Закат христианства и торжество Христа - Игорь Иванович Гарин

величайшего из когда-либо живших людей могла сохранить и донести до нашего времени Благую Весть, которую он, будучи странствующим проповедником-реформатором в маленькой группе единомышленников, сумел послать человечеству из крошечной древней Галилеи.

Иисус Христос не проповедовал христианство как доктрину, концепцию или идеологию — он возвестил его людям как «благую весть», как «радостное известие», согласно которому человек должен доверять мирозданию, чувствовать себя своим в мире и довериться бытию, потому что мир божествен и возможно устроение Царства Божия на земле. Само выражение «Царство Небесное» (позже — «Царство Божие») впервые появляется у Матфея, но из «Евангелия от Фомы» мы знаем, сколь острой была тогдашняя полемика о месте его нахождения (небо, море, земля, душа человека).

Высший смысл проповедей Иисуса Христа — Благая весть о грядущем Царстве Божьем, которое может быть осуществлено через деятельность вестников, посланников или Сынов Божиих, которых он призван готовить: «Ищите Царства Божия и правды Его, и это всё приложится вам». «Кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него». Обретение Царства Божьего и есть спасение, возможное с приходом на землю Христа и его последователей. Путь к спасению открыт всем, кто отвергнет земные блага ради духовных и кто возлюбит Бога больше самого себя.

Вот мысли Иисуса о Царстве Небесном: «Чему уподобим Царство Божие? Или какою притчею изобразим его? Оно — как зерно горчичное, которое, когда сеется в землю, есть меньше всех семян на земле; а когда посеяно, всходит и становится больше всех злаков, и пускает большие ветви, так что под тенью его могут укрываться птицы небесные».

«Если те, которые ведут вас, говорят вам: „Смотрите, Царствие в небе!“ — тогда птицы небесные опередят вас. Если они говорят вам, что оно — в море, тогда рыбы опередят вас. Но Царствие внутри вас и вне вас».

Иисус противопоставлял абсолютно безнравственному миру абсолютную нравственность, «блудодеянию» — аскетизм и самопожертвование, ненависти — любовь к ближнему. Иисус прекрасно понимал, что демоническим, разрушительным началам в людях может противостоять только дух любви и милосердия, жертвенности и уважения к личности. Приход Царства Божия — это и есть торжество любви, прощения, победа света над смертью, рост человечности и добра в мире.

Иисус Христос призывал не к бунту и борьбе, а к любви и прощению. Он особо указывал на то, что молитва, умение прощать, искренность, смирение и щедрость являются необходимым условием для вхождения в Царство Небесное (Н. Б. Абгарян).

И уже сегодня Царство Божие тайно является среди людей. Когда вы творите доброе, когда вы любите, когда вы созерцаете красоту, когда вы чувствуете полноту жизни — Царство Божие уже коснулось вас. Оно не только в далеком будущем, оно не только в футурологическом созерцании, оно существует здесь и теперь. Так учит нас Иисус Христос. Царство придет, но оно уже пришло (А. Мень).

Очень тонкий момент в жизни Иисуса: то, что мы сегодня именуем христианством, связано не с самим Иисусом, а с бурной деятельностью его учеников. Фактически он не ставил задачу создания церкви, а в варварскую эпоху своей личностью демонстрировал будущему человечеству высший пример для подражания. Так, в частности, его характеризует еврейский историк Иосиф Флавий, не имевший никакого отношения к христианству: «В это время жил мудрый человек, которого звали Иисус. Образ жизни его был достойным, и он был известен своей добродетелью; и многие люди из иудеев и из других народов стали его учениками».

В основе проповеди Иисуса лежала готовность к отказу от выгод и социальных преимуществ, от гарантированной обеспеченности — как решающего критерия духовной жизни. Своей жизнью странствующего проповедника, «не имеющего, где приклонить главу» (Мф. 8, 20; Лк. 9, 58), он подавал яркий пример такой жизни.

К сожалению, нам не дано прикоснуться к «чистому источнику» идей Иисуса Христа, и мы можем лишь довольствоваться их апостольскими интерпретациями, понимая все возможные деформации. Но даже в таком усеченном виде Нагорная проповедь и евангельские речения Иисуса дают нам возможность ощутить новое слово, несомое им человечеству.

В Нагорной проповеди (Мф. 5:1–7:29; Лк. 6:12–41) Иисус Христос высказал суть своего учения, но многие авторы считают, что Матфей и Лука собрали здесь воедино все элементы его учения. Проповедь начинается с 9 заповедей блаженства (счастья), учащих тому, какие душевные расположения мы должны иметь, и кончается Притчей о благоразумном строителе, которая учит что именно во время беды ясно видно преимущество жизни по заповедям Закона Божия.

Кто блажен? По Иисусу, блаженны и, следовательно, счастливы нищие духом, плачущие, ибо они утешатся, кроткие, ибо они наследуют землю, жаждущие правды, ибо они насытятся, милостивые, ибо они помилованы будут, чистые сердцем, ибо они Бога узрят, миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими, изгнанные за правду, ибо их есть Царство Небесное.

Христианство учит не только жить по заповедям, но и изгонять из себя греховные привычки, то есть постепенно менять себя к лучшему. Заповеди Блаженства показывают нам путь этого исправления.

Свидетельствует Сергей Аверинцев:

Проповедь Иисуса Христа по внешним чертам своего оформления примыкает к весьма древней библейской традиции пророческой речи. Речь эта была ритмической и пользовалась множеством созвучий; и ритмы, и созвучия (особенно заметные при попытках обратного перевода речений Христа на арамейский язык) имели, между прочими, утилитарную мнемотехническую функцию, помогая ритмико-синтаксическому отрезку задержаться в памяти слушателя. У древней проповеди — особая интонация, решительно непохожая, например, на ту интонацию чуть ли не митингового ораторствования, которая так характерна для известного фильма Пазолини «Евангелие от Матфея». Нашему воображению лучше ориентироваться на чуть-чуть речитативное произнесение, столь неизбежное для сферы учительства в восточном роде; этот легкий распев нисколько не мешает ни взрывам экспрессии (как учат нас мелодии фольклорных причитаний), ни предельной простоте, однако задает тому и другому особый контекст.

Я попытался собрать воедино рассыпанные в разных текстах мемории Иисуса Христа и вот что получилось:

— Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, как я возлюбил вас.

— Узнаю, что вы — мои, если будет между вами любовь.

— Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.

— Прощайте людям согрешения их, и прощены будете.

— Не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете; давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и