. Она вскинула голову и взглянула на проплывающие над ними перистые облака...

А дальше... дальше случилось всё так быстро, так неистово, сладостно... Никогда, ни он, ни она не