Ленин. Самая правдивая биография Ильича - Александр Клинге

Российских эмигрантов в Швейцарии все произошедшее застало врасплох. Революция, на которую они так надеялись, опередила их, и теперь им оставалось только бежать следом в надежде догнать события. Ленин, однако, считал необходимым продолжать ранее взятый курс на идеологическое размежевание с меньшевиками. Именно сейчас, когда российская монархия зашаталась, критически важно сформировать сильную централизованную партию, не раздираемую внутренними противоречиями по любому мало-мальски значимому вопросу.

Как и следовало ожидать, основная часть меньшевиков отказалась от участия в третьем съезде. Лишь некоторые сторонники Мартова согласились принять в нем участие. Меньшевики решили провести в Женеве свою партийную конференцию. Те, кто рассчитывал, что съезд поможет объединить партию, были разочарованы. Ленин к их числу не относился.

Третий съезд РСДРП прошел в Лондоне в апреле 1905 года. В нем приняли участие 38 делегатов. По сути, это было собрание большевистской фракции. Ленин безраздельно доминировал на съезде. Он был единогласно избран главой Центрального комитета и редакции новой партийной газеты «Пролетарий». Естественно, делегаты съезда осудили меньшевиков и возложили на них вину за раскол партии.

Одной из главных тем обсуждения являлись события в России. Ленин выступил с тезисом о необходимости вооруженного восстания. Не было никакого сомнения в том, что начавшаяся революция носит буржуазно-демократический характер. Однако лидер большевиков считал, что нужно принять в ней самое деятельное участие, постараться возглавить ее и затем превратить в социалистическую. Для этого следовало вести максимально широкую агитацию, привлекать в партию как можно больше рабочих, создавать многочисленные органы на местах. При этом Ленин особо подчеркивал необходимость союза с крестьянством, поддержки крестьянских выступлений, учета интересов крестьян. Для его противников это был повод обвинить его в отходе от марксизма и возврате к народничеству. Однако Ленин был реалистом и прекрасно понимал, что в стране, где подавляющее большинство населения составляют крестьяне, иначе действовать просто невозможно.

Одновременно Ленин написал книгу «Две тактики социал-демократии в демократической революции», где выступил в защиту своих тезисов. «Революционная эпоха выдвинула новые задачи, которых не видят только совсем слепые люди. И эти задачи одни социал-демократы решительно признают и ставят на очередь дня: вооруженное восстание неотложно, готовьтесь к нему немедленно и энергично, помните, что оно необходимо для решительной победы, ставьте лозунги республики, временного правительства, революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства. Другие же пятятся назад, топчутся на одном месте, вместо лозунгов дают предисловия, вместо указания нового наряду с подтверждением старого, разжевывают пространно и скучно это старое, сочиняя отговорки от нового, не умея определить условий решительной победы, не умея выставить лозунгов, единственно соответствующих стремлению добиться полной победы», – писал он. Ленин выступал за подготовку и осуществление всенародного вооруженного восстания, не дожидаясь, пока для этого созреют все теоретические предпосылки: «Во главе всего народа и в особенности крестьянства – за полную свободу, за последовательный демократический переворот, за республику! Во главе всех трудящихся и эксплуатируемых – за социализм! Такова должна быть на деле политика революционного пролетариата, таков классовый лозунг, который должен проникать и определять собой решение каждого тактического вопроса, каждый практический шаг рабочей партии во время революции».

На съезде было решено перенести деятельность ЦК и редакции газеты «Пролетарий» в Россию. Ленин поддерживал это решение – большевикам в условиях начавшейся революции следовало быть ближе к центру событий. Однако свое возвращение в страну он считал необходимым тщательно подготовить. Это вызывало непонимание у ряда его сподвижников, которые настаивали на скорейшем отъезде в Россию. Но Ленин понимал, что рискует быть арестованным сразу после пересечения российской границы, и не считал такой риск оправданным. «Мы пойдем другим путем» – этот лозунг, помимо всего прочего, означал отказ от неоправданного самопожертвования, от бессмысленной и бесплодной гибели. Только после издания императорского манифеста 17 октября, гарантировавшего гражданские права и созыв парламента, он отправился в путь через Стокгольм. В начале ноября Ленин и Крупская прибыли в Петербург. Впервые за много лет Ильич вернулся на родину – в этот раз уже будучи признанным лидером.

Как складывалась жизнь Ленина в эмиграции? В бытовом отношении все выглядело довольно неплохо. Семья жила скромно, но не голодала. Как член редколлегии «Искры» (а затем – газет «Вперед» и «Пролетарий»), Ленин получал небольшую зарплату из партийной кассы. Кроме того, он активно публиковался в различных изданиях, не относившихся к числу социал-демократических. Публицистическая деятельность была нерегулярным, но все же источником дохода. «От своей издательницы я получил на днях 250 рублей, так что и с финансовой стороны теперь дела недурны», – писал он родным летом 1901 года. Важным источником поступлений были также деньги, которые временами пересылала ему мать. Небольшой капитал от продажи Алакаевки все еще лежал на банковском счету и приносил проценты. Бывали и случайные доходы – так, остававшийся в России Дмитрий Ульянов продал старое охотничье ружье старшего брата и переслал ему деньги. «Нужды, когда не знаешь, на что купить хлеба, мы не знали. Жили просто, это правда. Но разве радость жизни в том, чтобы сытно и роскошно жить?» – рассказывала впоследствии Крупская.

В эмиграции Ленин очень внимательно относился к единомышленникам. Прибывающих из России большевиков он часто приходил встречать на вокзал, помогал освоиться в новой для них обстановке. Молодой социал-демократ Николай Вольский впоследствии вспоминал, как Ленин помог ему найти работу носильщика. Когда выяснилось, что Вольский не выдерживает физических нагрузок, Ленин стал помогать ему в работе.

Физическая форма позволяла Ильичу делать это; он по-прежнему большое внимание уделял гимнастике. Кроме того, его образ жизни трудно не назвать здоровым. Он не курил и не любил, когда в его присутствии курят: исключение делалось только для тещи. Он любил пиво, но редко выпивал больше одной кружки. Никто и никогда не видел Ленина пьяным. «Его нельзя себе представить пьяным. Вид одного пьяного товарища в Париже вызвал у него содрогание и отвращение», – вспоминал впоследствии один из его соратников. Теперь это здоровье должно было очень пригодиться ему в вихрях первой русской революции.