Месть — лучшее лекарство - Элизабет Кейли

Ровно раз в неделю Холден предлагал начать жить вместе, и каждый раз Кортни находила новый повод для отказа. Она так сильно привязалась к Холдену, что теперь на все сто процентов была уверена: им нужно расстаться. Такая привязанность повлечет зависимость, а Кортни не привыкла зависеть от кого бы то ни было. Она все свои проблемы решает сама. Она современная женщина, в жизни которой карьера всегда на первом месте. А если она разрешит Холдену остаться в ее жизни, то он окажется центром ее новой вселенной.

Холден то ли понимал, какая борьба происходит в ее душе, то ли просто чувствовал, но на своем переезде не настаивал. Вскоре перестал вообще об этом говорить, мудро решив, что время все расставит по своим местам, а Кортни вскоре изменит свои представления о жизни, он ведь видел, что дорог ей, читал в ее глазах о глубоких чувствах, вот только и сам боялся давать им названия — а вдруг он все же ошибается?

Дни шли за днями, их неровные отношения принимали какую-то странную форму: будни порознь, а в выходные вместе. Но Холден был готов терпеть и не такое, лишь бы быть рядом с Кортни хотя бы два дня в неделю.

В конце декабря Энни пригласила Кортни и Холдена на ужин. Кортни попыталась отказаться, но Энни чуть ли не силой заставила ее дать обещание, что она придет с Холденом. Кортни еще надеялась, что Холден откажется, но он, не колеблясь ни минуты, сказал, что с удовольствием познакомится с Энни и Дарелом, тем более что он уже так много о них слышал. Кортни пришлось смириться.

Холден очаровал Энни и сразу же нашел общий язык с Дарелом. Ужин проходил спокойно и весело, казалось, что все за столом знают друг друга уже много лет. Кортни расслаблялась в кругу друзей и то и дело прикасалась под столом к ноге Холдена, словно пыталась удостовериться, что он рядом. Она даже задумалась, а не пригласить ли Холдена на рождественские праздники к ее родителям. Вот мама обрадуется!

Когда перешли к десерту, Дарел смущенно потребовал внимания и, краснея и бледнея, сообщил:

— Вообще-то мы позвали вас не просто так. Неделю назад я попросил Энни стать моей женой. И она согласилась!

Кортни радостно захлопала в ладоши. Наконец-то Дарел и Энни решились придать какую-то форму своим отношениям!

Холден поцеловал руку Энни и поздравил Дарела.

— Это же просто замечательно! — заявила Кортни, обнимая счастливую Энни.

— Я и сама не верю! — призналась та.

— И когда же свадьба?

— Мы решили подождать апреля, — сказал Дарел. — Очень хочется, чтобы все было красиво.

— К тому же в начале апреля выйдет наша вторая коллекция, — добавила Энни.

— Мне кажется, ты уже ни о чем, кроме работы, не можешь думать! — Кортни укоризненно покачала головой. — Дарел, ты обязательно заберешь ее в свадебное путешествие. Научилась работать, пусть теперь учится отдыхать.

— Как скажешь, Кортни, — послушно ответил Дарел. Он нежно обнял Энни за плечи и поцеловал в висок.

Глядя на них, Кортни чуть не прослезилась. Более красивой пары она не встречала.

— Хм, тогда у меня для вас всех есть один подарок, — сообщил Холден. — Конечно, я не должен был вам это рассказывать, ну да ладно. Во время проверки финансовой отчетности мистера Хэнсона я нашел столько ошибок и неточностей, что сразу же заподозрил неладное. Мои подозрения подтвердились. Мистер Хэнсон уже давно укрывал часть дохода от налогообложения. Сегодня его дело рассматривалось в суде. Я еще не знаю результатов, но, если обвинению удастся доказать все эпизоды, мистеру Хэнсону грозит огромный штраф и тюремное заключение до десяти лет.

Все за столом заговорили разом.

— Правда, я думаю, что все окончится только штрафом, — признался Холден, когда шум улегся. — Мистер Хэнсон достаточно умело заметал следы.

— Штраф тоже неплохо, — милостиво согласилась Энни. — А главное, репутация Шейна пострадает. Теперь поставщики десять раз подумают, с кем им лучше работать!

Дальнейшее обсуждение проходило без участия Кортни. Она вдруг поняла, что больше не имеет смысла тянуть. Пора расставаться с Холденом. Ведь сегодня, глядя на счастливых Энни и Дарела, она впервые захотела, чтобы и ее кто-то попросил стать не любовницей, а женой. Нет, даже не кто-то, а Холден. Она стала слишком сильно зависеть от него. И это нужно было прекратить, как бы больно им обоим не было.

Через несколько лет Холден поймет меня! — твердила Кортни по дороге домой.

Она-то думала, что Холден останется у нее, что будет последняя ночь, страсть, приправленная горьким ароматом. Но рвать так рвать.

Холден ни о чем не спрашивал Кортни. Он не понимал, что с ней творится. Впервые он не чувствовал ее настроения, ее мыслей. Какая-то глухая стена вдруг выросла между ними. Но Холден решил оставить выяснение отношений до дома. Не в такси же обсуждать личную жизнь!

У дверей квартиры Кортни вдруг повернулась, быстро поцеловалась Холдена в щеку и сказала:

— Я позвоню тебе.

— Кортни, в чем дело? Я тебя чем-то обидел?

— Нет, Холден, ты самый замечательный мужчина на свете. Но давай сегодня проведем эту ночь порознь, а завтра я тебе позвоню.

— Хорошо, но…

— Прощай! — Кортни еще раз поцеловала его и скользнула в квартиру.

Холден ошеломленно смотрел на закрытую дверь. Что случилось? В чем он провинился? Он же чувствовал, как трудно было Кортни оторваться от его губ.

Взгляд Холдена уперся в закрытую дверь. Он несколько минут постоял, ожидая, что Кортни передумает и хотя бы объяснит, какая муха ее укусила, но дверь так и не открылась. Холден пожал плечами и пошел прочь. Завтра Кортни позвонит ему, и тогда они во всем разберутся.

С другой стороны двери, прижимаясь к холодному дереву и кусая кулак, чтобы не завыть в голос, плакала Кортни. Она понимала, что Холден уходит навсегда. Сегодня она сама отказалась от своей мечты.

9

Шейну показалось, что его сейчас хватит удар. На другом конце большого обеденного зала сидела его бывшая жена. И ладно бы просто сидела! Она беззастенчиво обнималась с каким-то мужчиной, смеялась и то и дело заглядывала ему в глаза. Сомнений не могло быть: Энни влюблена и счастлива. И это было неправильно. Особенно сейчас, когда Шейн чуть не оказался за решеткой. Черт бы побрал этого инспектора Макалистера!

А вот, кстати, и он!

Бокал хрустнул в руке Шейна, и дорогой коньяк пролился на скатерть. Еще одна трата. Шейн и так отдал чуть ли не половину своего состояния, чтобы оплатить штрафы. Теперь ему еще долго придется выкарабкиваться из финансовой ямы. И самое поганое, что ни один банк сейчас не даст ему кредит, разве что под грабительские проценты.