Чёрный Лотос - gigipuuds

мне, так и норовя сломать мои бедные кости. Мир вокруг потемнел, теряя былые краски и заставляя меня горько усмехнуться, прощаясь с жизнью.

Но...

— Пошел нахуй! — резко подняв правую руку вверх, я вонзил кинжал в шею медведя.

...даже если я умру, то заберу эту блядскую тварь с собой.

Мир вмиг наполнился красками, а моё тело сковала адская боль. Вонзив кинжал в шею этого монстра, я попытался отскочить в сторону, но успех был частичным. Его лапа задела моё левое плечо, заставляя меня закричать. И всё же я не потерял сознание, смог отбежать на несколько метров и... и упасть на белый снег. Рука не шевелилась, боль не унималась, а кровь из царапин на груди продолжала сочиться. Теперь было очевидно, что смерть настигла меня, но...

— Получи и распишись, ублюдок... — я посмотрел на медведя, который взвыл от боли. Кинжал, который я вонзил в его шею, теперь валялся в снегу, и, поскольку ничто не затыкало его рану, он истекал кровью.

Однако, прежде чем окончательно сдохнуть, он решил закончить начатое и, рыча от боли, направился ко мне. Я же, в свою очередь, смотрел на него с насмешкой: пусть он и убьет меня, но я победил. Он сдохнет в любом случае, даже если я этого уже не увижу, а потому...

— Кха-а... — болезненный кашель вырвался из моего горла.

Похоже, он сломал мне гораздо больше костей, чем я думал. Да и плевать, всё уже решено. Я смотрел на него, он шел ко мне, преодолевая метр за метром, пока наконец не остановился. Теперь между нами было всего два метра, мы смотрели друг на друга, и я отчетливо понимал, что он ненавидит меня. Что ж, я так же его ненавижу.

Шаг...

Он подходит всё ближе.

Второй...

Кровь струится по его шерсти.

Третий...

Между нами меньше метра. Он поднимает лапу для последнего удара и...

— Ха... — смешок срывается с уст. — Хах... — ещё один. — Ахахахаха... — начинаю смеяться, ведь он, будучи в шаге от моего убийства, падает на снег.

14. Вырывая жизнь из когтистых лап, часть третья

— Знаешь... — смотря на медвежью тушу, болезненно зашептал я, — порой жизнь чертовски непредсказуемая штука...

Павший зверь, что неудивительно, никак не отреагировал на мой голос. Не знаю, был ли он уже мертв или же всё ещё медленно умирал, но одно было ясно точно – победителем из нашей схватки вышел я. Впрочем, чего стоит эта победа?

— Мх, — устало вздохнув, я оторвал взгляд от зверя и, опустив голову на холодный снег, посмотрел в темнеющее небо. — Красиво... — говорить было сложно, а боль в груди отчетливо намекала на сломанные ребра, но промолчать я не мог: мириады звезд усыпали космическое полотно, вынуждая меня улыбнуться.

Забавно, но несмотря на тот факт, что это совершенно другой мир, многие созвездия, украшавшие ночной небосвод, были мне знакомы. Да, они носили совершенно иные названия и немного отличались от тех, что я наблюдал в прошлой жизни, но...

— Кха-кха-а... — болезненный кашель вновь вырвался из моего горла, сковывая тело невыносимой болью.

Смерть всё ещё не спешила принимать меня в свои объятья, хоть и я ощущал её присутствие: как и во время первой кончины, моё тело постепенно становилось ватным, а разум застилала пьянящая дымка. Казалось, что ещё чуть-чуть, и я вновь покину этот бренный мир, чтобы воскреснуть в другом. И всё же это «чуть-чуть» тянулось дольше, чем в прошлый раз.

Возможно, всё дело в том, что я не готов смириться?

Неглубоко вдохнув, боясь вызвать новую порцию боли, я постарался подняться. Правда, стоило мне оторвать корпус от земли, как я тут же упал обратно, а боль всё-таки настигла меня. Но и сдаваться я не собирался: очередная попытка, за которой последовало очередное падение. И снова. И снова. И снова... Раз за разом я поднимался и падал. Опереться на сломанную руку было невозможно, что кратно усложняло задачу, и всё же, спустя десяток-другой неудач, мне удалось встать на ноги. С трудом, разумеется, но удалось.

— А ты даже милый, когда не шевелишься... — вновь посмотрев на белую тушу, саркастично прошептал я.

Не желая задерживать своё внимание на медведе, я оглянулся вокруг, задаваясь простым вопросом: «Куда мне идти?». Ответ нашелся довольно быстро, ведь он буквально располагался на самой большой карте мира – небе. Найдя необходимую звезду, я определил нужное направление и двинулся в путь, питая совсем маленькую надежду на то, что всё же смогу выжить.

Держась за сломанную руку и периодически шипя от боли, я преодолевал метр за метром. Пурга окончательно стихла, но на смену ей пришла темнота, стремительно накрывавшая мир. Впрочем, где есть тьма, там всегда найдется и свет: луна, взошедшая в небе, была неплохим источником света и в купе с белоснежным снегом неплохо освещала мой путь в этом мире. Правда...

— Пекло, — я резко остановился и обернулся назад. — Надо будет вернуться и избавиться от туши, — медвежья шкура, опаленная моим пламенем, могла вызвать множество совсем ненужных вопросов, которые, в свою очередь, могли привести меня к самым паршивым последствиям.

Ну, это с учетом того, что я всё-таки доберусь до племени и не помру по дороге...

Ещё немного посмотрев в сторону мёртвого зверя, я стиснул зубы и вернулся к изначальному направлению. В голове невольно начали всплывать молитвы и боги, к которым они были обращены. А причина этому была довольно проста: я отчётливо понимал, что моих сил не хватит для того, чтобы добраться до точки назначения, и единственное, что удерживало меня от отказа от моих планов – надежда. Надежда на